Стояла середина жаркого августа, погода была необычайно душной.
В утро собрания температура подскочила до тридцати семи градусов. Волны зноя колыхались в воздухе, стрёкот цикад бил по ушам, но в одном из конференц-залов административного корпуса института царила полная тишина.
В самом центре помещения стоял длинный стол из цельного дерева, за которым расположились руководители института и преподаватели.
Заместитель декана поднял стеклянный стакан, в котором то всплывали, то опускались семена стеркулии. Отпив несколько глотков, он наконец произнёс:
— Вы все уже знаете, что наш Цянь-лаоши перевёлся в другое учебное заведение. Цянь-лаоши был ведущим специалистом в области молекулярной динамики, и его уход затронет многие аспекты, последствия будут далеко идущими. Вопросы студентов, проектов, грантов… со всем этим ворохом дел нужно разобраться как можно скорее.
Один из руководителей учебной части вставил:
— На данный момент ситуация такова: Цянь-лаоши ушёл, и руководство направлением молекулярной динамики возьмёт на себя наш Цюй-лаоши. Это предварительное решение, конкретный регламент ещё нужно передать на утверждение вышестоящему руководству.
«Цюй-лаоши», чьё настоящее имя — Цюй Цзунъи, было около сорока лет. Он находился в самом расцвете сил, обладал выдающимися академическими способностями и действительно заслуживал стать новым лидером направления молекулярной динамики.
Поэтому никто в институте не возражал.
Руководитель продолжил:
— Ушедший Цянь-лаоши оставил двух докторантов и четырёх магистрантов. Он уехал в университет на северо-западе, это очень далеко от нас. Если он продолжит быть научным руководителем этих шести студентов, то сможет делать это только по сети, дистанционно… Лаборатория же останется без присмотра. Судя по жалобам студентов, Цянь-лаоши больше полумесяца не отвечал на их электронные письма. И что мне прикажете делать?
Заместитель декана нахмурился и поддакнул:
— Что же делать?
Руководитель согнул левый локоть, опираясь на стол, а правой рукой взял ручку и повысил голос:
— Я позвонил Цянь-лаоши. Он сказал, что только прибыл в новый университет и слишком занят работой; он сможет курировать студентов только когда освободится. Все его студенты обратились в деканат с просьбой сменить руководителя, и руководство института относится к этому очень серьёзно…
Пока лидер излагал предысторию и последствия, стрёкот цикад за окном стал ещё громче.
Линь Чжися сидела на стуле прямо и чинно. Тань Цяньчэ оказался рядом с ней. Хотя он работал на другом факультете, его научное направление пересекалось с областью ушедшего Цянь-лаоши, поэтому он пришёл на собрание вместе с заведующим кафедрой.
Он не ожидал, что заседание окажется настолько скучным и нудным.
Его клонило в сон.
Линь Чжися тихо спросила его:
— Тебе очень хочется спать?
Уголок его губ приподнялся в бодрой улыбке:
— Ты это мне? Я бодр как никогда.
Линь Чжися замолчала.
Тань Цяньчэ спросил её в ответ:
— А ты не планируешь взять себе нового студента?
— Я ещё не решила, — осторожно ответила Линь Чжися. — Я не знаю, какими темами они занимаются.
Тань Цяньчэ достал из рюкзака пачку документов и передал Линь Чжися:
— Это отчёты студентов по их темам, мне их дал заведующий кафедрой. Он велел мне выбрать одного студента в мою группу. База у ребят неплохая, все они — перспективные кадры. Выбери и ты парочку, а то у тебя в группе никого нет.
Линь Чжися открыла папку, не забыв поблагодарить:
— Спасибо.
Тань Цяньчэ невозмутимо ответил:
— Ты моя младшая соученица, к чему эти церемонии.
Линь Чжися быстро просмотрела каждую страницу отчётов. Её внимание привлекла докторантка по имени Фан Ивэнь. Ход мыслей Фан Ивэнь был предельно ясным, а направление исследований — весьма новаторским. У неё был огромный потенциал, хотя она только перешла на второй курс докторантуры.
— Эта студентка очень выделяется, — пробормотала Линь Чжися себе под нос.
Тань Цяньчэ бросил взгляд на бумаги:
— Фан Ивэнь? Она довольно умная, я слышал её доклад на конференции.
Линь Чжися кивнула:
— Цюй-лаоши, вероятно, мог бы взять её к себе.
— А ты сама не можешь её взять? — напомнил Тань Цяньчэ. — Ты приглашённый адъюнкт-профессор и имеешь право руководить докторантами.
Линь Чжися промолчала. Она закрыла отчёт и погрузилась в раздумья.
В последующие несколько дней Линь Чжися так и не высказала своего решения.
Она считала, что для Фан Ивэнь лучшим новым руководителем стал бы какой-нибудь признанный авторитет института. По сравнению с ними у Линь Чжися было слишком мало стажа и опыта; она никогда раньше не руководила докторантами и боялась, что может подвести Фан Ивэнь.
Однако реальность превзошла ожидания Линь Чжися.
Как ни странно, Фан Ивэнь не нашла профессора, желающего её принять.
Фан Ивэнь связалась с четырьмя профессорами и четырежды получила отказ.
Почему так?!
Докторанты на курс старше неё быстро нашли новых руководителей.
Академический уровень Фан Ивэнь был высок, она была молода — в чём же она допустила промах?
Она никак не могла этого понять.
Когда она, зайдя в тупик, в растерянности стояла в учебном корпусе, ей случайно встретился Тань Цяньчэ. Тань Цяньчэ прямо сказал Фан Ивэнь, что Линь Чжися из междисциплинарного института очень ценит её способности. Не теряя ни дня, девушка тут же разыскала Линь Чжися и подробно описала своё положение.
Линь Чжися ни секунды не колебалась и сразу же дала согласие.
Фан Ивэнь с облегчением выдохнула.
Она также привела в группу Линь Чжися ещё одного магистранта.
Этого магистранта звали Сюй Линбо, ему в этом году исполнилось всего двадцать три года. Он носил короткую стрижку, был сухощав и смугл — с виду энергичный молодой человек. В первый же день встречи с Линь Чжися он притащил ей кучу сельских гостинцев: два огромных набитых битком пакета с дикими орехами, домашними яйцами, мукой из батата и сушёными грибами — всё это он привёз из родной деревни перед возвращением с летних каникул.
Оправившись от шока, Линь Чжися очень серьёзно произнесла:
— Тебе не нужно дарить мне подарки, я ничего не приму.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
