В первый учебный день сентября «подношение к юбилею школы» стало темой, больше всего волновавшей учеников второго (семнадцатого) класса средней школы.
Подготовка к скетчу развернулась полным ходом. Одноклассники единодушно решили, что исполнители главных ролей должны обладать определёнными внешними данными — согласно последним новостям, разузнанным Шэнь Фусюанем, празднование юбилея школы в средней школе пройдёт в провинциальном Большом театре. К тому времени на сцену будут направлены несколько камер, снимающих выступающих в режиме реального времени.
Изображение, захваченное камерами, будет транслироваться на большом экране в глубине сцены. Таким образом, зрители на задних рядах тоже смогут отчётливо видеть всё происходящее.
Хань Пэн предложил:
— Давайте сделаем Цзян Юйбая исполнителем главной мужской роли! У Цзян Юйбая самая лучшая внешность. Если он будет играть главного героя и его снимет камера, ручаюсь, никто не станет отвлекаться.
Дуань Циянь холодно усмехнулся:
— Это кто сказал, что у Цзян Юйбая самая лучшая внешность?
Подтекст Дуань Цияня был таков: я выгляжу лучше, чем Цзян Юйбай.
Однако ответственная за культурно-массовую работу Тан Тинтин вновь отвергла мнение Дуань Цияня:
— Я тоже считаю, что на главную мужскую роль нужно выбрать Цзян Юйбая. Хотя Цзян Юйбай младше нас, он больше всех выделяется в толпе, понимаете?
Выделяется?
Неужели Цзян Юйбай достоин эпитета «выделяющийся»?
Дуань Циянь вовсю злословил про себя, косо поглядывая на Цзян Юйбая.
Дуань Циянь не только хотел стать исполнителем главной роли, но и мечтал заслужить славу «Чжао Бэньшаня из Первой провинциальной школы». Если бы одноклассники выдвинули на главную роль Цзян Юйбая, Дуань Цияню пришлось бы довольствоваться ролью второго плана — а такого исхода Дуань Циянь не желал ни при каких обстоятельствах.
Цзян Юйбай был для Дуань Цияня воображаемым врагом.
А сам Цзян Юйбай, на удивление, совершенно отстранился от бурной атмосферы кастинга. Он открутил крышку термоса и невозмутимо налил полчашки воды. Он медленно откинулся на спинку стула и с изяществом отпил воды, словно обсуждали вовсе не его.
Дуань Циянь безжалостно бросил вызов:
— Цзян Юйбай, ты когда-нибудь играл в скетчах или спектаклях?
Цзян Юйбай искусно ответил:
— Я могу начать оттачивать актёрское мастерство с сегодняшнего дня.
Дуань Циянь холодно хмыкнул. Он слегка повёл уголком губ, упёр руки в бока, демонстрируя властную ауру, и представил себя всем:
— Однажды на фестивале культуры и искусств в начальной школе при пединституте я играл важную роль, и педагоги вместе с учениками всей школы осыпали меня похвалами.
Тан Тинтин тут же разоблачила его:
— Дуань Циянь играл Жеребёнка в «Жеребёнок переходит речку».
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха… — Шэнь Фусюань не смог сдержаться, он хохотал, присев на корточки и не в силах подняться.
Лицо Дуань Цияня покраснело на бледном фоне, а Тан Тинтин продолжала добавлять подробности:
— Дуань Циянь даже лица не показывал. Он надел голову лошади. Картонную лошадиную голову, нахлобученную прямо ему на макушку. Если бы ведущий, объявляя программу, не назвал имя Дуань Цияня, то мы бы и не узнали, что ту лошадь играл он.
Шэнь Фусюань, едва держась за стол, медленно выпрямился:
— Дуань Циянь, даже если ты и играл в скетчах, твоё лицо было скрыто лошадиной головой, и никто в зале не видел твоих эмоций. А это значит, что ты не оттачивал актёрское мастерство. Ты даже хуже Цзян Юйбая, у него по крайней мере есть скромность.
Дуань Циянь от этих слов лишился дара речи.
Линь Чжися невзначай спросила:
— Шэнь Фусюань, ты пойдёшь в актёрскую группу?
— Актёром быть скучно, — Шэнь Фусюань хлопнул по столу. — Я хочу быть режиссёром, главным режиссёром, который командует всем парадом.
Шэнь Фусюань совмещал две должности: заместителя старосты и старосты по математике. Его успеваемость была отличной, авторитет — очень высоким, в будни он часто помогал одноклассникам решать задачи, к тому же его мама была директором Первой провинциальной школы, так что обычно никто в классе не возражал против мнения Шэнь Фусюаня.
Шэнь Фусюань закономерно стал главой режиссёрской группы.
Он назначил Цзян Юйбая на главную мужскую роль.
Линь Чжися тут же спросила мнение Цзян Юйбая:
— Ты согласен быть главным героем, Цзян Юйбай? Если не хочешь, скажи мне прямо, я могу определить тебя в другую группу, не нужно себя принуждать.
Цзян Юйбай плотно закрутил крышку термоса. Он опустил руку в ящик стола и коснулся подаренной Линь Чжися деревянной шкатулки с садом.
В том саду хранилась вера капитана Линь Чжися. Словно ощутив эту веру физически, Цзян Юйбай необычайно твёрдо произнёс:
— Я согласен.
Несмотря на то что Цзян Юйбай ни капли не колебался, Линь Чжися всё равно немного беспокоилась.
Цзян Юйбай был самым красивым мальчиком в классе и обладал высокой способностью к пониманию. Однако главный герой в скетчах обычно был комиком. Линь Чжися же казалось, что Цзян Юйбаю больше подходят роли вроде «командира легиона», «прекрасного принца» или «воина-джедая».
Немного подумав, Линь Чжися не удержалась и спросила:
— Можно я буду играть главную женскую роль?
В классе воцарилась тишина.
В душе Линь Чжися немного запаниковала, но внешне оставалась спокойной и решительной:
— Если никто не против, то главная героиня — это я.
Шэнь Фусюань развёл руками:
— А я-то думал, ты пойдёшь в сценаристы. Душа скетча — это сценарий. Если ты не займёшься сценарием, то что будет со сценарием?
И вправду.
Шэнь Фусюань озвучил мысли одноклассников.
Линь Чжися написала несколько сочинений на высший балл. Она цитировала классику, обладала обширными знаниями, её тексты были богатыми и лаконичными, охватывающими цивилизации и историю всех времён и народов. Она была любимой ученицей учителя литературы.
Если Линь Чжися не напишет сценарий…
Кто сможет взять на себя столь важную задачу?
Видя, что обсуждение в классе зашло в тупик, Вань Чуньлэй вызвалась сама:
— Я напишу сценарий!
Взоры учеников разом устремились на Вань Чуньлэй. Вань Чуньлэй поправила куртку с видом великого полководца:
— Я заняла третье место в группе начальной школы на четвёртом городском турнире по го среди учащихся. В делах я придерживаюсь логики. Как насчёт того, чтобы я написала сценарий? Вы мне доверяете?
— Доверяем, — кивнула Линь Чжися.
Стоило Линь Чжися заговорить, как остальные одноклассники тут же подхватили.
Вань Чуньлэй без малейшего труда стала главой сценарной группы. Качество программы теперь целиком зависело от Вань Чуньлэй, и она внезапно почувствовала груз ответственности. Она выбрала семь одноклассников себе в помощники.
*
В тот же день после обеда Вань Чуньлэй, воспользовавшись маленьким кабинетом, созвала сценарное совещание.
Помимо восьми учеников из сценарной группы, на этом совещании присутствовали Цзян Юйбай, Линь Чжися и Шэнь Фусюань.
Одиннадцать ребят собрались вместе, взяли чистые листы черновиков и погрузились в раздумья.
Вань Чуньлэй сжала руку в кулак и подпёрла им подбородок, напоминая статую «Мыслителя». Она пробормотала себе под нос:
— Что же играть? Что вы хотите сыграть?
Шэнь Фусюань с улыбкой произнёс:
— «Путешествие на Запад», три поединка с Бай Гуцзин.
Цзян Юйбай серьёзно добавил:
— «Троецарствие», битва у Красных скал.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
