У Манман в тот миг просто окаменела. Хотя она и предполагала, что Лу Суй, так долго копивший в себе гнев, обязательно захочет выпустить пар, и уже приготовилась расплачиваться собственным телом, она никак не ожидала, что этот человек нанесёт ей такой удар.
Обида залегла глубокая.
Будь всё как прежде, У Манман непременно разыграла бы из себя тёщу Лу Суя, но сейчас она лишь резко запрыгнула на него, обхватив ногами его талию, и, вцепившись в лицо, принялась покрывать его поцелуями.
— Опять придираешься ко мне? Придираешься?
Лу Суй поспешно обнял У Манман покрепче, боясь, что она упадёт и отобьёт себе всё мягкое место.
Встреча после долгой разлуки — словно сухой хворост у костра: даже Лу Суй позволил себе открыто проявить нежные чувства на людях.
Садясь в машину, У Манман достала маленькое зеркальце, чтобы поправить макияж. Впрочем, о макияже и речи быть не могло — она уже много дней боялась смотреть на себя в зеркало. Сейчас же ей пришлось набраться смелости и взглянуть в лицо реальности, раздумывая, как спасать кожу.
У Манман с придирчивым отвращением смотрела на своё отражение, а затем повернулась к Лу Сую:
— Лу-сяньшэн, ну и специфические же у тебя вкусы, если ты смог приложиться губами к такому лицу.
Лу Суй пару раз сухо кашлянул:
— В последние два дня у меня зрение немного затуманилось.
В город они вернулись лишь на следующий день после полудня. У Манман с наслаждением приняла молочную ванну и только тогда почувствовала, что вернулась в цивилизованный мир.
Когда Лу Суй толкнул дверь и вошёл, У Манман была занята уходом за всем телом — и руки, и ноги были в деле. Что касается спа-салона, то визит туда был уже назначен на завтра.
Кроме того, волосам тоже требовался тщательный уход в течение некоторого времени.
Все эти россказни о том, что природную красоту ничем не испортишь — сущая чепуха. Если не заниматься собой, то рано или поздно в тридцать лет будешь выглядеть на пятьдесят.
У Манман втирала лосьон для тела и прикидывала свой график, когда внезапно услышала от Лу Суя, что вечером они куда-то идут вместе. Она даже не сразу сообразила, о чём речь.
— А? Мне тоже надо идти? Но я же… — «такая смуглая, что совсем не хочется выходить из дома, ясно?»
— Нин Чжэн и остальные хотят тебя видеть, к тому же Лу Линь там воду мутит. Тебя не было больше двух месяцев, и все решили, что мы снова расстались, — Лу Суй с недовольным видом сел рядом с У Манман. — Один раз такое можно объяснить, но если объяснять по многу раз, люди начнут что-то подозревать.
У Манман надула губы: похоже, отвертеться не получится.
Когда кожа светлая и чистая, на тебе всё сидит идеально, но стоит ей потемнеть, как подбор цветов превращается в неразрешимую задачу. У Манман долго перебирала вещи в гардеробе, прежде чем неохотно выбрала синее платье.
Лу Линь, едва увидев У Манман, сразу сказала:
— Потемнела, похудела.
— Смуглость придаёт ей сексуальности, — Нин Чжэн подошёл к У Манман со спины.
У Манман обернулась и увидела фирменную улыбку Нин Чжэна.
— Давно не виделись. Я уж думал, ты снова бросила Лу Суя, — сказал Нин Чжэн.
У Манман посмотрела на ничем не скрываемое сожаление на лице Нин Чжэна и только тогда поняла, почему Лу Суй так настаивал на её приходе.
Пока они разговаривали, подошли Шэнь Тин и чета Цзян Баоляна.
Хотя Ван Юань и Цзян Баолян ещё не праздновали свадьбу, юридически всё уже было оформлено.
У Манман подошла перекинуться с ними парой слов.
— Слышал, ты ездила с археологической экспедицией? — спросил Шэнь Тин.
— Угу, — кивнула У Манман, поправляя рукой выбившиеся пряди волос за ухо.
Взгляд Шэнь Тина был каким-то странным. Женская интуиция в таких вещах всегда особенно остра, хотя он никогда ничего не говорил, а самым дерзким его поступком был поход с ней на малатан в Университете А.
— Было очень тяжело? — снова спросил Шэнь Тин.
— Терпимо, — ответила У Манман.
— Как у вас с Лу Суем дела?
— Всё хорошо.
— Когда планируете позвать нас на свадьбу? — продолжил допрос Шэнь Тин.
Ох, этот вопрос поставил У Манман в затруднительное положение.
К счастью, подоспел Нин Чжэн и выручил её:
— Тебя там Лу Линь зовёт.
У Манман извиняюще кивнула Шэнь Тину и ушла.
Нин Чжэн прошептал на ухо Шэнь Тину:
— Не спрашивай её. Лу Суй в прошлый раз говорил, что у них с Манман пока нет планов вступать в брак.
Шэнь Тин опустил глаза и промолчал.
Нин Чжэн тоже не проронил ни слова.
Люди всегда судят о других по себе, а умные люди к тому же обожают считать своё мнение единственно верным.
Семья Лу огромна, дела их обширны, а Лу Цзянань к тому же не жалует У Манман. Лу Суй и впрямь мог предпочесть просто оставаться в отношениях с У Манман, не связывая себя узами брака. Для людей их круга подобное было в порядке вещей.
Брак — это ведь дело не только двоих.
У Манман и не подозревала, что кто-то печётся о её замужестве.
Единственное, что её сейчас заботило — как вернуть своей коже былую белизну.
К счастью, У Манман от природы обладала прекрасными данными, и после месяца домашнего ухода она снова стала писаной красавицей. Однако усидеть на месте она не могла и, несмотря на усталость, постоянно моталась между Университетом А и городом.
— Чем ты в последнее время так занята? — Лу Суй, нахмурившись, посмотрел на только что вернувшуюся домой У Манман. Эту девчонку он не видел уже три дня.
У Манман ни капли не испугалась его сурового вида, её лицо сияло лучезарной улыбкой. Спрятав руки за спину, она сказала Лу Сую:
— У меня есть кое-что для тебя.
Лу Суй приподнял бровь, и У Манман, словно ребёнок, жаждущий похвалы, протянула ему вазу с голубой глазурью, имитирующую стиль Жу.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
