— До сих пор все подопытные животные, получавшие хромосомную терапию, — говорил Грэйт, указывая на парящий перед ним график, — проявляли признаки несовместимости клеток и тканей максимум через три дня, а чаще уже на второй.
— Значит, у нас есть лишь сутки, чтобы завершить всё лечение. Особенно важно, чтобы поражённые органы и ткани успели полностью обновиться и вырасти заново за один день.
В просторной зале совета за длинным столом сидели легендарные эльфы. По обе стороны — две плотные шеренги, среди них, как представитель семьи больного, присутствовала принцесса Нориль. Все повернулись к объёмному световому экрану, внимательно слушая докладчика. Позади, вдоль стен, теснились ряды стульев, занятые учениками и последователями легендарных магов; казалось, ещё немного — и они начнут вешать сиденья в воздухе.
Вид этого собрания живо напоминал Грэйту совещания из прежней жизни: он стоял у проектора, листал слайды и докладывал, а внизу сидели старшие врачи, готовые в любую минуту засыпать его вопросами. Тогда это были обсуждения клинических случаев, порой — летальных, и докладчик неизменно выходил из зала в поту.
Теперь, хоть и в другом мире, напряжение было тем же. Едва Грэйт закончил изложение экспериментов и наблюдений, как со всех сторон посыпались вопросы:
— Почему после коррекции хромосом новые клетки не совпадают со старой структурой тела?
— Пациент выдержит одновременное лечение всех органов?
— Есть предел, сколько исцеляющих чар способен вынести организм. Как вы обеспечите эффективность при такой нагрузке?
— В каком порядке проводится терапия и почему именно так?
— Можно ли разделить лечение на этапы — например, в первый день восстановить только жизненно важные органы?
— Если сердце будет исправлено первым, как согласовать его с окружающими сосудами?
Вопросы обрушились, как буря. К счастью, за прошедшее время Грэйт провёл достаточно операций, чтобы отвечать уверенно и спокойно:
— Новые клетки не предназначены поддерживать прежнее тело, — пояснил он. — Возьмём, к примеру, кролика, заражённого демоническим излучением: у него увеличивается масса, снижается частота сердечных сокращений, следовательно, сердце тоже претерпевает изменения…
Он вывел на экран две диаграммы:
— У заражённого кролика кожа ороговевает, местами превращается в хитин, вес возрастает с трёх до пяти килограммов, структура тканей меняется вот так… Частота сердечных сокращений падает со 180–250 до 120–180 ударов в минуту, сердце увеличивается. После коррекции хромосом такое сердце неизбежно вызывает боль и страдания…
Так продолжалось весь день. К вечеру Грэйт едва говорил — губы пересохли, горло саднило. Он украдкой делал глоток воды и тут же шептал себе заклинание исцеления, ведь не мог же он каждые два часа покидать зал, где сидели легенды.
После заседания эльфы ещё три дня совещались за закрытыми дверями, а затем пришли наблюдать за его операциями. Под их пристальными взглядами Грэйт за десять дней провёл десять сложнейших процедур — и все завершились успехом. Первая подопытная, демоническая свинья, к концу десятого дня не только жила, но и резво бегала по вольеру, излучая силу и бодрость.
— Похоже, болезнь брата наконец можно исцелить… — прошептала принцесса Нориль.
Она стояла под деревом, наблюдая, как старейшины осматривают животных, и, не выдержав, закрыла лицо ладонями. Сквозь пальцы потекли слёзы.
— Наконец… наконец-то… Спасибо вам… всем вам огромное…
Владыка Грома стоял перед ней, хмурый и молчаливый. Потом кашлянул, неловко махнул рукой:
— Да что там благодарить! Это его долг. Ещё спасибо скажите, что мы позволили ему работать и дали материалы для исследований!
Принцесса сквозь слёзы рассмеялась, подняла голову, и на её лице заиграла улыбка.
— Кристин, я всё равно благодарна. Ради моего брата ты проделал такой путь до Острова Вечного Союза…
— Пустяки. Столько старейшин помогали мне при восхождении, теперь мой черёд отплатить. К тому же лечение ещё не началось, говорить «спасибо» рановато.
И действительно, начинать немедленно было нельзя. Слишком многое зависело от исхода, и королева вновь обратилась к старейшине Хеллару, чтобы тот провёл прорицание для нового плана лечения.
Предсказание требовало полнолуния, и пришлось ждать ещё полмесяца. За это время Хеллар изучал труды Грэйта, наблюдал за исцелёнными животными и присутствовал на новых операциях. Чем больше он понимал, тем точнее должно было стать прорицание и тем меньше сил оно отнимет.
В ночь полнолуния над алтарём поднялся дым из трав и цветов, смешанный с каплей крови королевы. Внутри клубящегося облака проступил смутный человеческий силуэт, и серебряный свет, вспыхнув, стал струиться сквозь него, словно промывая изнутри. Из тела дымного человека медленно вытягивались тончайшие нити чёрного тумана — упрямые, но не способные противиться сиянию.
Грэйт наблюдал, затаив дыхание. Значит, это изгнание проклятия… или, если сказать иначе, направленное воздействие природной силы, позволяющее ограниченному заклинанию желания изменить хромосомы?
Когда последняя тень исчезла, второе заклинание — имитация ограниченного желания — вспыхнуло вновь. Серебряный свет ворвался в грудь пациента, направляя рост межжелудочковой перегородки, расширяя лёгочную артерию, исправляя клапаны…
На этот раз не возникло ни вспышек, ни сопротивления — только ровное сияние. Когда всё стихло, перед собравшимися билось ровным ритмом здоровое, пусть и ещё слабое сердце.
Дальнейшая операция шла спокойно. Грэйт последовательно устранял все выявленные отклонения: где нужно — иссекал, где требовалось — направлял рост тканей, где следовало — корректировал. Постепенно дымный силуэт становился плотнее, пока не превратился в серебристый остов, наполненный светом.
— Да хранит нас Леди Серебряной Луны, — хрипло произнёс Хеллар, рассеивая дым и лунное сияние.
Королева, принцессы, маленький принц и все легендарные эльфы склонили головы и тихо повторили:
— Да хранит нас Леди Серебряной Луны…
Грэйт огляделся и, подражая им, тоже опустил взгляд. Сайрила, стоявшая рядом, крепко сжала его руку и, когда все подняли головы, поспешно спросила:
— Всё получилось?
— Полагаю, да… — медленно ответил Хеллар. — Если успеем завершить лечение вовремя, опасности больше не будет…
Не успел он договорить, как королева осела на колени. Подняв руки к небу, где сияла полная луна, она молилась, и слёзы текли по её лицу, но в них уже светилась радость.
Нориль и Владыка Грома встретились взглядами — их глаза словно сплелись невидимой нитью.
Когда волнение улеглось, королева подошла к Грэйту. Сложив руки и переплетя пальцы, она низко поклонилась:
— Прошу вас… позаботьтесь о нём. Очень прошу.
— Не надо! — Грэйт в смятении протянул руки, но тут же отдёрнул, боясь коснуться её. Он застыл, не зная, что делать. Ваше Величество, ваша дочь станет моей наставницей, значит, вы — моя наставница вдвойне… Как же я приму от вас поклон? Это же прямо сокращает мой век!
— Пожалуйста, не нужно! Я лекарь, исцелять — мой долг. Благодарить тут не за что! Напротив, это я должен благодарить вас за доверие и за возможность работать, за все ресурсы, что вы мне предоставили…
Он путался в словах, пока Сайрила не шагнула вперёд, подхватила королеву под руки и мягко подняла:
— Эй, мам, зачем спешить с благодарностями? Он ещё даже не начал лечение! Пусть сначала выспится, восстановит силы, а уж потом, когда всё закончится, тогда и решим, как благодарить.
Грэйт облегчённо выдохнул и закивал. Королева улыбнулась, чуть поклонилась:
— Хорошо. После лечения поговорим. А пока отдохните, восстановите силы, и тогда мы назначим день операции.
Вот она — прелесть плановой хирургии, — подумал Грэйт с усмешкой. — Никакой спешки, никакой паники.
— Тогда я пойду отдыхать, — сказал он. — Позже мы ещё раз сверим план лечения, возможно, стоит уточнить некоторые обследования.
Он повернулся к своему наставнику. Владыка Грома лениво приподнял бровь:
— Что смотришь? Ты уже архимаг, можешь сам решать, когда спать и когда медитировать. Или мне разрешение дать?
Учитель, я ведь просто хотел проявить уважение… — мысленно вздохнул Грэйт. — Если ты так со мной при всех, то наедине, пожалуй, и с вершины Мирового Древа спустишь пинком.
— Тогда я откланяюсь, — произнёс он вслух, взял Сайрилу за руку и направился к краю площадки. Наклонившись, похлопал ладонью по живой коре:
— Эй, А‑Дерево, спусти нас с Сайрилой вниз, ладно?
— Йо‑хо‑о‑о! — отозвалось Мировое Древо, и начался их весёлый спуск по его скользящей, сияющей спирали.
