У Юн сделал весьма смелое предположение.
С тех пор как он стал консультантом У Манман, она ни разу не играла ролей с положительной энергетикой, каждый раз выбирая участь женского персонажа «пушечного мяса».
Это было подсознательное полное самоотрицание.
Будто она убедила себя, что она плохая, и именно поэтому её не ценят и не любят.
Верить в это было куда легче, чем признать, что, какой бы хорошей она ни была, ей всё равно не добиться чужой любви.
Что же касается аборта, то в глубине души У Манман могла таиться мысль, что ей вообще не стоило появляться на свет.
А двум не любящим друг друга людям лучше и вовсе не иметь детей.
Конечно, всё это были лишь личные догадки У Юна, и он не мог озвучить их У Манман.
— У тебя слишком узкое амплуа, почему бы тебе не попробовать себя в ролях другого плана? — спросил У Юн.
— Например? — поинтересовалась У Манман.
— Например, Осу.
— Оказывается, вы тоже умеете шутить, У Ишэн, — рассмеялась У Манман.
— Я рекомендую это совершенно серьёзно, — ответил У Юн.
— Я прихожу к вам на консультации, чтобы в будущем не вести себя как сумасшедшая, — вскинула брови У Манман.
— На самом деле иметь выход для эмоций лучше, чем не иметь его вовсе. В следующий раз попробуй найти роль с положительным настроем, — посоветовал У Юн.
У Манман, пошатываясь, вышла из кабинета У Юна и едва переступила порог, как зазвонил телефон — это был Лу Суй.
— Алло, — её голос звучал нарочито кокетливо, как у по уши влюблённой девчонки.
Главной причиной было то, что этим вечером пришло время забирать выигрыш в споре. У Манман специально надела рюкзак, в котором лежал её зеркальный фотоаппарат, не использовавшийся годами.
Ради кубиков пресса Лу-сяньшэн стоило достать «зеркалку».
— Ты где? Я пришлю водителя за тобой, — сказал Лу Суй.
— Не нужно, внизу метро, я сама доеду, — ответила У Манман.
Видимо, она слишком долго жила без своего Хаммера и успела окончательно привыкнуть к общественному транспорту.
В такое время, пока доедет водитель Лу Суя, пока они доберутся до ресторана — в пробках точно проторчат до полдевятого вечера.
Лучше уж на метро: и хлопот меньше, и ужин начнётся вовремя.
— Стой там и никуда не уходи, я сам за тобой приеду, — передумал Лу Суй.
У Манман вздохнула. Лу Суй, должно быть, ошибочно решил, что она обиделась из-за того, что он прислал только водителя. Она не считала себя настолько капризной.
— Правда, не нужно. Я уже захожу в лифт, пока, — У Манман повесила трубку.
Однако, несмотря на всю веру в общественный транспорт, вовремя добраться до ресторана ей не удалось.
Лу Суй посмотрел на часы: У Манман опоздала уже на полчаса, что было за пределом его терпения.
Учитывая педантичность Лу-сяньшэн, который готов был карать за задержку в тридцать секунд, У Манман явно установила новый рекорд.
На самом деле У Манман сейчас было вовсе не до смеха. В метро она подралась с озабоченным типом, в ходе чего разбила экран телефона, а после и вовсе попала в полицейский участок.
Мать этого мерзавца, узнав о случившемся, примчалась и принялась вопить, что У Манман оклеветала её сына. Она кричала, что наймёт адвоката и подаст на неё в суд, требуя, чтобы та била поклоны перед её сыном, признавая вину.
У Манман, разумеется, не соглашалась: этот тип ведь на самом деле хватал её за задницу.
Женщина же твердила, что у У Манман слишком короткая юбка, и она сама нарочно провоцировала мужчин.
Против лома нет приёма: эта дама сыпала отборной бранью, и У Манман от ярости не находила слов. Хоть юбка и была недлинной, на ней же были плотные шерстяные колготки!
Через полчаса та женщина и впрямь привела адвоката с таким же мерзким лицом, как и у её сына. Видимо, в семье водились деньжонки, раз они вели себя так нагло.
У Манман сначала попыталась позвонить Госпоже Лю, но У-лаобань и Госпожа Лю в этот момент были в самолёте, и их телефоны были выключены.
Что же до остальных, У Манман не помнила ни одного номера наизусть, включая номер Лу Суя. Так что она даже не могла предупредить его, что не придёт.
Можно было только представить гнев Лу-сяньшэн, которого «прокатили» с ужином.
Лишь через два часа Госпожа Лю сошла с рейса, включила телефон и, узнав о случившемся, прислала адвоката, чтобы вызволить её из полицейского участка.
К счастью, Госпожа Лю была в другом городе, иначе У Манман не миновать бы изматывающей нотации.
Когда все формальности были закончены, было уже больше десяти вечера. У Манман вышла из такси и, понурив голову, уныло побрела домой, чувствуя себя совершенно обессиленной.
Вздорная тётка средних лет — это настоящее биологическое оружие.
Припаркованная у обочины машина мигнула фарами. У Манман пришлось поднять взгляд, и она увидела, как Лу Суй выходит из салона.
Она бессильно отвернулась в сторону. Сегодня у неё не осталось сил ни с кем общаться. Мало того что её обругало то «живое оружие», так ещё и У-лаобань задал ей хорошую трёпку. В этот миг У Манман вообще никого не хотела видеть.
Она решила, что будь что будет, и остановилась, ожидая, что Лу Суй начнёт её отчитывать — ведь он приехал к самому её дому, чтобы призвать к ответу.
Однако У Манман прождала какое-то время, но Лу Суй лишь взял её лицо в ладони.
— Что с губой? — спросил он. На красивой алой губе виднелась кровавая ссадина, портившая весь вид.
У Манман заморгала. Почувствовав, как большой палец Лу Суя нежно касается её губ, она ощутила, как защипало в носу, и уткнулась лицом ему в грудь.
В такие моменты, от кого бы ни исходило утешение, пусть даже малейшее, У Манман ухватилась бы за него, как за спасительную соломинку.
Холодная зима всегда заставляет особенно сильно жаждать тепла.
Прогноз погоды обещал сегодня снег. Все восприняли это как шутку, но неожиданно с неба и вправду начали падать снежинки.
Лу Суй обнимал У Манман и хотел отвести её в машину, но она наотрез отказалась сдвинуться с места. Стоило Лу Сую слегка шевельнуться, как она, словно испуганный кролик, мёртвой хваткой вцепилась в его талию, не давая ему уйти.
Лу Сую ничего не оставалось, кроме как стоять под заснеженным ветром, обнимая У Манман, подобно снеговику.
Он подождал довольно долго и, почувствовав, что У Манман перестала двигаться, а её руки расслабились, попытался осторожно пошевелить плечом, но обнаружил, что она никак не реагирует.
Эта девушка была поистине удивительна: она умудрилась уснуть, стоя вот так прямо.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
