— Это невозможно! — Титлан вспыхнула мгновенно. Жрица подалась вперёд, глаза сузились в две вертикальные щели, волосы взметнулись, и тысячи тонких прядей зашипели, вспыхивая бледным фосфорическим светом.
— Божество моё не снизойдёт до договора с человеком! — её голос звенел, будто натянутая струна. — Максимум, что мы можем обещать, — если ты завершишь создание этого… как ты сказал? — вакцины, — мы отпустим пленника. Но заставлять моего бога ручаться за тебя — это святотатство!
Брови Грэйта взлетели. Святотатство? Перед каким богом? Их орлиный и змеиный боги — в лучшем случае полубожества; учитель не раз уничтожал подобных. И они смеют говорить ему о кощунстве?
Он ещё не успел ответить, как господин Трока, тяжело раненный чёрный кот, рывком вскочил. Не в силах принять истинный облик, он всё же взмахнул передними лапами, изрывая землю когтями в клетчатый узор.
— Мя-а-ау! Нет! — взвыл он. — Мя-а-ау! Хозяин ведь у вас, он никого не тронул, не убил, не украл! — голос срывался на визг. — Он просто стоял у дороги, смотрел! А вы схватили его, мя-а-ау! И теперь не отпускаете! Мя-а-а-а-а-ау!
Грэйт бросился вперёд, обхватил кота, не давая тому кинуться на жрицу.
— Спокойно! — прошептал он. — Успокойся, смотри, у неё в волосах змеи, укусит — и конец!
Но взвинчен был не один Трока. В «Ментальной связи» Сайрила уже кричала, голос её звенел от ярости:
— Почему?! Почему достаточно лишь гарантировать безопасность Линна? Пусть отпустят его! Немедленно! Ты им помогаешь, создаёшь вакцину, защищаешь их от мора — и ещё должен быть им обязан?!
В мысленной речи не бывает громкости, но сила эмоций ударила, как гром. У Грэйта зазвенело в висках.
— Сайрила, тише! — резко оборвал он. — Линн у них, и мы не можем просто ворваться в Город Орла и вырезать всех. Пока нет сил — придётся сотрудничать. Иначе, если Светлая Церковь или Девица Чумы начнут бойню, Линн погибнет первым!
Он знал: Девица Чумы владеет не одной заразой. А Светлая Церковь, завидев некроманта, не пощадит никого.
Сайрила всё ещё кипела. Разумом она понимала, что прав, но сердце не принимало. Она не могла сказать: «Пусть убьют Линна, потом отомстим». Да и пробиться в Город Орла ей не под силу.
Золотых орлов‑воинов она могла одолеть одного — легко, двоих — с усилием, шестерых — уже трудно. С дюжиной справиться не смогла бы. А если вмешается сам орлиный бог? Или змеиный, равный ему по силе? Тогда даже с Грэйтом, его спутниками, древним лозным птицем и молниеносным котом — в лучшем случае им удастся бежать.
— Пусть! — вскинулась она. — Я позову отца с матерью! Или, если ты не хочешь, напишем твоему учителю! Или Владыке Бессмертных! Если он не придёт, в Чёрных Топях найдутся желающие! Я сама доставлю письмо, клянусь, за полмесяца будет у них!
Грэйт задумался. Мысль имела смысл: Девица Чумы — угроза серьёзная, а местная база могла бы привлечь союзников из ветви Моря. Если прибудут архимаги восемнадцатого‑девятнадцатого круга, они разберут Девицу по косточкам.
Но дальняя помощь не спасёт от близкой беды. Когда они плыли сюда, путь занял полтора месяца — в небе и море слишком много чудовищ и бурь. Без легендарной силы пересечь океан без потерь почти невозможно. Отправить Сайрилу — значит подвергнуть её смертельному риску.
Он вздохнул. Может, стоит просто напугать их.
— Сайрила, — сказал он мысленно, — выскажи им всё это. Только напугай, не называй родителей. После этого я продолжу разговор.
— Хорошо! — отозвалась она.
Сайрила выпрямилась, упёрла руки в бока, ткнула пальцем в лицо Титлан и обрушила на неё поток слов, как град. Закончив, резко взмахнула рукой:
— Грэйт, выпускай лозного птица! Мы уходим!
Баленсимо и Бернард поднялись, встали за её спиной, закинув рюкзаки и взяв оружие. Лозный птиц расправил крылья, вырос до человеческого роста, и спутники один за другим скрылись в его чреве.
Грэйт шёл последним. Уже стоя под крылом, он обернулся, лицо его было холодно и неподвижно.
— Мы уходим. Позовём подмогу. — Он задержал взгляд на жрице. — Запомни: мы знаем, что Линн у вас и что он жив. Но если с ним случится хоть что‑нибудь, я призову Владыку Грома, Владыку Смерти и их служителей — и сотру ваш Орлиный народ с лица земли!
— Постойте! — вскрикнула жрица. Пот выступил у неё на лбу. Она прокляла собственный язык — зачем спорила? Решения принимают Тлатоани и Чивакото, а она лишь передаёт слова. Надо было просто донести послание, а не торговаться.
— Прошу, не делайте этого! Линн‑да‑жэнь действительно ранен, не может двигаться. Вы же понимаете, никто не держит пленников без причины… Я сейчас же передам ваши требования, подождите немного!
Она торопливо заговорила, подняла руку, собираясь выдернуть волосину для молитвы. Поездка обернулась катастрофой — каждая такая змеиная прядь создавалась долгими ночами молитв, и каждая стоила ей сил. Ещё одна — и останется меньше десятка.
— Постой! — Грэйт преградил ей путь. Его лицо потемнело, голос стал ровным и тяжёлым:
— Раз Линна нельзя перевезти, я требую заложников. Одну жрицу‑змею и двух золотых орлов. Не меньше. Если Линн не вернётся невредим, эти трое домой не попадут.
С его словами Сайрила вышла из птицы, сняла лук и шагнула вперёд. Справа мягко спрыгнула серебристая кошка, уселась, прищурилась и лениво провела языком по лапе.
Лицо Титлан побледнело. Эти трое — она и два орла — вполне могли удержать её силой. За что ей такая кара? Нилка спрятала пленника, а отвечать придётся ей?
Грэйт заметил, как меняется её выражение, и произнёс спокойно:
— Разумеется, не обязательно вы. Лучше, если заложниками станут те, кто непосредственно отвечает за Линна.
Титлан опустила взгляд, потом подняла его вновь, улыбнувшись покорно:
— Хорошо. Я передам ваши слова.
Она выдернула прядь, прошептала молитву, и капля крови упала на землю. В храме Змеи вновь вспыхнула буря споров.
— Мы должны верить каждому его слову? — шипела одна из жриц. — Он говорит, что призовёт Владыку Грома и Владыку Смерти — и мы должны дрожать?
— Но он действительно сын Владыки Грома, — возразила другая, мягко. — Титлан и орлы видели того духа‑молнию, и это не было иллюзией. Главное — решить, что нам делать с некромантом. Держать его или отпустить, чтобы Владыка Чумы помог нам против мора?
— А если отпустим, а Владыка Чумы уйдёт? — робко подала голос молодая змея рядом с Нилкой. — Даже если он хотел остаться, вдруг Линн скажет что‑нибудь — и он передумает?
— Тогда спросим у твоей Нилки, — усмехнулась первая. — Что она такого сделала с некромантом? Ведь именно она держала его взаперти, тайком навещала, скрывала от списка, не позволяла передать дальше — всё по её инициативе.
— А разве я была неправа? — вспыхнула Нилка, брови выгнулись дугой. — Если бы не удержала его, Владыка Чумы мог уйти! Кто тогда остановит Девицу Чумы — ты?
— Разумеется, ты была права, — протянула собеседница с мягкой усмешкой. — Но теперь выбор прост: либо отдаём пленника, либо даём заложников. Не хочешь отдавать — тогда, Нилка, сама иди в заложницы.
