Помимо школьных дел, вопрос о том, как должным образом обустроить новый дом, тоже заслуживал изучения.
С мая по июнь 2016 года Линь Чжися и Линь Цзэцю часто наведывались в мебельные магазины в стиле минимализма, такие как Икеа и Мудзи, и накупили множество всяких мелочей для повседневного быта.
А Цзян Юйбай с размахом прислал бытовую технику, ковры, деревянные шкафы, посуду и утварь — бренды этих вещей были такими, о которых семья Линь Чжися никогда прежде не слышала и которых в глаза не видела. Когда Линь Чжися спросила об их цене, Цзян Юйбай ответил, что приобрёл их по внутренней цене прямых групповых продаж от производителя, так что это не очень дорого, и он надеется, что Линь Чжися примет его искренний жест.
— Сколько именно ты на это потратил? — Линь Чжися докапывалась до самой сути.
Цзян Юйбай перевёл тему:
— Я был недостаточно осмотрителен… Я не могу помочь тебе в науке, поэтому могу лишь обеспечить тебе немного комфорта в жизни.
Цзян Юйбай говорил предельно искренне, принимая всю ответственность на себя. Когда он произнёс «я не могу помочь тебе в науке», он слегка отвернулся, словно вспоминая те школьные годы, когда Линь Чжися полностью его подавляла — в то время Цзян Юйбай, как ни старался, не мог занять первое место в параллели, даже проигрывал Цзинь Байхуэй, а одно время в рейтингах экзаменов его опережал даже Шэнь Фусюань.
В «Дневнике наблюдений за человечеством» Линь Чжися часто описывала его фразой: «Сегодня Цзян Юйбай снова мучительно размышлял над простой физической задачей…»
Цзян Юйбай едва слышно вздохнул, и Линь Чжися тут же стало его жалко. Она не только приняла все его подарки, но и уселась к нему на колени, обняла за шею и несколько раз поцеловала. Стоило ей сказать пару ласковых слов, как он тут же крепко обхватил её за талию и начал страстно и пылко её целовать, словно окончательно выбираясь из тени прошлого.
В конце июня 2016 года Линь Чжися вместе с отцом, матерью и братом переехала в новое жильё.
В девять часов вечера того же дня Линь Цзэцю принял душ в своей спальне и с чувством глубокого удовлетворения улёгся в большую кровать. Он плотно закутался в одеяло и уткнулся лицом в подушку. Подушка тоже была необычной: упругой и мягкой, источающей свежий аромат трав. За двадцать с лишним лет жизни он и не подозревал, что в мире бывают такие удобные подушки.
Линь Цзэцю был крайне возбуждён, сон не шёл, но и вставать не хотелось.
Спальня Линь Цзэцю находилась ближе всего к гостиной.
В одиннадцатом часу вечера он услышал доносившийся из прихожей приглушённый тихий разговор.
Он скатился с кровати, приоткрыл дверь и увидел, как Линь Чжися ведёт Цзян Юйбая через гостиную — да, в первый же вечер после переезда Цзян Юйбай тайком прокрался к ним в гости. В душе Линь Цзэцю завыла сирена тревоги. Пройдя босиком небольшое расстояние, он обнаружил, что Линь Чжися отвела Цзян Юйбая в гостевую комнату.
Линь Цзэцю успокоился.
Он вернулся в свою спальню.
Однако едва Линь Цзэцю закрыл дверь, как Цзян Юйбай прошептал Линь Чжися на ухо:
— Твой брат ушёл к себе.
Линь Чжися вздрогнула всем телом от его голоса:
— И что с того?
— Прошу прощения, могу ли я пройти в твою комнату? — вежливо и учтиво спросил он её мнения.
Линь Чжися нравоучительно напомнила ему:
— Мы не будем делать ничего, кроме как спать.
Он ответил:
— Я понимаю.
Линь Чжися оглядела его с ног до головы. Он только что вернулся из компании и ещё не успел переодеться: рубашка выглажена, стрелки на брюках идеально прямые — настоящий образ добросовестного карьериста.
На сердце у Линь Чжися потеплело, и она отвела Цзян Юйбая в свою большую спальню, где они в ванной затеяли ролевую игру «президент Линь и секретарь Цзян». Услуги секретаря Цзян были продуманы до мелочей, так что президенту Линь было трудно устоять. Звуки воды, смех и вздохи в ванной смешивались воедино и не прекращались до самой глубокой ночи.
Лето в этом году выдалось на редкость знойным.
Время от времени Цзян Юйбай заходил в гости к Линь Чжися. Он спал в её комнате до половины шестого утра, а затем в темноте пробирался в соседнюю гостевую комнату. Когда в половине восьмого утра он выходил оттуда, Линь Цзэцю казалось, что Цзян Юйбай ещё довольно простодушен — мол, он просто хитёр, скрытен, амбициозен и смотрит по человеку, но на самом деле остаётся консервативным и благонравным молодым человеком.
Отец и мать Линь Чжися никогда не обращали внимания на живущего в гостевой комнате Цзян Юйбая.
Родители уходили из дома каждый день в семь утра. Они по-прежнему управляли супермаркетом в жилом комплексе Аньчэн. Линь Цзэцю выделил деньги и купил отцу минивэн Улин Хунгуан. В семь часов утра отец вёз мать на машине обратно в жилой комплекс Аньчэн, а в шесть вечера они возвращались в университетский городок. Они больше не работали в магазине сутками напролёт, как раньше, ведь у Линь Чжися и Линь Цзэцю появился стабильный доход. Жизнь стала намного легче, чем прежде: каждый день вся семья могла вместе ужинать, а потом ещё и телевизор посмотреть.
Линь Чжися была очень довольна.
Она с ещё большим усердием относилась к поручениям университета.
В августе этого года, в самую жару, в институте произошло ещё одно важное событие — один глубокоуважаемый профессор внезапно решил сменить место работы. Как институт ни пытался его удержать, ничего не вышло, а у него под началом оставалось ещё несколько магистрантов и докторантов, не успевших окончить обучение. Институт созвал экстренное совещание: чтобы обеспечить студентам благополучный выпуск, необходимо было распределить их между новыми научными руководителями.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
