Лу Суй вернулся в комнату только под утро. У Манман лежала, зажмурив глаза и притворяясь спящей, но он, приняв душ и улегшись в постель, принялся покрывать её спину поцелуями — от лопаток до самого копчика. Горячее дыхание Лу Суя вызывало у неё волну мурашек, пробегавшую от самых стоп.
Ей нравились его поцелуи, нежные и страстные. В такие моменты У Манман казалось, будто она — восхитительный, тающий во рту муссовый торт, столь желанный и необходимый Лу Сую.
Однако сегодня у неё явно не было настроения отвечать на его ласки.
Но терпения и выносливости Лу Сую было не занимать. Как бы У Манман ни сопротивлялась, в конце концов она не выдержала и обхватила его ногами за талию.
Утром У Манман чувствовала себя сносно. Прошлой ночью Лу Суй терзал её нежно и всего один раз — это можно было считать за особую милость.
— Позавтракаем и поедем в больницу навестить тётю, — сказал Лу Суй, ставя на стол чашку с кофе.
У Манман оторопела:
— А что с тётей?
Вчера голос Лу Цзянань звучал вполне бодро, разве нет?
— Кажется, что-то с сердцем. Вчера вечером её положили на обследование, — ответил Лу Суй.
У Манман опустила голову к своей чашке с молоком. Она прекрасно понимала: Лу Цзянань наверняка слегла из-за Лу Суя, а главной виновницей, разумеется, была она сама.
— Тётя ведь всегда была крепкой, почему она вдруг попала в больницу? — прозондировала почву У Манман.
— Ещё во время предновогоднего осмотра у неё нашли проблемы с сердцем. Ей давно следовало лечь на лечение, — ровным тоном произнёс Лу Суй. Если бы У Манман не подслушала его разговор с Лу Цзянань, то по его невозмутимому виду ни за что бы не догадалась, что он имеет к этому отношение.
У Манман повертела в руках чашку с молоком. Она подозревала, что Лу Цзянань вряд ли захочет её видеть, а если её визит навредит здоровью больной, дело примет скверный оборот.
Но Лу Суй не мог не учесть этого. Раз он сам предложил, У Манман, собрав волю в кулак, отправилась в больницу.
Входя в палату, У Манман мечтала спрятаться за спину Лу Суя, лишь бы не попадаться на глаза Лу Цзянань.
Конечно, это было несбыточным желанием.
У Лу Цзянань не было детей, а её муж постоянно пропадал на работе, поэтому сейчас она была в палате одна. Два ассистента как раз докладывали ей о делах, но, увидев вошедшего Лу Суя, Лу Цзянань велела посторонним удалиться.
У Манман стояла, опустив голову и не смея взглянуть на неё, но вдруг услышала голос Лу Цзянань:
— Манман, ты уже выздоровела?
У Манман подняла глаза:
— Да, тётя, мне уже лучше. Сегодня капельницы уже не нужны.
Лу Цзянань с улыбкой кивнула:
— Здоровье у тебя слабовато, часто простужаешься. Тебе стоит найти хорошего врача традиционной медицины, чтобы подлечиться.
— Спасибо, тётя, я так и сделаю.
Атмосфера в палате была на редкость гармоничной. У Манман даже засомневалась: не ослышалась ли она вчера? А может, тот разговор ей и вовсе причудился?
В этом и заключалось мастерство Лу Цзянань: какой бы сильной ни была неприязнь к человеку, на поверхности всё выглядело безупречно вежливо.
Пока Лу Суй сидел у кровати, расспрашивая о самочувствии и подзывая врача для уточнений, У Манман от скуки присела на диван и принялась чистить яблоки из корзины.
Кожура первого яблока оборвалась на трети. У Манман отложила его и взяла следующее — то же самое.
Только на пятом яблоке у неё получилось срезать длинную, непрерывную стружку. Держа в руках белое, очищенное яблоко, она на миг растерялась, не зная, что с ним делать.
— Тётя, не хочешь яблока? Манман только что почистила, — своевременные слова Лу Суя спасли её из неловкой ситуации.
У Манман нашла тарелку, порезала яблоко кубиками, положила рядом шпажку и обеими руками протянула Лу Сую.
Лу Цзянань съела лишь кусочек ради приличия, зато Лу Суй не спеша прикончил всё яблоко целиком.
После посещения больной Лу Суй настоял, чтобы У Манман тоже прошла в больнице полное обследование, а анализ крови перенесли на завтрашнее утро.
Закончили они только к полудню. По дороге домой У Манман позвонила Нуань Ян и возбуждённо сообщила, что в игре вышло обновление с мероприятием к празднику Дуаньу. Она велела скорее заходить в игру, чтобы лепить цзунцзы и получать награды.
На самом деле восторженной в этом разговоре была только Нуань Ян. У Манман, прикрывая трубку рукой, в страхе косилась на сидящего рядом Лу Суя, боясь, что он услышит слова подруги.
Нуань Ян спросила:
— Если у тебя нет времени зайти, дай мне свой пароль, я зайду под твоим персонажем и выполню задания.
У Манман решительно отказалась. Она не любила, когда кто-то другой заходил на её игровой аккаунт — это казалось ей вторжением в личное пространство.
Повесив трубку, У Манман украдкой взглянула на Лу Суя. Убедившись, что он никак не отреагировал, она с облегчением выдохнула, радуясь своей удаче.
Однако вечером ей повезло меньше, чем вчера. Ровно в девять её затащили в постель и терзали до полуночи, прежде чем дали отдохнуть.
Тело изнывало от усталости, но рассудок был необычайно бодр. У Манман смотрела в потолок, дожидаясь, пока дыхание Лу Суя станет ровным и глубоким. Затем она на цыпочках выбралась из постели и прокралась в свою спальню напротив, чтобы включить компьютер.
В последнее время У Манман слишком увлеклась игрой. Хотя она понимала, что это пустая трата времени, подавить внутренний порыв не могла.
Впрочем, её предпочтения в игре изменились. Раньше ей нравилось выполнять задания и проходить подземелья, но теперь она больше полюбила ПВП — сражения с другими игроками и оттачивание боевого мастерства.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
