— Садовники не говорили, когда они в первый раз увидели этот мотоцикл в зелёной зоне? — спросил я.
— Говорили, увидели его утром шестого июля.
— Вы смотрели записи с камер за тот день? Кто заехал на нём на улицу Цзыцян?
— Нет.
— Хорошо, тогда мне нужны все записи с камер на улице Цзыцян за шестое июля.
Коллеги из дорожной полиции быстро скопировали видеоданные за шестое июля. К счастью, улица Цзыцян не была главной городской магистралью, и на ней было всего две камеры — на въезде и на выезде. Иначе объём работы по просмотру записей просто вымотал бы меня до смерти.
Уставившись в монитор, я просматривал записи за весь день на четырёхкратной скорости.
Спустя примерно час я наконец увидел Чжан Чэнго на записи от четырёх утра шестого июля. Да, это был он. То ли из-за сильного ночного ветра, то ли специально пытаясь скрыться, Чжан Чэнго на мотоцикле укутался с ног до головы. Но с мотоциклом ошибки быть не могло. Стоило поблагодарить судьбу за то, что на улице Цзыцян стояли инфракрасные камеры, иначе в такой кромешной тьме я не увидел бы ничего, кроме света фар.
На видео прошло ещё минут двадцать, и Чжан Чэнго покинул улицу Цзыцян с другого конца пешком. Похоже, мотоцикл он к тому времени уже оставил в зелёной зоне.
Выключив видео, я озадачился. Всё тот же вопрос: раз уж он собрался в бега, почему мотоцикл так и остался в кустах? Кровь на месте происшествия и брошенный телефон доказывали, что на Чжан Чэнго напали. Но кто мог это сделать?
Я подумал о Хань Пиньму. Сунь Цян заранее сообщил ему о планах Чжан Чэнго. Сунь Цян говорил, что, получив новости, Хань Пиньму никак не отреагировал. Это было совсем не в его духе. Двадцать восьмого июня Хань Пиньму обманом заставил меня обеспечить ему алиби, неужели в этот раз он стал бы сидеть сложа руки? Мог ли он использовать план Чжан Чэнго против него самого: дождаться, пока я погонюсь за Сунь Цяном, и в тот момент, когда Чжан Чэнго останется один, напасть на него и увезти? Если так, то Чжан Чэнго сам вырыл себе яму.
С этими мыслями я снова открыл видео и перемотал на девять вечера. Я хотел проверить, не затаился ли Хань Пиньму на этой дороге заранее.
Около десяти вечера я увидел самого себя и Чжан Чэнго. Мы шли по улице Цзыцян бок о бок, я нёс его пакеты с покупками.
Видео шло дальше, но Хань Пиньму так и не появился. На улице Цзыцян не было перекрёстков: если не перелезать через ограду второй больницы, то нужно было пройти её насквозь с востока на запад. Ночью машин и пешеходов на улице было мало. На записи длиной почти в час лишь около дюжины автомобилей проехали мимо камеры на въезде.
Даже когда на экране показалась патрульная машина с моими коллегами, я так и не увидел и следа Хань Пиньму. В душе нарастало разочарование. Похоже, Хань Пиньму либо не приходил, либо ушёл через ограду. Но второй вариант был крайне маловероятен: он онкологический больной и вряд ли смог бы перемахнуть через забор, да ещё и таща на себе Чжан Чэнго.
Протерев глаза и потянувшись в кресле, я уже собирался закрыть видео — похоже, я снова навоображал лишнего. Но как раз в тот момент, когда я встал, чтобы уйти, в голове мелькнула мысль.
— Чтобы увезти Чжан Чэнго, нужна была машина. За то время, пока совершалось преступление, мимо проехало больше десяти автомобилей, а вдруг… — размышляя об этом, я поспешно вернул ползунок назад. И правда, всего проехало шестнадцать машин.
Моё внимание привлёк белый седан «Шевроле-Круз».
Камера на въезде зафиксировала появление машины в 22:16:23, а камера на выезде — в 22:35:11. То есть на проезд по всей улице Цзыцян у неё ушло девятнадцать минут.
Слишком долго. Насколько я помнил эту улицу, проехать её насквозь можно было гораздо быстрее.
Чтобы проверить свою догадку, я засёк время проезда других машин. Как и ожидалось, большинству требовалось от четырёх до пяти минут.
М-да, вот в чём дело. Этот белый «Круз» определённо где-то останавливался по пути.
Записав номер «Круза», я открыл служебную базу данных, чтобы проверить информацию о владельце.
Вскоре передо мной всплыло имя — Чжан Цзинь.
Чжан Цзинь? Знакомое имя.
Выйдя из базы, я нашёл СМС, отправленное несколько дней назад. Там значилось то же самое имя — Чжан Цзинь.
Я закрыл видео и отправился по адресу Чжан Цзиня, указанному в базе.
Это имя привлекло моё внимание, потому что недавно в офисе следственного отдела городского управления я предложил Ван Чжэнцао проверить всех участников команды «Киберспорт Ючэн», чтобы выяснить, нет ли у кого-то, кроме Фэй Яна, особых связей с Хань Пиньму. Ван Чжэнцао, как и следовало ожидать, превратил моё «предложение» в моё же задание. В последующие дни я обивал пороги отдела кибербезопасности и в итоге упросил их установить личности семидесяти процентов участников игрового чата.
И Чжан Цзинь был среди них. В реальной жизни он работал нелегальным таксистом и в игровом чате часто услужливо выполнял поручения Хань Пиньму.
Что значило появление его машины на улице Цзыцян вечером шестого июля?
Чжан Цзинь жил в старом доме на улице Мааньшань. При встрече я не стал ходить вокруг да около: предъявил удостоверение и сразу спросил, что он делал на улице Цзыцян вечером шестого июля.
— Ой, господин полицейский, я и не посмею от вас ничего скрывать! В сети, когда в игры играли, познакомился с одним парнем из команды. В тот вечер ему понадобилась машина: сказал, мол, друг напился, надо забрать. Вот я и отвёз его на улицу Цзыцян, что к северу от второй больницы, — ответил Чжан Цзинь.
Когда машина подъехала к северной стене больницы, товарищ по команде велел ему остановиться — мол, друг мог уснуть прямо в кустах, надо поискать. Чжан Цзинь хотел было помочь, но тот отказался. Из-за духоты Чжан Цзинь настаивать не стал и остался сидеть в машине под кондиционером. Минут через пятнадцать напарник позвонил и велел проехать немного вперёд. Чжан Цзинь проехал совсем чуть-чуть и увидел, что тот сидит у дороги, а рядом с ним навзничь лежит какой-то мужчина.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
