Бездна — Глава 3

— Синь Цзижань целыми днями в таком состоянии, неужели родные о нём не заботятся? — спросил я Лю Гуанвэня.

— Эх… — Лю Гуанвэнь снова вздохнул и сказал, что у Синь Цзижаня больше нет семьи.

— Совсем нет семьи? — спросил я.

— Да, сын погиб, а жена покончила с собой, — ответил Лю Гуанвэнь.

— Что? — я был поражён и поспешил узнать, что произошло.

— Слышал о спецделе «2.15» девяносто девятого года? Всё из-за того дела… — сказал Лю Гуанвэнь.

1999 год для полиции Юйчэна выдался беспокойным. Та зима была на редкость холодной, а весна сильно запоздала: даже к концу марта прошлогодний снег ещё не полностью растаял. И вот среди этих белых снегов произошла серия самых жестоких убийств и изнасилований с момента основания города.

Первое преступление случилось в ту новогоднюю ночь. Молодожёны возвращались домой от родителей после праздничного ужина. Когда они проходили мимо фермы Синфу, на них напали. Мужчине нанесли более десятка ножевых ранений, от которых он скончался на месте, а женщину преступники оттащили в снега соседней фермы, изнасиловали, после чего также зверски убили.

Из-за тяжести дела полиция Юйчэна немедленно сформировала следственную группу. Возглавил её Синь Цзижань, занимавший в то время пост начальника отряда расследований при управлении уголовного розыска. Однако не успел он даже наметить план действий, как произошло второе преступление.

Второе дело случилось неделю спустя. Жертвами стали мать и дочь, снимавшие жильё у склада городского военного ведомства. Матери было тридцать восемь лет, дочери — семнадцать. Глубокой ночью преступник взломал дверной замок, ворвался в помещение, привязал обеих женщин к стульям и изнасиловал, после чего убил их.

Затем последовали третье и четвёртое нападения. Жертвами стали работница химзавода и преподавательница профессионально-технического училища. Тот же почерк, те же обстоятельства. Четыре случая за один месяц — весь город охватил ужас.

В то время молодые женщины боялись выходить на улицу после наступления темноты. Многие предприятия в целях безопасности отменили ночные смены для сотрудниц, и даже женщин-полицейских после дежурства чаще всего провожали до дома коллеги-мужчины.

— Впрочем, в этом мире всегда найдутся те, кто ловит рыбку в мутной воде, как, например, Чжао Ганьчжэ. В те дни он каждый вечер провожал до дома сотрудницу отдела пропаганды по фамилии Цзинь. Провожал-провожал, пока и вовсе не переехал к ней, — Лю Гуанвэнь внезапно сменил тему. Он любил подшучивать над нынешним главой управления уголовного розыска Чжао Ганьчжэ, совершенно не взирая на его статус начальника. Чжао Ганьчжэ женился поздно, только в тридцать пять лет, и Лю Гуанвэнь постоянно подкалывал его по этому поводу.

— Что-то я отвлёкся, — Лю Гуанвэнь закурил и, скомкав пустую пачку в комок, сунул её в карман.

При таком общественном резонансе давление на Синь Цзижаня и его группу было колоссальным. Однако зацепок почти не было: преступления совершались в основном ночью, в безлюдных местах, где не было ни камер наблюдения, ни случайных прохожих. Несмотря на следы сексуального насилия, сперму злоумышленников в телах жертв обнаружить не удавалось. Все пострадавшие были убиты холодным оружием, но, согласно выводам судмедэкспертов, в четырёх случаях преступники использовали разные орудия.

Пока Синь Цзижань со своей группой работали круглыми сутками, произошло пятое нападение.

В ночь на третье апреля на женщину средних лет, возвращавшуюся из больницы после посещения больного, напали неподалёку от национальной трассы XD1. К счастью, получив несколько ножевых ранений, она притворилась мёртвой, а когда преступники отвлеклись, бросилась к дороге. По чистой случайности мимо проезжала автоколонна транспортной компании, и водители спасли женщину.

От пострадавшей Синь Цзижань узнал, что насильников было трое, и все они были молоды. Один говорил на путунхуа, двое других — на местном диалекте. Из-за темноты женщина не разглядела лиц, но сообщила важную деталь: сопротивляясь, она ударила камнем по голове того, кто говорил на путунхуа, и даже услышала, как тот пробормотал: «Кровь пошла».

Синь Цзижань немедленно отправился на место происшествия. В ходе тщательного прочёсывания местности полицейские действительно нашли тот самый камень в кукурузном поле неподалёку. На нём сохранилось крошечное пятно крови, из которого судмедэксперты смогли выделить образец ДНК.

Кроме того, на месте преступления была обнаружена внутренняя упаковка от презерватива марки «Чанлэ». Презервативы этой марки не поступали в открытую продажу, а бесплатно распределялись комитетом по планированию семьи по ведомственным отделам.

Позже пострадавшая по пятому делу вспомнила, что преступники действительно использовали презервативы. То, что насильники применяли средства контрацепции, объясняло отсутствие следов спермы в первых четырёх случаях. На этот раз они, по всей видимости, так спешили скрыться, что не успели «прибраться на месте».

Полиция немедленно начала новый раунд проверок. Основное внимание уделялось молодым людям около двадцати лет, говорящим на путунхуа и имеющим травму головы. Был и ещё один негласный критерий, о котором все понимали без слов: «молодёжь с нефтепромыслов, тесно контактирующая с местными парнями».