Вдруг послышался голос Мяо Янь:
— Я знаю, что вы проиграли.
Лицо Хэ Цинцин похолодело:
— Ты обманываешь сама себя!
— Я не пытаюсь тебя обмануть. С виду твое дыхание кажется глубоким, а духовная энергия — бьющей через край, но ты не смеешь много говорить. Ты боишься, что стоит тебе открыть рот, как неистовая, вышедшая из-под контроля энергия вырвется наружу и это заметят. Мой учитель все тщательно рассчитала, ее план был безупречен, она не могла проиграть. Даже если бы она потерпела неудачу, она ни за что не сдалась бы без боя, а Цзян Юнь никогда не пощадила бы ее. Ты могла принести лишь ее труп, чтобы обменять его на жетон Сяньинь. Ты велела подать сигнал, нарочно говоря это для меня и показывая мне это. На самом деле, кроме вас, больше никто не спасся, верно?
Мяо Янь говорила спокойно.
Пока Хэ Цинцин слушала ее подробный рассказ, выражение ее лица стремительно менялось, словно она вспоминала какие-то мучительные картины, о которых не хотелось воскрешать в памяти.
В конце концов она усмехнулась:
— Мяо Янь, ты действительно верна себе.
Не успели слова затихнуть, как она призвала цинь «Цзюсяо Хуаньпэй», принадлежащий Цзян Юнь-сяньцзы, и холодно произнесла:
— У меня есть раны, это правда, но приструнить вас, жалких остатков разбитого войска, мне вполне под силу.
Ее кончики пальцев уже коснулись струн, но она внезапно остановилась, потому что Мяо Янь сказала:
— Жетон Сяньинь, я могу отдать его тебе.
Хэ Цинцин остолбенела.
— Учитель вырастила и воспитала меня. Если бы она проиграла, я бы непременно отомстила за нее и поддержала честь школы. Но она победила, и это действительно хорошо… — Мяо Янь вздохнула. — Раз она победила, значит, сможет взрастить и вторую Мяо Янь.
— Что ты имеешь в виду? — Хэ Цинцин замерла, прижимая цинь к себе.
— С меня хватит быть Мяо Янь, — вздохнула та. — Убери этот инструмент. Каким бы способом ты ни подавляла свои раны, тебе все равно пришлось заплатить за это цену, тебе не стоит снова вступать со мной в схватку.
Любой нормальный человек на ее месте сейчас постарался бы скрыться и втайне залечить раны. Однако Хэ Цинцин предпочитала идти на риск, пытаясь переломить ситуацию в безнадежном положении.
Хэ Цинцин же гадала: кто этот человек, неужели это правда Мяо Янь? Что же с ней произошло?
— И ты не боишься, что, получив жетон Сяньинь, я тут же отправлюсь мстить?
— Мой учитель наверняка уже послала людей в погоню за тобой. Чтобы отомстить, тебе, боюсь, понадобится еще немало лет. — Мяо Янь посмотрела на своих встревоженных и охваченных паникой соучениц. — Ты можешь покинуть школу Сяньинь и отправиться куда угодно. Но если решишь вернуться, ты должна сохранить им жизнь и пощадить моего учителя. Школа Сяньинь больше не должна проливать кровь. Вражде между двумя школами пора положить конец.
— Ты правда так считаешь? — Хэ Цинцин не верила своим ушам.
Мяо Янь достала похожий на белый нефрит жетон и раскрыла ладонь, ее взгляд горел:
— Если согласна, бери и уходи. Если нет — мы сразимся прямо сейчас!
— Неужели ты не оставишь себе пути к отступлению? — чувства Хэ Цинцин были противоречивы.
Мяо Янь опустила голову и тихо проговорила:
— В этот раз, придя в тайное царство, я встретила одного человека. Сейчас неизвестно, жив он или мертв, но я найду его, и с тех пор мы скроем свои имена и покинем мир совершенствования1.
Хэ Цинцин не почувствовала радости, ей это казалось лишь абсурдом:
— Ты с ума сошла?!
За годы их противостояния она слишком хорошо узнала, что из себя представляет Мяо Янь.
- Мир совершенствования (修真界, xiūzhēnjiè) — вымышленная сфера бытия, в которой заклинатели практикуют духовные и физические техники для достижения бессмертия и божественных сил. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
