— «Телепортация предметов».
— Не изучал.
— «Водяной смерч».
— Не изучал.
— «Отложенный взрывной огненный шар».
— Э‑э… попробую…
Грэйт, сопя от напряжения, вызвал цепочку огненных жемчужин и метнул их в мишени, что начертал Владыка Грома: три кольца, уходящие вдаль, затем — шустрый кролик, мечущийся по земле, и белая пичуга, щебечущая и порхающая в воздухе.
Разумеется, всё это были лишь иллюзии. Но кролик выглядел живым — глаза блестели, движения были быстры и точны; птица же летала так естественно, что трудно было поверить в её призрачную природу.
Огненные шары Грэйта один за другим поразили три кольца, и в тот миг, когда они рассеялись, вспыхнули взрывом. Один шар угодил в кролика — тот, будто настоящий, схватил его зубами, и тут же раздался глухой хлопок. Белый мех вспыхнул, тело раздулось, став алым, словно фонарь‑зайчик, какой носят на праздник Фонарей, и лишь через три удара сердца иллюзия разлетелась в клочья.
А вот птицу Грэйт так и не задел: огненные жемчужины, описав несколько витков, лишь скользнули мимо, взорвавшись рядом. Белая пичуга сделала вокруг вспышки несколько кругов, то поднимаясь, то падая, и её звонкое чириканье звучало как насмешка.
Грэйт стоял, опустив руки, не решаясь поднять взгляд. «Отложенный взрывной огненный шар» — знаковое заклинание седьмого круга школы воплощения, первое в списке, что дал ему учитель. Многие маги, достигнув этого уровня, не утруждают себя другими боевыми чарами: одного этого достаточно, чтобы считаться грозным бойцом.
Владыка Грома тяжело вздохнул:
— Понимаешь теперь, в чём разница? Пусть тебе пока и везло избегать серьёзных опасностей, но умение защитить себя ты обязан иметь. Эти заклинания нужно отрабатывать до совершенства!
Грэйт закивал, как трещотка. Затем он продемонстрировал «Поле силового заключения» — обычно служившее перегородкой в лабораторных опытах, «Проекцию» — способную воспроизводить лишь целительные чары, и «Заклинание личной лечебницы», разновидность «Магического особняка».
Владыка Грома молча наблюдал, не проронив ни слова. Даже когда увидел, что «особняк» превратился в больницу с приёмным покоем, операционной и невидимыми слугами, спешащими с каталками, он не дрогнул лицом.
Он слишком хорошо знал характер Грэйта. Ещё на пятом уровне тот спрашивал, как добавить в «Малую хижину мага» функции дезинфекции, а теперь, достигнув тринадцатого, превратил «особняк» в передвижную лечебницу — что ж, вполне закономерно. К тому же каждый раз, вызывая «особняк», маг может менять его облик по своему замыслу.
Наконец настала очередь «Полиморфии» и боевых упражнений в изменённой форме.
Грэйт превращался в медведя — мчался, таранит, усиливает защиту, исцеляет себя на бегу;
в леопарда — прыгает, карабкается, бьёт когтями, ускоряет движения заклинанием, снова лечит себя;
а потом… в серебряного дракона?
Владыка Грома поднял голову к небу. Над лазурной гладью катались две серебряные драконицы — большая и малая, играя, хлопая крыльями, обмениваясь потоками дыхания.
Пусть в их схватке было больше забавы, чем боя, но маленький дракон двигался стремительно, поворачивался ловко, заклинания выпускал точно и быстро, а дыхание его было мощным.
Главное — он держался уже десять… двадцать… тридцать минут!
Владыка Грома остался доволен. Серебряные драконы — не простые создания: их защита, как магическая, так и физическая, от природы сильна. Удерживать превращение полчаса — отличный результат, более чем достаточный, чтобы спасти жизнь в бою.
К тому же серебряные — одни из самых миролюбивых среди драконов; обидишь одного — можешь ждать визита целой стаи. Потому даже безумцы редко решаются задевать их первыми.
Однако, когда Грэйт, обессиленный, завершил превращение и опустился на землю, реакция учителя была бурной. Он обрушил на ученика целый град упрёков:
— Слишком медленно превращаешься! «Полиморфия» — заклинание спасения, а не повод стоять столбом и раздумывать, прежде чем сменить облик!
— Летаешь медленно, поворачиваешь неуклюже! Сайрила ведь не сражалась всерьёз — прояви она хоть половину силы, ты бы уже лежал!
— И заклинания! Драконы — прирождённые чародеи, их тело не мешает магии. Почему же ты используешь их силу так однообразно, без выдумки?
— И зачем ты тратишь столько энергии на дыхание? Ты не настоящий дракон, а лишь принявший его облик! Дыхание только выматывает тебя и сокращает время превращения. Пользуйся магией, магией!
Грэйт стоял, понурив голову. Сайрила сперва весело наблюдала со стороны, но вскоре не выдержала, подскочила и обвила его руку:
— Ай‑ай, ну хватит уже! Грэйт ведь и так может стать серебряным драконом, летать со мной, играть со мной — разве этого мало? Пусть пока не сильнее меня, зато, когда поднимется на следующий круг, сможет превращаться во взрослого дракона, правда же?
Грэйт:
— …
Владыка Грома:
— …
Эх… ругать ученика при его возлюбленной — испытание не из лёгких.
К тому же, в вопросах превращения в серебряного дракона, даже легендарный маг не мог тягаться с самой Сайрилой — она‑то настоящая драконица.
К счастью, в дальнейших упражнениях с «Полиморфией» Владыка Грома сумел вернуть себе авторитет и подробно наставил Грэйта. Он объяснил, как экономить силы, как использовать зрение, слух и чешую дракона для наблюдения, защиты и восприятия.
Раньше Сайрила лишь говорила: «Я просто так делаю» или «Представь себе — и получится», а старейшина Фахим учил через созерцание природы. Грэйт же всё осваивал на ощупь, не подозревая о множестве мелких приёмов. Теперь же у него наконец появился наставник, у которого можно спросить совета.
Как хорошо, когда рядом есть учитель…
Так прошёл день, полный тревог. Грэйт представил учителю план дальнейших занятий и исследований — и, к счастью, остался цел. Затем он проводил Владыку Грома взглядом: тот шагнул в ослепительную молнию и исчез, направляясь к старшему ученику.
Сайрила, стоя рядом, высунула язык и тихо сказала:
— Учитель у тебя строгий. Мне кажется, ты и так справился замечательно, а он всё недоволен, всё требует переделать… правда…
— Не кори его, — устало улыбнулся Грэйт, едва держась на ногах. — Он ведь желает мне добра. А теперь… очередь страдать за старшим братом…
Архимаг Байэрбо:
— Нет, нет, только не это!
