Говорят: «Любая встреча в этом мире — это
».
Многие вещи, кажущиеся случайными, на самом деле предопределены судьбой.
Шесть мудрецов Лазурного утеса следили за ним много дней, желая подловить Сун Цяньцзи, когда он останется один. К сожалению, Сун Цяньцзи вел затворническую и однообразную жизнь, не покидая своего маленького дворика и с головой уйдя в земледелие.
Наконец, этим вечером настал черед Мэн Хэцзэ участвовать в поединках, и все ученики внешнего круга собрались на площади, чтобы посмотреть бой.
Сун Цяньцзи остался без защиты, но все же осмелился отправиться к безлюдному озеру Яогуан.
В глазах некоторых это выглядело так, будто он встретил оказавшуюся в беде женщину-культиватора с низким уровнем самосовершенствования, хрупкую и беззащитную.
Оказавшись в ситуации «герой спасает красавицу», он, одурманенный ее очарованием, пожелал лишь найти уединенное место «среди цветов и под луной»1, где никто бы им не помешал.
С другой стороны, Сун Цяньцзи и сам искал тихий уголок, чтобы допросить «Ван Тугэня, он же Бай Ляньлянь», и выяснить, что за игру тот затеял.
Их столкновение было неизбежно.
Хуа Чжангуй не знал, какие грехи совершил в прошлой жизни, что в этой ему довелось повстречать такое чудо, как Сун Цяньцзи.
При одном воспоминании о мешке с тиной, который тот набрал собственноручно, его пробирала дрожь, а к горлу подкатывала тошнота.
Нападавшие тоже не ведали, какие грехи совершили в прошлом, что ныне решились атаковать Сун Цяньцзи.
В такую темную и ветреную ночь даже при виде маленького демонического зверя эти двое должны были бы, прижавшись друг к другу, дрожать от страха, не говоря уже о целом отряде культиваторов стадии Чжуцзи, внезапно вышедших из лесной чащи.
Однако, когда «хрупкая женщина-культиватор» закатала рукава, широко улыбнулась, обнажив ряд белоснежных зубов, и, хлопнув по сумке-хранилищу, выхватила тяжелый трехсотцзиневый палаш с золотыми кольцами, сверкающий холодным блеском…
…они осознали, что дело принимает скверный оборот.
— Она скрыла свой уровень! Она вовсе не на начальной стадии Ляньци!
— Этот палаш — мощный артефакт, берегитесь!
Нападавшие не только скрыли лица под особыми мантиями, но и изменили свои голоса. У каждого он звучал одинаково хрипло и неприятно, так что узнать кого-либо было невозможно.
Хуа Чжангуй, давший волю копившейся весь день обиде, выплеснул всю свою духовную энергию и ворвался в ряды врагов. Словно тигр, напавший на отару овец, он крушил и рубил все на своем пути, и никто не мог его остановить!
Палаш пронзал ночную тьму, и в сполохах холодного света бушевали потоки яростной силы.
Пять золотых колец на лезвии разом задрожали, издавая гул, подобный завываниям злых духов.
Брызги крови летели на белое платье, но он даже не замечал этого.
Свист клинка поднимал в воздух песок и камни, с деревьев с шумом осыпалась листва.
Видя, что дело плохо, нападавшие быстро перестроились, пытаясь обойти женщину-культиватора и ее палаш.
Их целью был Сун Цяньцзи, но они уже потеряли пятерых ранеными, так и не сумев коснуться даже края его одежд.
Длинная цепь, мерцающая серебром, под коварным углом устремилась прямо в спину женщины в белом платье.
- «Среди цветов и под луной» (花前月下, huā qián yuè xià) — идиома, описывающая идеальную романтическую обстановку для свидания. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
