Семья Цзян боялась, что наследный принц Циюань выместит на них гнев, поэтому, словно сжимающая голову черепаха, холодно наблюдала со стороны. Теперь же, женившись на Жун Вань, они могут выдать былую трусость и бессилие за вынужденную необходимость. Какая выгодная сделка.
Пэй-шаншу последовательно занимал должности цзицзю1 в Гоцзицзянь, дасюэши (великий учёный) в академии Ханьлинь и шаншу (глава) в Либу. В годы правления Цзяньдэ он трижды руководил экзаменами хуэйши, так что можно сказать, что его персики и сливы заполонили Поднебесную2.
Нынче при дворе немало сановников, получивших милости от Пэй-шаншу.
Семья Пэй и семья Инго-гуна дружат поколениями, но неужто старая фэнцзюнь из резиденции Инго-гуна смотрит другими глазами на Пэй Юнь и Жун Вань и вправду лишь из памяти о старой дружбе?
Сань-гунян из резиденции Инго-гуна вышла замуж за первого принца, став его супругой. Хорошее отношение старой фэнцзюнь к брату и сестре, Жун Вань и Жун Цину, позволит хоть немного привлечь на свою сторону людей из бывшей фракции шаншу Пэя.
У императора всего два сына и одна дочь. Мать первого принца — Син-гуйфэй, а дед по материнской линии — тот самый первый советник из павильона Вэньюаньгэ, Син Шицун. Второй принц — единственный законный Императрицы Ци, а его дядя — бывший Верховный главнокомандующий, ныне левый командующий главной военной комиссии Ци Хэн.
Император Цзяю смог благополучно взойти на трон главным образом благодаря заслугам Син Шицуна и Ци Хэна. Нынче Син Шицун и Ци Хэн — один глава гражданских чиновников, другой глава военных, и силы их, можно сказать, равны.
Гражданские и военные чиновники всегда были внешне согласны, но в сердцах разрозненны. Из первого и второго принцев один имеет преимущество старшинства, другой — преимущество происхождения ди (законного наследника). То, кто из принцев в будущем взойдёт на престол, определит распределение сил между гражданской и военной фракциями при дворе.
Инго-гун — военачальник. Син-гуйфэй просила руки Сун Инчжэнь для первого принца, чтобы привлечь на свою сторону старые военные семьи, представителем которых является Инго-гун, и попытаться нарушить гегемонию семьи Ци в военной власти.
Император Цзяю с детства был «кувшином с лекарствами». Жун Шу помнила, что за последние два года здоровье императора Цзяю сильно ухудшилось, а к двадцать третьему году правления Цзяю стало совсем плохим.
Однако этот император, даже когда болезнь проникла в гаохуан, не желал назначать наследного принца. Это привело к тому, что отношения между первым и вторым принцами, семьями Ци и Син, гражданскими и военными чиновниками постоянно находились в тупике.
Сейчас Шанцзин кажется тихим и спокойным, но на самом деле там сгущаются коварные тучи.
Семья Цзян, вероятно, давно хотела встать на сторону первого принца. Сейчас, воспользовавшись браком с Жун Вань, они не только смыли дурную славу тех, кто видит гибель и не спасает, цепляется за жизнь и боится смерти, но и получили признание гражданских чиновников, а также наладили связи с резиденцией Инго-гуна, так что их можно считать людьми первого принца.
К слову, обо всех этих хитросплетениях между семьёй Цзян и Чэнань-хоу ей рассказал Гу Чанцзинь в прошлой жизни. Это случилось на третий год после свадьбы, когда Император Цзяю начал харкать кровью в зале Цзиньлуаньдянь, и Гу Чанцзинь иногда перекидывался с ней парой слов о ситуации при дворе.
Именно благодаря знанию обстановки при дворе Жун Шу смогла понять мотивы семьи Цзян, просившей руки Жун Вань.
Жун Шу понимала, что Жун Вань вряд ли станет слушать эти слова.
Она потратила время и силы на этот разговор лишь ради того, чтобы предостеречь ту Жун Вань из прошлой жизни, что, опустив голову, сказала ей: «Сестра, раньше я была неразумной».
Закончив говорить, Жун Шу, которой было лень разбираться, прислушалась ли Жун Вань, прошла мимо неё прямо в комнату.
— Постой, — вдруг произнесла Жун Вань.
Жун Шу оглянулась и услышала:
— Я стану хорошей цзунфу семьи Цзян, в будущем буду усердно помогать старшему брату и Цину. Если тебя обидят в семье Гу, просто пришли человека сказать мне. Зачем Цзян Шэнлинь берет меня в жены, я не знаю. Но раз уж я выхожу замуж туда, то обязательно стану опорой для Чэнань-хоу.
Девушка стояла спиной к Жун Шу, и, произнося это, держала спину очень прямо, вид у нее был крайне гордый.
Жун Шу невольно усмехнулась.
Услышать такие слова из уст Жун Вань — поистине редкость.
— Ладно, — улыбнулась Жун Шу. — Если меня обидят, приду искать у тебя поддержки.
Жун Вань тихо угукнула и, высоко задрав голову, быстрым шагом вышла из Иланьчжу. В её поспешно удаляющейся фигуре чувствовалось что-то от панического бегства.
Двадцать восьмого числа второго месяца Жун Вань официально вышла замуж из двора Цинхэн. Жун-лаофужэнь, Жун Сюнь и Шэнь-ши сидели на почётных местах. Отбив земные поклоны и подав чай троим, Жун Вань торжественно поклонилась Пэй-инян и под шум толпы покинула хоуфу.
Садясь в свадебный паланкин, Жун Вань покраснела уголками глаз, но, вспомнив слова, сказанные Жун Шу несколько дней назад, поджала губы и подавила слёзы.
На свадебный пир, устроенный в ту ночь в семье Цзян, Шэнь-ши не пошла, и Жун Шу тоже не пошла.
Мать и дочь собирали вещи во дворе Цинхэн. Завтра Шэнь-ши собиралась вернуться в двор Минлу, ибо в доме Чэнань-хоу она не желала оставаться ни мгновением дольше.
За те полмесяца, что она была здесь, Жун Сюнь несколько раз приходил во двор Цинхэн, но всякий раз Шэнь-ши с холодным лицом выпроваживала его.
Жун Сюнь приходил не ради серебра. Он никогда особо не занимался хозяйственными делами, а Шэнь-ши, сказав, что не будет ими заниматься, действительно полностью отстранилась. Теперь расходы Хэань и зала Цююнь приходилось оплачивать из кошелька лаофужэнь.
Как говорится, перейти от роскоши к бережливости трудно. Лаофужэнь раз за разом посылала людей позвать Шэнь-ши в Хэань, но Шэнь-ши каждый раз отказывалась, ссылаясь на нездоровье.
Лаофужэнь злилась, но поскольку дело происходило как раз накануне замужества Жун Вань, скандалить не решилась.
- Цзицзю (祭酒, jìjiǔ) — высшая административная должность в Государственной академии, ответственная за образование и воспитание будущих чиновников. ↩︎
- Персики и сливы заполонили Поднебесную (桃李满天下, táolǐ mǎn tiānxià) — идиома, означающая, что у учителя очень много учеников повсюду. ↩︎
Пока закончились главы, потрындю немного:) Поймала себя на мысли, что такого ГГ было бы сложно сыграть. Вот она подходит, у него сердце стучит, воспоминания всплывают, а внешне он спокоен. Тут даже взглядом не получится особо.
Возможно этим браком хотели убить двух зайцев: прибрать к рукам состояние семьи (помните, как дед разделил матери и дяде, а часть отдал императору) и натренировать отсутствие привязанности. Выбрали-то красавицу.