Цзян Юйбай не позволял Линь Чжися называть себя Сяо Цзян-цзун.
Он заявил, что подобные действия Линь Чжися нарушают правила дружеского сосуществования соседей по парте.
Он не раз подчёркивал, что взаимное уважение — это основа основ добрых отношений между теми, кто сидит за одной партой.
Линь Чжися в недоумении уставилась на него:
— Если я называю тебя Сяо Цзян-цзун, это значит, что я тебя не уважаю? Но почему?
Цзян Юйбаю нравилось слышать от неё это «почему» — очевидно, это означало, что Линь Чжися тоже хочет у него чему-то поучиться. Он сдержанно и с достоинством пояснил:
— Мы с тобой одноклассники. Раз ты зовёшь меня Сяо Цзян-цзун, значит ли это, что ты моя сотрудница? Разве я платил тебе зарплату? Моё имя — Цзян Юйбай, и тебе следует называть меня Цзян Юйбай.
Линь Чжися кивнула:
— Цзян Юйбай.
Цзян Юйбай выпрямился, приняв ещё более степенный и невозмутимый вид:
— Линь Чжися.
Линь Чжися снова выкрикнула:
— Цзян Юйбай!
Цзян Юйбай ответил тем же:
— Линь Чжися.
Линь Чжися, почти перейдя на шёпот, выдавила из горла:
— Цзян Юйбай…
Цзян Юйбай понизил голос:
— Линь Чжися…
Линь Чжися так и покатилась со смеху:
— Цзян-Цзян-Цзян-Цзян Юйбай!
Цзян Юйбай проворчал:
— Ненормальная.
— Ты меня не уважаешь! — Линь Чжися тут же перешла в контрнаступление. — Ты нарушил правила дружеского сосуществования соседей по парте!
Цзян Юйбай не смог переспорить Линь Чжися. Его уши покраснели. Он снова вытащил тетрадь по математике и принялся просматривать вычисления с комплексными числами. Глядя на строчки с примерами, он делал вид, будто полностью погружён в математику и не слышит голоса Линь Чжися.
Странно, но Линь Чжися и вправду умолкла.
Она тоже читала книгу.
Цзян Юйбай украдкой покосился в её сторону. Он заметил, что книга в руках Линь Чжися называлась «Квантовая механика в исследованиях атомов и молекул». Она как раз открыла страницу, сплошь испещрённую плотными рядами формул; вывод одной-единственной формулы занимал полстраницы.
Линь Чжися делала в книге пометки карандашом. Записи её были очень странными: хаотичными, бессистемными и, кажется, даже не на китайском языке.
Цзян Юйбай спросил:
— Ты пишешь по-китайски?
— Это язык, который я придумала сама, — честно ответила Линь Чжися. — Хочешь научиться? Хочешь, я тебя научу? Это элементарный язык, основанный на физике. На нём ещё нельзя полноценно общаться, я использую его только для того, чтобы упростить мою учёбу.
Придуманный язык?
Что это ещё за штука?
Цзян Юйбай в очередной раз почувствовал себя уязвлённым.
Раньше Цзян Юйбай был твёрдо убеждён, что он очень умный ребёнок. Теперь же его уверенность слегка пошатнулась.
Цзян Юйбай сжал пачку черновиков так, что костяшки пальцев побелели. Он холодно отказался:
— Не нужно. Я не буду учиться. Я не люблю упрощать учёбу. Мне нравятся сложные вещи, тебе не понять.
Линь Чжися была крайне озадачена:
— Почему?
Наконец-то Цзян Юйбай снова услышал это «почему».
Ответ Цзян Юйбая прозвучал таинственно и глубокомысленно:
— Если бы я мог ответить на все твои вопросы, я был бы уже совсем взрослым.
— Многие взрослые ведут себя очень странно, — Линь Чжися вертикально поставила книгу и убеждённо произнесла: — Взрослые не выносят, когда мы замечаем их ошибки, от этого они теряют лицо. Лицо для них важнее правды. Я терпеть не могу таких взрослых.
Цзян Юйбай поддакнул:
— А ещё есть много детей, которые нарочно прикидываются дурачками перед взрослыми.
Линь Чжися согласилась:
— Вот именно! Прекрасно всё знают, но делают вид, будто не знают. Или ничего не знают, но изображают, будто всё им известно.
Сказав это, она придвинулась к Цзян Юйбаю:
— А ты? Цзян Юйбай, ты хоть что-нибудь понимаешь в физике? Ты изучал молекулы, атомы, протоны, нейтроны и электроны?
За окном сияло ясное небо, плыли облака, подобные хлопковой вате.
Летний зной только начал спадать, дыхание осени становилось всё ощутимее. В такой прекрасный солнечный день Цзян Юйбай чувствовал себя так, словно провалился в ледяную яму. Ему не хотелось признавать, что он ничего не смыслит в физике. Он не понимал, где Линь Чжися нахваталась всех этих странных терминов… Неужели их преподают школьные учителя? Неужели отечественное образование стало настолько мощным?
Цзян Юйбай горько пожалел о трёх драгоценных годах, потраченных впустую в Сингапуре.
Он сидел, опустив голову, и долго молчал.
Начался урок английского языка.
Учительницей английского была молодая девушка, только что окончившая университет. Её фамилия была Чжэн, и ученики в классе звали её Мисс Чжэн. Сегодня Чжэн-лаоши собиралась провести в классе ситуативный диалог, действие которого происходит в парке. Работать предстояло в парах с соседом по парте; от каждой большой группы выбирали одну пару для выступления перед классом.
Чжэн-лаоши сказала:
— Мои дорогие ученики, сегодня мы узнаем, как спрашивать дорогу и как указывать путь.
Затем она пояснила:
— Дорогие ребята, сегодня мы с вами выучим, как спрашивать дорогу и как давать указания другим. Место действия нашей истории — парк. Сначала я научу вас нескольким конструкциям, мы прослушаем запись и дочитаем текст. Затем я выберу по одной паре от каждого ряда, и они выступят перед всем классом. И не вздумайте клевать носом на уроке, слушайте меня внимательно.
Чжэн-лаоши взяла мел и вывела на доске грамматические конструкции.
Во всём тексте было восемь слов, которые часто встречаются на экзаменах, и четыре готовые фразы.
Большинство учеников сосредоточенно слушали. Цзян Юйбай витал в облаках, а Линь Чжися смотрела в окно. Она заметила воробья, прыгающего по ветке. Акация зацвела, пора цветения ещё не прошла, и воробей сновал в просветах между лепестками и листьями. Она невольно задумалась: чем воробей, акация и мир, который я вижу своими глазами, на самом деле отличаются друг от друга?
Линь Чжися думала: «Да, я знаю, что мир, который предстаёт перед моими глазами, вовсе не таков, каков он на самом деле. Мои глаза различают лишь ограниченное количество цветов, моё обоняние уступает даже крысиному, а уши не слышат ни инфразвука, ни ультразвука. Однако всё это существует объективно. В этой бескрайней вселенной моё сознание…»
Она склонила голову набок и начала размышлять о сознании.
— Ты отвлеклась, — напомнил ей Цзян Юйбай.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
