— Я… я точно не буду… — архимаг Байэрбо улыбался так, будто ему было больнее, чем при плаче. Он проводил энергичную эльфийку‑связную и, пережив этот кошмар, выплеснул всю тревогу и раздражение в работу.
Поев и приведя себя в порядок, он только успел сесть на совещание, как вдруг, словно унаследовав черты самого Владыки Грома, набросился на эльфов с гневной отповедью, без устали бьющей в их слабые места:
— У вас здесь чудовищная радиация! Любой, кто не достиг уровня легенды, если будет жить тут долго, обречён на медленную болезнь и смерть! Ведь достаточно изолировать источник толстым слоем свинца, наладить фильтрацию и вентиляцию — и все будут в безопасности. Почему же вы этого не делаете? Ждёте, пока кто‑нибудь тяжело заболеет, чтобы потом лечить его ограниченным заклинанием «Малое желание»? — Он резко вскинул руку. — Да и то это заклинание только что создал мой младший ученик! А до этого вы что делали? Голыми телами держали удар? Жертвовали собой один за другим?!
От его громогласной речи, в которой звучало подлинное эхо Владыки Грома, лица легендарных магов потемнели. Они ведь знали, что подземелье опасно, особенно вблизи Вечного Колодца. Разве они не понимали?
Да, о радиации они не имели точных знаний, но то, что близость к источнику вредна для здоровья, знали все. Они пробовали всё, что могли. Между безопасностью древ и комфортом народа эльфы искали равновесие, но не находили.
Андуэр Серебряный Лист с трудом выговорила:
— Мы сделали всё возможное… но сила Вечного Колодца течёт сквозь корни Мирового Древа и древних деревьев. Радиация поднимается по ним вверх, и преградить путь невозможно…
Корни дышали вместе с землёй. Главные, боковые, тончайшие, как волос, корешки — тысячи нитей, уходящих в глубину. Они втягивали воду, воздух, энергию недр. И вместе с этой энергией поднимали наверх опасное излучение, пропитывая им почву.
— Тогда хотя бы оберните жилые помещения свинцовой обшивкой! — не унимался Байэрбо.
— Но тогда древам и Мировому Древу будет тяжело! Корни не смогут свободно проходить и дышать, им станет больно!
— Так что же хуже — если корни будут тесниться в свинце или если они будут купаться в Вечном Колодце?
— Мы… мы не можем заставить их страдать ещё больше, — пролепетала эльфийка. — Они и так сдерживают Колодец из последних сил…
— Тогда хотя бы приведите в порядок помещения! — Байэрбо хлопнул ладонью по столу и выложил целую кипу схем:
три зоны, два прохода, экранированные двери, изоляция, душевые, дезактивация…
— Нельзя полагаться только на магическую защиту! Когда человек спит или заклинание искажается при движении — всё под угрозой! Сначала защитите людей, а потом уже думайте, как решить проблему окончательно!
Эти схемы придумал Грэйт — для исследований бактерий и вирусов. Перенеся их в эльфийский лес, он использовал те же принципы при работе с минералами — и добился отличной защиты от пыли.
— Я всегда думал, — Байэрбо повысил голос, — что при вашей малочисленности и низкой рождаемости вы должны беречь каждого! Как можно идти на такой риск, надеясь на плоть и жертвы?!
Он то стучал кулаком по столу, то размахивал руками, то швырял свои расчёты и отчёты. Лишь после долгих препирательств ему удалось убедить эльфов:
— Полная изоляция! Полная дезактивация! Сначала создаём безопасную рабочую среду — и только тогда сможем наблюдать за Вечным Колодцем! При таком уровне фона невозможно даже отследить реакцию минералов!
Один из легендарных старейшин повёл людей за свинцовой рудой — плавить, лить, перестраивать тоннели. Остальные слушали Байэрбо, который уже развивал мысль:
— Как использовать Вечный Колодец и минералы, не нанося вреда Мировому Древу и древним деревьям? Эти камни не только взрываются — они могут медленно гореть, выделяя энергию… Если запечатать Колодец и заставить его тлеть, питая вулкан, а потом направить силу вулкана в Мистический Замок — в чём сейчас трудность?
— Не удаётся поддерживать равномерное горение? Нестабильная подача энергии? Как выглядит кривая выхода энергии Колодца? Вы сглаживаете пики только за счёт Мирового Древа и древних деревьев?
Байэрбо невольно вспомнил, как Владыка Грома много лет назад отзывался о генераторе Грэйта:
«Он мал и слаб, энергии даёт меньше, чем молния на кончике пальца у мага‑электрика; его мощность для Нивиса ничтожна рядом с разрядами Башни Небес.
Но он стабилен. Ему не нужны ни грозовые тучи, ни глубинные токи земли.
Достаточно рабочих, что бросят в топку уголь, или реки с ровным течением — и сила будет под контролем.
Такая сила — безгранична в своём развитии».
И теперь Байэрбо собирался применить тот же принцип к Вечному Колодцу, древнему источнику, которым эльфы пользовались тысячелетиями.
Он глубоко вдохнул, чувствуя, как в груди закипает кровь. Предчувствие было ясным: именно этот проект может открыть ему путь к легенде.
— Согласно прежним исследованиям, — заговорил он, — в минералах Сокрытого Мира есть два почти одинаковых, но немного разных элемента — мы называем их изотопами. Горючим и взрывоопасным является лишь один, крайне редкий…
Архимаг говорил вдохновенно, развивая идею и стремясь получить руководство проектом. А в это время сам Грэйт был на грани отчаяния.
По его же просьбе, после совета старейшин Фахима и великого старейшины Аймата, его действительно отправили к группе «детёнышей».
Хотя «детёныши» — понятие условное: большинству было за двадцать, некоторым — тридцать, а кое‑кому — и сорок. Для эльфов всё, что не достигло зрелости, — дети, которых следует держать в академии и учить основам:
виды трав и зверей, уход за растениями и животными, способы общения с ними;
как развивать тело, бегать, стрелять, продвигаться в бою;
основы магии, основы природного богословия, превращения — в медведя, леопарда, волка, стрижа, орла, сокола…
— Грэйт! Как называется эта трава? Каково её свойство?
Грэйт стоял в полном недоумении. Эта трава… трава… Если бы дали семя, он бы исследовал, а так — на глаз?
— Грэйт! Сколько лисят рожает лисица за раз? Сколько раз в год?
Он снова растерялся. Лисицы ведь не лабораторные животные! Надо бы вспомнить, что там писали в книгах…
— Грэйт! Превращайся в волка! Беги!
Он окончательно опешил. В медведя — умеет, в леопарда — умеет, а в волка… дайте хоть перевести дух!
Можно я скажу, что передумал учиться? Ещё не поздно?..
