Люди по обе стороны двери на мгновение опешили.
Не успели они поздороваться, как Сюй Хуайши издала крайне двусмысленное «Ого!», вогнав Жуань Юй этим возгласом в такую неловкость, что та проглотила уже готовое сорваться с губ слово «тётя».
Зато Тао Жун слегка улыбнулась, сгладив ее неловкость, и сказала:
— Здравствуйте, я мама Хуайсуна. Подскажите, Хуайсун здесь?
Жуань Юй улыбнулась в ответ:
— Я помню вас, тётя. По срочному делу он вернулся в Сан-Франциско, видимо, вы как раз разминулись.
— По срочному делу? — в лице Тао Жун произошла легкая перемена. — На работе что-то случилось?
— Нет… — понимая, что стоять так в дверях негоже, Жуань Юй уступила дорогу и сказала: — Вы с Хуайши сначала проходите, присаживайтесь.
Она усадила обеих на диван и попросила их отложить свои сумки и пакеты.
Тао Жун принялась ей объяснять:
— Я боялась, что если скажу о приезде заранее, он, не желая нас утруждать, специально поедет в такую даль обратно в город Су, поэтому мы приехали без предупреждения.
Жуань Юй заметила, что, произнося эти слова, Тао Жун держалась очень кротко, словно она, мать Сюй Хуайсуна, была ему менее близка, чем женщина, оказавшаяся в его номере.
Все-таки они были в разлуке слишком много лет, и между матерью и сыном, похоже, возникло некоторое отчуждение.
Жуань Юй поспешила вступиться за Сюй Хуайсуна:
— Он ведь думал о вас и собирался съездить в город Су, даже подарки к празднику уже купил. — С этими словами она указала на возвышающуюся в гостиной стопку подарочных коробок. — Просто еще не решил, завтра или послезавтра, поэтому пока не успел вам сказать.
Тао Жун бросила на них взгляд издали и улыбнулась:
— Вот же ребёнок…
Жуань Юй, видя, что они просто так сидят, поднялась и сказала:
— Я заварю вам чай.
Сказав это, она отправилась хлопотать к кухонному столу. Спустя некоторое время позади послышались шаги; обернувшись, она увидела, как Тао Жун неуверенно подошла ближе и, понизив голос, нерешительно спросила:
— Там, в Сан-Франциско… это с его папой что-то случилось?
Жуань Юй и так сомневалась, стоит ли говорить правду, поскольку не знала нынешнюю семейную ситуацию Сюй Хуайсуна. Теперь же, заметив, что Тао Жун, похоже, не хочет, чтобы об этом узнала Сюй Хуайши, она чуть заметно кивнула и тихо произнесла:
— Кажется, обострение старой болезни.
Сидевшая поодаль и копавшаяся в телефоне Сюй Хуайши, услышав этот легкий шум, обернулась и пробормотала:
— Мам, о чем вы там шепчетесь с сестрой?
Тао Жун обернулась и бросила на нее укоризненный взгляд.
Жуань Юй с улыбкой перевела тему:
— Раз уж вы приехали издалека, лучше все же позвонить Хуайсуну.
— Не нужно, — отмахнулась она. — Он сейчас наверняка торопится и за рулем, так что не будем ему говорить. Мы скоро уйдем. — С этими словами она опустила взгляд на руки Жуань Юй, вскрывавшие упаковку с чаем. — И ты не утруждай себя.
Жуань Юй не стала настаивать и налила ей стакан простой кипяченой воды. Заметив, что та взяла его, словно находясь мыслями где-то далеко, она тихо добавила:
— Вы только не слишком волнуйтесь.
Поняв, что ее раскусили, Тао Жун едва заметно улыбнулась, а спустя какое-то время, снова взяв себя в руки, спросила:
— Как вы с Хуайсуном ладите?
Жуань Юй поперхнулась; она понимала, что в сегодняшней ситуации родителю было бы трудно не сделать ошибочных выводов. Она как раз обдумывала, как бы все объяснить, но Тао Жун, похоже, неверно истолковала ее молчание и поспешила сказать:
— Если тебе кажется, что он в чем-то неидеален, будь к нему снисходительнее. Этот ребенок раньше ни с кем не встречался, поэтому многих вещей может не понимать.
Жуань Юй опешила и бессознательно выпалила:
— За столько лет он ни с кем не встречался?
При упоминании об этом былая скованность Тао Жун немного ушла, и она заговорила откровеннее:
— Насколько мне известно, нет. Китайцам в Америке очень нелегко работать адвокатами. Если не проявишь выдающиеся способности, чтобы завоевать авторитет, сплошь и рядом будешь сталкиваться с дискриминацией. А уж после того, что случилось с его папой, ему во всем приходилось рассчитывать только на себя. Он отдавал все силы карьере, какое уж тут время на отношения.
Жуань Юй тихо угукнула. Но в этот момент ее заботила вовсе не история отношений Сюй Хуайсуна, которая так долго вызывала в ней любопытство.
На сердце стало тяжело и горько, непередаваемое чувство.
А Тао Жун тем временем продолжала бередить ей душу:
— На самом деле, у Хуайсуна есть некоторые изъяны в характере. — Сказав это, она, словно боясь напугать Жуань Юй, тут же пояснила: — Я не имею в виду патологические отклонения.
Жуань Юй склонила голову:
— А?
Тао Жун с улыбкой вздохнула:
— Он рассказывал тебе о нас с его отцом?
Та кивнула.
— Мы разошлись во взглядах еще до того, как он пошел в среднюю школу. Это в той или иной мере повлияло на его взросление, поэтому в его характере неизбежно присутствует некая робость. Возможно, иногда тебе будет казаться, что ему не достает прямоты и решительности, но зачастую это лишь проявление того, что он слишком сильно о чем-то переживает. Надеюсь, ты отнесешься к этому с пониманием, в этом наша с его отцом вина.
Жуань Юй успокаивающе похлопала Тао Жун по тыльной стороне ладони:
— Я понимаю, не волнуйтесь.
Они поболтали еще немного, когда у Жуань Юй зазвонил телефон.
Звонил Лю Мао, спрашивал, все еще ли она в гостинице.
— Да, здесь.
— Тогда жди там, Сяо Чэнь скоро подъедет. Хуайсун попросил его отвезти тебя домой.
Жуань Юй запнулась:
— Прямо в праздник утруждать Сяо Чэня? Я и сама могу добраться, скажи… — На этих словах она осеклась, посмотрела на Тао Жун, отвела телефон от уха и спросила: — Тетя, а как вы сюда добрались?
— На скоростном поезде.
— А обратно?
— Ах да. — Тао Жун повернулась к сидящей на диване Сюй Хуайши и сказала: — Хуайши, посмотри-ка быстренько, можно ли переоформить обратные билеты на пораньше.
Могла бы и не смотреть: учитывая пассажиропоток в праздничные дни, сейчас шансов перенести билеты на более раннее время не было никаких, разве что ехать всю дорогу стоя.
Жуань Юй снова поднесла телефон к уху:
— Видимо, все же придется потревожить Сяо Чэня. Пусть приезжает.
Чэнь Хуэй вскоре прибыл в гостиницу. Жуань Юй поздоровалась с ним, рассыпаясь в благодарностях, и проводила вниз Тао Жун, которая наотрез отказалась остаться пообедать.
Сюй Хуайши всю дорогу порывалась что-то сказать, но замолкала, а подойдя к машине, потянула Тао Жун за руку:
— Мам… раз уж я все равно приехала, можно я останусь здесь погулять на пару дней?
— Думаешь, я могу со спокойным сердцем оставить тебя одну в городе Хан? Поехали со мной, вернешься в другой день, когда твой брат будет здесь.
Сюй Хуайши надула губы и полезла за ней в машину. Забравшись наполовину, она обернулась и бросила на Жуань Юй жалобный взгляд.
Приняв этот сигнал о помощи, Жуань Юй помолчала, но все же сделала шаг вперед:
— Тетя, если Хуайши хочет остаться в городе Хан на пару дней, я присмотрю за ней.
Сюй Хуайши не знала о случившемся с папой, поэтому, в отличие от Тао Жун, не была так отягощена заботами и с радостью осталась.
Но когда Жуань Юй спросила, куда бы она хотела сходить погулять, та лишь покачала головой:
— На улице слишком жарко, а в праздники на достопримечательностях повсюду яблоку негде упасть. На самом деле я просто хочу поболтать с тобой, сестренка. Давай вернемся наверх или поедем к тебе.
Кто бы мог подумать, что она тоже домоседка.
Жуань Юй немного подумала, позвонила родителям и сказала, что у нее внезапно появились дела и ей придется приехать в другой день, а затем спросила:
— Значит, останемся здесь, у твоего брата, или поедем ко мне?
— А как далеко отсюда до твоего дома?
— Если без пробок, то полчаса езды.
— Наверняка будут пробки! Ну и ладно, меня от машин уже тошнит.
В итоге они, не проявив никаких особых амбиций, тем же путем вернулись в номер.
Сюй Хуайши сняла с плеча рюкзак, достала оттуда стопку белых экзаменационных листов и с горьким видом сказала:
— Сестренка, тебе не нужно обо мне заботиться. Обо мне позаботится домашка, так что занимайся своими делами.
Жуань Юй невольно рассмеялась.
Сюй Хуайши, вероятно, тоже ошибочно подумала, что они с Сюй Хуайсуном живут вместе, и не знала, что ей здесь совершенно нечем заняться.
Что бы поделать? Она немного постояла без дела, а потом вспомнила о рыжем коте. Открыв дверь спальни, она увидела, что он, как и ожидалось, свернулся там клубочком.
Она вынесла кота на руках, и Сюй Хуайши, увидев его, с удивлением сказала:
— Вау, мой брат и правда изменился! Раньше его жутко бесило убирать кошачью и собачью шерсть!
Жуань Юй опешила.
Разве Сюй Хуайсуну не нравились кошки еще в старшей школе?
Сюй Хуайши воодушевленно подбежала поиграть с котом, на ходу спрашивая:
— Как его зовут?
— Пока у него только английское имя. Может, дадим ему китайское, чтобы соответствовать местным традициям?
— Тогда ты и придумай, сестренка! Брат говорил, что ты писательница, очень образованная.
Какая уж тут образованность в кошачьем имени?
Жуань Юй сходу выдала:
— В рифму к «Тиффани» — пусть будет Пипи. Хм… Сюй Пипи?
— Отлично, отлично, с моей фамилией!
Жуань Юй усмехнулась, не став ранить ее фразой «с фамилией твоего брата», как вдруг — легок на помине — в следующую секунду ей позвонил Сюй Хуайсун.
Она тут же спросила:
— Как состояние дяди?
— Все еще в реанимации, — Сюй Хуайсун, напротив, принялся утешать ее. — Все будет хорошо.
Она тихо угукнула:
— Тогда сосредоточься на дороге, не говори по телефону.
— Я слышал от Чэнь Хуэя, что вы с Хуайши сейчас у меня?
— Да, нам на двоих уже больше сорока лет, так что не переживай за нас.
Сюй Хуайсун, казалось, несколько обреченно усмехнулся:
— Боюсь, что тебе будет скучно, поэтому говорю: пароль от моего компьютера — тоже твой день рождения. Остальными вещами в номере можешь пользоваться как захочешь.
Повесив трубку, Жуань Юй наконец-то нашла чем заняться. Получив его разрешение, она перенесла его компьютер в гостиную, но при вводе пароля запнулась.
Сюй Хуайсун поставил ее день рождения на пароли телефона и компьютера. Тогда, может, платежный пароль тоже имеет какой-то особый смысл и как-то связан с ней?
309017…
Поддавшись крошечной доле нарциссизма, Жуань Юй принялась отчаянно примерять этот набор цифр на себя.
30 — никаких мыслей.
90 — никаких зацепок.
17 — ей очень нравилось это число, потому что в старшей школе у нее был такой порядковый номер в журнале.
Подумав об этом, она внезапно оцепенела перед компьютером.
Она была номером 17 в классе 309.
Неужели эти цифры означают именно это?
Но она не раскрывала в своем романе таких подробных реальных данных. Где же он это разузнал?
Жуань Юй долго ломала над этим голову, но так и не нашла разгадку, а спрашивать Сюй Хуайсуна о подобных пустяках в такой неподходящий момент было неловко, поэтому ей пришлось пока подавить свое любопытство.
Ближе к времени приема пищи, так как Сюй Хуайши было лень выходить из дома и она торопилась доделать тесты, Жуань Юй заказала доставку свежих продуктов, чтобы приготовить для нее что-нибудь вкусненькое.
Аромат готовящейся еды отвлек Сюй Хуайши; она отложила тесты по китайскому и прибежала на кухню. Наблюдая, как Жуань Юй ловко жарит лосось, она взволнованно запрыгала и заулюлюкала:
— Моему брату, должно быть, восемь жизней подряд крупно не везло, раз в этой жизни он сумел отхватить такое сокровище, как ты, сестренка!
Жуань Юй, занятая жаркой рыбы, улыбнулась и не стала отрицать.
Эта улыбка, освещенная лучами солнца из окна, поистине казалась нежной, как вода.
Сюй Хуайши не удержалась:
— Твой профиль просто прекрасен! Можно я сниму небольшое видео и выложу в Моменты?
Жуань Юй добродушно улыбнулась:
— Можно.
Сюй Хуайши сняла видео с ней в профиль, снабдив его подписью в Моментах: «Чжан Маньюй, Гао Юаньюань и Ван Цзусянь из Первой школы, покушавшиеся на красоту моего брата, смотрите внимательно: вот кто достоин стать моей будущей невесткой, а вам пока-пока!»
Похваставшись будущей невесткой, Сюй Хуайши радостно прильнула к подоконнику, ожидая поклонения от одноклассниц, но, посмотрев вниз, обнаружила сюрприз:
— Ой, сестренка, иди скорее посмотри!
Жуань Юй как раз выложила рыбу на тарелку. Она подошла к подоконнику, выглянула наружу и увидела, что садовник, отвечающий за озеленение территории отеля, поливает деревья из шланга высокого давления. В лучах солнца в разлетающейся водяной пыли отчетливо виднелась радуга.
Казалось, она предвещала какие-то хорошие новости.
Она поспешно обернулась за телефоном, чтобы сфотографировать эту сцену. Она хотела отправить снимок Сюй Хуайсуну, но, побоявшись помешать ему за рулем, прождала до половины третьего дня. И только убедившись, что он уже вылетел, отправила сообщение: «Дарю».
Зная, что он сойдет с самолета только через десять с лишним часов, Жуань Юй отложила телефон, а вечером легла с Сюй Хуайши в одну кровать.
Поскольку она беспокоилась оставлять ее одну в отеле, она решила остаться, попросила горничную поменять постельное белье и принести два одеяла.
Сюй Хуайши была только рада сблизиться с ней, а еще лучше спать под одним одеялом. Ночью она не сомкнула глаз, увлеченно болтая с ней в темноте и рассказывая школьные сплетни.
Ближе к вечеру Жуань Юй получила сообщение от Ли Шицаня с приглашением пообедать на следующий день. Изначально она планировала приготовить обед для Сюй Хуайши, а затем ненадолго отлучиться, но теперь, заболтанная ею, она всерьез подумала, что завтра может проспать до самого полудня.
Во втором часу ночи она зевнула:
— Ладно, ладно, завтра договорим. Спи давай.
Сюй Хуайши была еще бодра и сказала:
— Тогда ты ложись спать, сестренка, а я еще немного посижу в Вэйбо.
Жуань Юй угукнула, перевернулась на другой бок и уже собиралась провалиться в полудрему, как вдруг услышала, что лежащая рядом с ней девушка резко вдохнула сквозь зубы.
Она от испуга мгновенно проснулась, обернулась и спросила:
— Что случилось?
Сюй Хуайши, крепко сжимая телефон, ответила:
— Увидела в Вэйбо ордер на розыск. Вау, как же опасно в Ханчжоу, тут скрывается убийца. Хорошо, что мы сегодня не выходили.
Сейчас век информации, если где-то происходит преступление, в интернете об этом сразу же становится известно, ничего удивительного. Жуань Юй, зевнув, сказала:
— В Ханчжоу все равно довольно неплохая ситуация с безопасностью. — Сказав это, она тут же провалилась в сон.
Именно поэтому она не услышала, как Сюй Хуайши после этого пробормотала:
— Хм… Почему мне кажется, что фото этого подозреваемого на документы выглядит смутно знакомым?
Ты — моя запоздалая радость — Список глав
