18 июля 2012 года Ван Чжэнцао позвал меня на совещание объединённой спецгруппы по анализу дела. Я был весьма удивлён, но ещё больше меня поразило то, что на собрании появился Лю Гуанвэнь, который всегда позиционировал себя как «внештатный сотрудник». Я в шутку спросил его:
— Брат Вэнь, ты как, на ноги-то встал? Управление так далеко от жилого комплекса «Пиньань», да ещё и время послеполуденное. Сегодня ты точно задержишься, не будет ли жена на тебя ругаться?
Лю Гуанвэнь взглянул на меня, но ничего не ответил. В его взгляде я уловил что-то странное.
— Что стряслось, брат Вэнь? Случилось что-то?
Лю Гуанвэнь по-прежнему не обращал на меня внимания, лишь указал на стул и сказал:
— Занимайся своим совещанием, нечего болтать попусту.
Я сначала подумал, что Лю Гуанвэня позвал Ван Чжэнцао, но когда Ван Чжэнцао вошёл и увидел его, он удивился не меньше моего. Лю Гуанвэнь был вторым по старшинству в зале после него. Ван Чжэнцао с улыбкой сказал: «А-Вэнь, какой честью ты сегодня удостоил собрание меня, Ван Чжэнцао?», и одновременно с этим пододвинул стул к себе, предлагая Лю Гуанвэню сесть рядом.
Но Лю Гуанвэнь, на удивление, отказался, взял стул и сел подле меня. Я решил, что он подсел, чтобы стрельнуть сигарету, так как я принёс курево, и выложил пачку на стол. Лю Гуанвэнь церемониться не стал, вытащил одну и закурил.
Аналитическое совещание началось.
Благодаря неустанным усилиям в деле появились новые подвижки: одни зацепки подтвердились, другие были окончательно отброшены.
Ван Чжэнцао первым делом попросил Чэн Ху доложить о ситуации с Чэнь Чуньли. Чэн Ху сказал, что Чэнь Чуньли крепка, как кусок железа, — настоящий монолит; с самого начала допроса она не проронила ни слова, будто решила стоять на своём до конца. В данный момент она временно содержится в изоляторе.
— Разве местонахождение Го Пэнфэя ещё не установлено? Поторопите группу Ли Цзяньтао, пусть скорее берут его. А с Чэнь Чуньли — ищите другие подходы, — произнёс Ван Чжэнцао.
Чэн Ху кивнул, но, судя по выражению его лица, он, вероятно, уже перепробовал всё возможное с Чэнь Чуньли.
— Выяснили причину смерти Чжан Чэнго? — продолжил расспрашивать Ван Чжэнцао.
— Выяснили. Умер от черепно-мозговой травмы, — ответил Чэн Ху.
Тело Чжан Чэнго было обнаружено 17 июля 2012 года на складе замороженных продуктов на юго-западе Ючэна. Когда мы с Чэн Ху прибыли на склад, рабочие проводили нас к той партии новых деревянных ящиков, которые доставили с лесопилки «Хуэйминь» 7 июля. Ящики уже были заполнены замороженной продукцией, но при осмотре внутри одного из них был обнаружен спрятанный труп Чжан Чэнго.
Присутствовавший на месте рабочий перепугался до смерти. Лишь спустя долгое время, придя в себя, он вспомнил, что в тот день, 7-го числа, когда рабочие с лесопилки привезли ящики, один из молодых рабочих услужливо помогал им с погрузкой и забрал старую упаковку. Рабочий сначала подумал, что парень просто хочет забрать выброшенный картон, чтобы продать его, и никак не ожидал, что его истинной целью было провернуть такое во время упаковки.
После того как тело Чжан Чэнго доставили в центр судебно-медицинской экспертизы при отряде уголовного розыска управления общественной безопасности Ючэна, было установлено, что он скончался от черепно-мозговой травмы. Из-за длительного пребывания в холоде точное время смерти определить не удалось, однако на ягодице убитого полиция обнаружила большое тёмно-красное родимое пятно. Эта деталь в точности совпала с сюжетом романа «Бездна», найденного в его компьютере.
— Опираясь на показания водителя нелегального такси Чжан Цзиня, водителя лесопилки Хуан-моу и сотрудника склада замороженных продуктов Ли-моу, можно с уверенностью утверждать, что человеком, убившим Чжан Чэнго и тайно переправившим его на склад, является Хань Пиньму, — заключил в конце Чэн Ху.
— А мотив? Зачем Хань Пиньму убивать Чжан Чэнго? — спросил Ван Чжэнцао.
Чэн Ху промолчал. Очевидно, без показаний Хань Пиньму он пока не мог ответить на этот вопрос.
— Тот Сунь Цян говорил, что между Чжан Чэнго и Хань Пиньму был глубокий конфликт. Что это за конфликт? Вы разобрались? — Ван Чжэнцао перевёл взгляд на Фань Цзе и меня.
Нам оставалось лишь покачать головами. Ни Хань Пиньму, ни Чжан Чэнго не рассказывали об этом Сунь Цяну. Теперь же, когда один мёртв, а другой тяжело ранен, нам и подавно не у кого было спросить. Единственная, кто мог знать правду — Чэнь Чуньли — упорно молчала, заведя наше расследование в тупик.
Трудно сказать, произошло ли это из-за нашей медлительности или же противник заранее спланировал подобный исход.
— Но я… — я немного замялся, так как у меня возникло одно предположение.
— Говори, если есть что сказать. Раз уж у нас аналитическое совещание, нечего таиться, — Ван Чжэнцао, казалось, всё это время внимательно следил за мной.
— У меня есть догадка: может ли быть так, что их конфликт связан с делом 1999 года? — Основания?
— Я считаю, что зацепку всё же стоит искать в Чэнь Чуньли. — Я не стал сразу выкладывать все доводы, потому что чувствовал: если перейду сразу к сути, то даже мне самому это будет трудно принять на веру.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
