Гу Чанцзинь слегка помедлил и ровным голосом произнёс:
— Проверь, есть ли у него в управе Датун сяоце (здесь в значении младшая жена), тунфан1 или вайши2, не сватается ли он к какой-либо другой девушке, а также, посещает ли он обычно «цветочные улицы и ивовые переулки»3 и есть ли у него любовницы в этих увеселительных заведениях.
Чан Цзи остолбенел:
— Неужто этот генерал Му обманул чувства какой-то гуньян? Хозяин, это же…
Договорив до этого места, он не знал, что ещё сказать.
Какое им дело, есть ли у генерала Му сяоце и посещает ли он блудниц?
Гу Чанцзинь не ответил и лишь сказал:
— Как разузнаешь, возвращайся и доложи мне.
На следующий день стояла хорошая погода.
Жун Шу провела ночь во дворе Му Ницзин, и после завтрака отправилась на тренировочное поле семьи Му.
Му Ницзин как раз закончила упражняться с хлыстом и, увидев её, сказала:
— Старшего брата с утра пораньше пригласили во дворец, и неизвестно, по какому делу.
Жун Шу, видя сожаление на лице Му Ницзин, с улыбкой произнесла:
— Раз он отправился во дворец, значит, занят важным делом. К тому же, зачем использовать бычий тесак, чтобы зарезать курицу4? Просить старшего брата Му учить меня — это поистине использовать большой талант для мелочей. Тому, как обращаться со скрытым оружием, меня вполне может научить Цин Юань.
В представлении Жун Шу, если чиновник отправлялся во дворец, то всегда был занят великими делами, касающимися государства.
Раньше, когда Гу Чанцзинь входил во дворец, это всякий раз было ради дел простого народа.
Но на этот раз она ошиблась. Му Жуна обманом заманил во дворец Лю Юань.
Байсилоу был территорией Лю Юаня. То, что вчера он не остался в Байсилоу, вовсе не означало, что он не знал о произошедшем там.
В тот раз, когда Ци Синь убил Сюй Ли-эр, он лишь слегка оцарапал кожу на запястье его фужэнь, а Гу-дажэнь с лицом мрачным, как вода, заявил, что Ци Синь ранил его фужэнь.
В каждом его слове сквозила леденящая жажда убийства.
Тогда Лю Юань и понял, что вопреки слухам извне, Гу Чанцзинь дорожит своей фужэнь чрезвычайно сильно.
Хотя люди из Байсилоу говорили, что вчера, увидев Жун Шу, Гу Чанцзинь и бровью не повёл. Лю Юань знал, чем спокойнее и безмятежнее лицо этого мужчины, тем, вероятно, неприятнее ему на душе.
Они были людьми одного сорта.
Чем больше они чем-то дорожили, тем глубже прятали это в сердце.
Сегодняшний обман, которым он заманил Му Жуна во дворец, был лишь способом загладить вину за то, что в прошлый раз Ци Синь ранил Жун Шу.
О том, что Му Жун учит стрельбе из лука шицзы Хуайаня во дворце, Гу Чанцзинь узнал лишь во второй половине дня, причём сообщил об этом специально пришедший гунгун Ци Синь из Юймацзянь.
Гу Чанцзинь долго смотрел на Цисиня, а затем произнёс:
— Утруждаю Ци-гунгуна передать Лю-гунгуну слова: в дела Жун-гунян посторонним вмешиваться не нужно.
Ци Синь услышал настороженность в словах Гу Чанцзиня и на мгновение подумал, что Лю-гунгун и впрямь словно собака, ловящая мышей, лезет не в своё дело. Он поспешно склонил поясницу ещё ниже и сказал:
— Цзаньцзя непременно передаст слова Гу-дажэня Лю-гунгуну.
Гу Чанцзинь равнодушно угукнул.
На самом деле Ци Синь пришёл сюда по делу. Видя, что выражение лица Гу смягчилось, он сказал:
— Лю-гунгун сообщил, что завтра он вместе с Пань Сюэляном отправится в Янчжоу, и надеется, что Гу-дажэнь будет беречь себя в этом путешествии.
Пань Сюэлян был ключевой фигурой в деле о мошенничестве. По обычаю он не мог покидать тюрьму Далисы, но Пань Сюэлян хотел отправиться в Янчжоу.
— Если возможно, этот цаоминь хотел бы поехать вместе с дажэнем, — Пань Сюэлян смотрел на Гу Чанцзиня горящим взором. — Даже если придется умереть, цаоминь хочет умереть, понимая все до конца.
Гу Чанцзинь знал, что брать Пань Сюэляна в Янчжоу очень рискованно, однако, встретившись взглядом с Пань Сюэляном, он не смог произнести слова отказа.
Поэтому вчера в Байсилоу Гу Чанцзинь предложил, чтобы Лю Юань тайно вывез Пань Сюэляна из столицы сухим путем заранее.
Лю Юань отправлялся в Янчжоу под титулом инспектора береговой обороны, за ним следовала половина батальона храбрецов из Юймацзянь. Пань Сюэляну рядом с Лю Юанем было безопаснее, чем рядом с Гу Чанцзинем.
Лю Юань отправится по суше, а он — по воде.
Гу Чанцзинь неоднократно взвесил в уме план отъезда из столицы и, решив, что упущений нет, кивнул:
— Надеюсь, Лю-гунгун сможет благополучно доставить Пань-гунши в Янчжоу.
Ци Синь поднял глаза и посмотрел на него.
Пань Сюэлян — узник, но этот Гу-дажэнь никогда не относился к нему как к преступнику. Неудивительно, что старый министр сказал: лишь передав это дело в его руки, у Пань Сюэляна появится шанс на выживание.
— Дажэнь может быть спокоен, цзаньцзя и Лю-гунгун непременно доставят Пань Сюэляна в Янчжоу в целости и сохранности.
Ци Синь уже собирался уходить, но, пройдя пару шагов, вдруг обернулся и серьёзно посмотрел на Гу Чанцзиня:
— Та Чжун Сюэянь покончила с собой добровольно. Когда люди Лю-гунгуна нашли её, у нее уже были мысли о смерти. Мы лишь сделали так, чтобы ее смерть стала более ценной. Что касается Сюй Ли-эр, Лю-гунгун никогда не приказывал цзаньцзя убивать ее. Это цзаньцзя проявил самовольство, опасаясь, что Сюй Ли-эр все испортит, потому и пустил в ход руки.
Он поклонился Гу Чанцзиню и сказал:
— То, что в тот день была ранена Жун-гунян, — вина Цисиня. В будущем я непременно явлюсь к Жун-гунян неся на спине колючие ветви, чтобы молить о наказании (принести терновые розги и просить наказания).
Гу Чанцзинь ничего не ответил, но Ци Синь не обиделся. Взмахнув метёлкой из конского волоса, он вышел из комнаты.
Дежурное помещение Юймацзянь.
Лю Юань, выслушав слова Цисиня, беззаботно улыбнулся:
— То, что Гу-дажэнь передал Пань Сюэляна в мои руки, уже есть доверие. По крайней мере, в этой поездке в Янчжоу он знает, что я буду с ним заодно, и этого достаточно.
Пока они разговаривали, снаружи послышался шум.
В комнату мелкими семенящими шажками вошел евнух и сказал Лю Юаню:
— Лю-гунгун, великий чжанъинь прислал человека.
Лю Юань приподнял бровь, на мгновение опустил глаза в раздумье, а затем вдруг усмехнулся:
— Цзаньцзя сейчас пойдёт.
Пэй Шуньнянь сидел, откинувшись в кресле наставника, а стоявший позади молодой евнух мягко массировал ему виски. Услышав от подчиненных, что пришел Лю Юань, он лениво приподнял веки и махнул рукой молодому евнуху.
— Все ступайте вон.
Молодой евнух отозвался и удалился. Проходя через двор Сылицзянь, он бросил взгляд на идущего навстречу Лю Юаня.
- Тунфан (通房, tōngfáng) — досл. «имеющая проход в спальню»; служанка, допущенная к интимной близости с хозяином. Это низшая ступень в иерархии сожительниц. У неё не было официального статуса жены, и она продолжала выполнять обязанности прислуги, если только её не повышали до статуса це (наложницы), например, после рождения ребенка. ↩︎
- Вайши (外室, wàishì) — досл. «внешняя комната»; любовница или сожительница, которую мужчина содержал в отдельном доме вне своего основного поместья. Такие отношения часто скрывались от законной жены и семьи, а сама женщина не имела никаких юридических прав и официального признания со стороны клана. ↩︎
- Цветочные улицы и ивовые переулки (花街柳巷, huājiē liǔxiàng) — идиома, обозначающая кварталы красных фонарей и публичные дома. ↩︎
- Использовать бычий тесак, чтобы зарезать курицу (кит. 杀鸡焉用牛刀, пиньинь: shā jī yān yòng niú dāo) — одна из самых известных цитат Конфуция, которая используется в китайском языке уже более 2500 лет. Означает использование чрезмерно больших усилий или талантов для решения пустякового дела. Идиома зафиксирована в главном труде конфуцианства — «Лунь Юй», в главе «Ян Хо». Согласно тексту, один из любимых учеников Конфуция по имени Цзы-ю был назначен правителем небольшого городка Учэн. Когда Конфуций прибыл туда с визитом, он услышал повсюду звуки струнных инструментов и пения. Жители города не просто работали, а практиковали ритуальную музыку и этикет. Это дисциплины, которые Конфуций считал высшим проявлением культуры, необходимым для управления целым государством. Увидев это, Конфуций тонко улыбнулся и в шутку сказал своему ученику: «Для того чтобы зарезать курицу, к чему использовать тесак для разделки быка?» (Дословно: «Зачем применять такой мощный инструмент и столь высокую мудрость для управления таким крошечным городком?»). ↩︎
