— Способность забывать? И что хорошего в плохой памяти? — спросил её Цзян Юйбай.
Линь Чжися покачала головой: — Есть вещи, которые не стоит помнить. Если я ссорюсь с гэгэ, мне не хочется этого помнить.
— У тебя есть гэгэ? — Цзян Юйбай принялся выпытывать сведения о семье конкурента. — Родной гэгэ?
— Да. Он старше меня на три года, в этом году пошёл в первый класс средней школы, — честно ответила Линь Чжися.
Цзян Юйбай снова спросил: — Ты часто с ним ссоришься?
Линь Чжися подпёрла щёку рукой: — Я часто с ним спорю. А ты? Ты дома споришь с а-де и а-нян?
Цзян Юйбай вытащил из рюкзака рабочую тетрадь: — Мои а-де и а-нян очень заняты на работе. Им некогда со мной спорить.
Линь Чжися часто закивала. Она достала новенький блокнот и, сжимая в руке подаренную Цзян Юйбаем авторучку, написала на форзаце: «Время, подаренное Линь Чжися Цзян Юйбаю».
Цзян Юйбаю это показалось странным. Что значит «подаренное мне время»? Разве время — это такая вещь, которую можно дарить?
Он увидел, как Линь Чжися составляет в блокноте оглавление: история, география, астрономия… Линь Чжися ещё не закончила, а Цзян Юйбай уже отметил карандашом слово «история».
Линь Чжися на мгновение задумалась и снова принялась писать: история Африки, история Азии, история Европы, история Америки…
Цзян Юйбай тут же выбрал «историю Африки».
Линь Чжися спросила его: — Ты всегда выбираешь первое?
Цзян Юйбай поторопил её: — Пиши дальше.
Линь Чжися продолжила: — Египет в Северной Африке обладает самыми ранними письменными историческими свидетельствами. По меньшей мере десять тысяч лет назад на берегах Нила уже селились египтяне. «Ра» считался важнейшим божеством древних египтян. Говорят, что бог солнца Ра перед рассветом всходит на священную ладью и тянет за собой солнце, а богиня истины прокладывает ему путь. Исследования доказывают, что древние египтяне использовали зубную пасту и мыло для очищения тела…
— В Древнем Египте было мыло? — Цзян Юйбай подчеркнул слово «мыло».
— Было, говорят, один повар в древнеегипетском дворце и был тем человеком, который изобрёл мыло, — с воодушевлением ответила Линь Чжися.
В пустом месте на странице она нарисовала коробочку странной формы, передняя часть которой была соединена со статуей фараона в короне Атеф. Рядом со статуей шла строчка мелким почерком: «Мыльница древнеегипетского фараона».
Цзян Юйбай спросил её: — Ты помнишь даже картинки, которые видела?
— Помню, — ответила Линь Чжися. — Эту древнеегипетскую мыльницу я видела в «Империи Древнего Египта» в провинциальной библиотеке.
Цзян Юйбай очень заинтересовался. Он особенно любил читать такие книги, как «Неразгаданные тайны мира», «В поисках древних цивилизаций» и «Полная летопись истории» — реальные и опасные исторические загадки всегда обладали какой-то древней и таинственной притягательностью.
Цзян Юйбай сменил ручку и тоже написал в блокноте Линь Чжися: «Ты слышала о пирамиде Хеопса?»
— Конечно. — Линь Чжися тут же нарисовала пирамиду в разрезе. Четыре угла этой башни были точно ориентированы по четырём сторонам света — ведь углы пирамиды Хеопса направлены строго на север, юг, восток и запад, а погрешность составляет менее 0,167 градуса[1].
Цзян Юйбай спросил её: — Пирамида Хеопса — это постройка третьего тысячелетия до нашей эры, её общий вес составляет более шести миллионов тонн. Как древние египтяне смогли добиться такой ничтожной погрешности для такой громадины?
Линь Чжися ответила: — Египетские пирамиды, включая пирамиду Хеопса…
Она нарисовала в блокноте три звезды созвездия Ориона и расположила под ними три пирамиды: — Цзян Юйбай, ты слышал об Орионе? Орион — это созвездие, северная часть которого входит в Млечный Путь. Три великие пирамиды Египта — это земное отражение звёзд Ориона с очень малой погрешностью. Из-за этого возникла альтернативная гипотеза, на английском она называется Орион коррилейшн теори[1], — она как раз о связи египетских пирамид с созвездием Ориона. У меня есть серьёзное предположение.
Цзян Юйбай приготовился слушать: — Какое предположение?
Линь Чжися снова начала рисовать: — Три закона Ларсона говорят нам, что молекулярные облака находятся в состоянии, близком к вириальному равновесию. Ядро молекулярного облака в Орионе — это область высокой плотности с очень сильной гравитацией! Но я думаю, исходя из моих расчётов, что коллапс ядра облака в звезду происходит не под действием его собственной гравитации, а под влиянием магнитного поля и других звёздных систем…
Кончик пальца Цзян Юйбая коснулся кончика ручки Линь Чжися.
Она повернула голову и пристально посмотрела на него.
Он сказал: — Давай я тоже что-нибудь нарисую.
Цзян Юйбай притянул к себе блокнот и набросал человеческую фигурку — в ней едва можно было узнать человека. У фигурки был конский хвостик, и она была в платьице. Рядом он написал три слова: Линь Чжися.
Линь Чжися возмолилась: — Почему ты нарисовал меня такой? Неужели я такая некрасивая?
Цзян Юйбай нарисовал ещё более уродливого человечка и подписал рядом: Цзян Юйбай.
Гнев Линь Чжися утих: — Ну, я всё-таки симпатичнее тебя.
Цзян Юйбай обвёл фигурной скобкой всё, что Линь Чжися написала до этого, и провёл стрелку к головам двух человечков. Он сделал Линь Чжися и Цзян Юйбая главными героями и начал рисовать для них комикс.
Он старательно вывел: «В 2004 году нашей эры Линь Чжися и Цзян Юйбай отправились скитаться к созвездию Ориона во Вселенной…»
— Почему мы скитаемся? — озадаченно спросила Линь Чжися.
Цзян Юйбай сказал: — Потому что…
Не успел он придумать причину, как Линь Чжися радостно предложила: — Потому что мы хотим исследовать Вселенную!
Цзян Юйбай назвал свой самодельный комикс «Исследование Вселенной»,
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
