— Кто бы из вас двоих ни вышел, результат будет один.
Чжао Юйпин с улыбкой кивнул, явно довольный. Не давая ему возможности передумать, он направился прямиком к высокому помосту.
— Не смей трогать моё кресло, — Чжао Цзихэн резко оттолкнул руку Мэн Хэцзэ, тянувшуюся к шезлонгу. Наконец-то он почувствовал вкус триумфа.
Мэн Хэцзэ не стал с ним спорить, а лишь громко объявил собравшимся:
— Если мне посчастливится одержать победу, прошу позволить Сун-шисюну войти во внутренние врата!
— Кха-кха-кха! — Сун Цяньцзи от неожиданности зашелся кашлем и поспешно замахал руками. — Не нужно!
«Да кто вообще хочет в эти внутренние врата? Не подставляй ты меня!»
— Что ты сказал?! — Чжао Юйпин резко обернулся, его взгляд, острый как нож, вонзился в Мэн Хэцзэ.
Старейшина Зала Дисциплины на помосту выкрикнул:
— Вздор! Испытание проводится для отбора лучших учеников во внутренние врата. Никогда не было такого, чтобы кто-то сражался вместо другого.
Мэн Хэцзэ сложил руки в приветствии перед помостом:
— Если судить по уровню совершенствования и душевным качествам, Сун-шисюн превосходит меня в сотни раз. Если это под силу мне, то для него и вовсе пустяк. Однако он ранен, и ему неудобно вступать в поединок. — Юноша говорил без тени страха, и каждое его слово звучало твердо: — Ученик готов сразиться с каждым из претендентов по очереди!
Договорив, Мэн Хэцзэ почувствовал, как тяжесть на душе мгновенно исчезла.
За всю жизнь он произнес немало слов — правдивых и ложных, пустых и сказанных в хмелю, — но сейчас ему казалось, что ни одна фраза не приносила такого облегчения, как эта.
С тех пор как он покинул дом, поднялся на гору и стал учеником внешних врат секты Хуа Вэй, он всегда помогал другим, но другим редко выпадал случай помочь ему.
Он стремился к многогранному миру совершенствования, жаждал истинной, преданной дружбы.
Но жизнь была серой и скучной, дни тянулись один за другим без всякого смысла, и конца этому не было видно.
— Пока он не упал в пропасть вместе с Сун Цяньцзи.
«Сегодня обстоятельства загнали меня в угол. Если я и сейчас стерплю, то у меня не хватит духу впредь использовать навыки, которым обучил меня Сун-шисюн!»
Мэн Хэцзэ хотел доказать всем и самому себе, что Сун-шисюн не ошибся в нем, не зря спас его и, тем более, не зря учил.
Чжао Юйпин вдруг рассмеялся, и впервые за день его смех звучал так искренне:
— Почтенные старейшины, хотя подобных прецедентов не было, правила отборочных испытаний меняются каждый год. Редко встретишь среди учеников внешних врат такую отвагу и верность. Почему бы не дать ему шанс?
Мэн Хэцзэ холодно усмехнулся:
— Благодарю управляющего Чжао за содействие.
Мэн Хэцзэ сошел с ума. Разве станет кто-то по доброй воле напрашиваться на бой на истощение?
Все присутствующие, независимо от того, чью сторону они занимали, в этот миг были поразительно единодушны в своих мыслях.
Чжао Цзихэн озвучил их общие сомнения:
— Эй, ты что творишь? Неужели Сун Цяньцзи наложил на тебя гу1, подчинив своей воле?!
— Позаботьтесь о Сун-шисюне вместо меня.
Мэн Хэцзэ не стал ничего объяснять. Дав это поручение последовавшим за ним ученикам внешних врат, он направился к центру площади.
Голос Сун Цяньцзи раздался у него за спиной:
— Не делай этого.
Мэн Хэцзэ обернулся и увидел, что Сун Цяньцзи нахмурился, выглядя озадаченным.
Сун Цяньцзи твердо отказал:
- Гу (蛊, gǔ) — ядовитое существо, создаваемое путем помещения различных тварей в один сосуд, используемое для наведения порчи или контроля над волей человека. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
