Цзян Юйбай быстро придумал удачное оправдание:
— Линь Чжися в школе… часто вдохновляет меня на изучение физики. Сегодня я принёс ей домашнее задание — своего рода ответный жест.
Линь Чжися радостно ответила:
— Вот как! Тогда завтра утром давай вместе обсудим основы гетеротической теории струн! Мы можем начать с колебаний струн в суперпространстве девятимерных грассмановых чисел по часовой стрелке и дойти до колебаний в двадцатипятимерном пространстве против часовой стрелки. Ты помнишь определения бозонов и фермионов? Частицы в квантовой механике делятся на бозоны и фермионы. Согласно математическим выводам, вибрации фермионов в десятимерном пространстве замыкаются в петли одним способом, а вибрации бозонов в двадцатишестимерном пространстве — другим. Ориентированная замкнутая струна, образованная гибридизацией фермионных и бозоновых струн из двух разных пространств высших размерностей, может описывать калибровочные взаимодействия — это и есть краткое описание гетеротической теории струн [1]. Завтра утром я расскажу тебе всё подробнее и нагляднее, и заодно приведу твои любимые математические выводы.
Цзян Юйбай оторопел и тут же отступил на три шага:
— Я, пожалуй, пойду домой. До завтра.
Сказав это, он решительно развернулся и ушёл — его и десятком волов не воротишь.
Линь Чжися последовала за ним:
— Цзян Юйбай, давай я провожу тебя до ворот квартала.
Но Цзян Юйбай возразил:
— Не запачкай свои тапочки-зайчики.
На Линь Чжися были надеты нежно-розовые тапочки-зайчики. А на городских улицах неизбежно полно пыли и грязи.
К тому же стояла зима, сгустились сумерки, луна была едва заметна, а фонари в жилом комплексе перегорели… Когда Цзян Юйбай спустился по ступеням, Линь Чжися поспешно крикнула:
— Подожди меня! Я сбегаю домой и переоденусь в кроссовки! Мне нужно тебе кое-что сказать!
Что именно?
Цзян Юйбай, пав жертвой собственного любопытства, послушно замер перед ступенями. Спустя примерно две минуты Линь Чжися пулей вылетела к нему.
Она с улыбкой произнесла:
— Извини, что заставила ждать, я здесь.
Он спросил:
— О чём ты хотела поговорить?
— Вот в чём дело! — Линь Чжися начала рассказ. — Ты помнишь профессора Шэнь Чжаохуа? В середине октября мы видели её и четверых её докторантов в океанариуме.
На самом деле Цзян Юйбай давно подозревал, что Линь Чжися рано или поздно перепрыгнет через класс.
Он никогда не встречал таких девочек, как Линь Чжися. Когда он дома заходил в интернет, то не удержался и поискал «воспитание гениев в детстве». Он обнаружил, что большинство одарённых детей с высочайшим интеллектом перепрыгивают классы и зачастую нарушают привычный уклад.
Пока Цзян Юйбай молча размышлял, Линь Чжися продолжала:
— Сегодня в обед я позвонила одной из студенток профессора Шэнь — ту сестру зовут Чжу Чань. Чжу Чань сказала, что в воскресенье утром я могу посетить их лабораторию! Представляешь, Цзян Юйбай, я так счастлива!
Цзян Юйбай напряжённо кивнул:
— Профессор Шэнь пригласила тебя учиться в университете?
— Нет же, — Линь Чжися остановилась. — Мне всего девять лет. Я не хочу в университет.
Цзян Юйбай, скрепя сердце, высказал то, что было у него на душе:
— Ты уже могла бы там учиться.
Линь Чжися затрясла головой, словно игрушка-барабанчик:
— Мне и сейчас очень свободно и весело.
Затем она спросила:
— Цзян Юйбай, ты свободен в воскресенье? Профессор Шэнь попросила меня прийти к ней в университетский городок в воскресенье к девяти утра. Если ты свободен, мы могли бы вместе осмотреть лабораторию имитационного моделирования физической океанографии! Это одна из лучших лабораторий в стране!
Профессор Шэнь работала в лучшем университете провинции. Этот вуз входил в пятёрку лучших в стране.
Репетитор Цзян Юйбая по математике тоже был выпускником этого университета.
Согласно первоначальному плану Цзян Юйбая, в это воскресенье у него сначала должен был быть урок математики, а затем — занятие на фортепиано. В воскресенье днём его мама собиралась устроить дома зимний приём, на который были приглашены друзья из их и соседней провинций.
Цзян Юйбай решил отменить все занятия. Что касается бессмысленного зимнего приёма, ему было всё равно, присутствовать на нём или нет.
Линь Чжися искренне его пригласила. Если бы он упустил этот шанс — шанс посетить университетскую лабораторию вместе с Линь Чжися…
Конкурентка оставила бы его далеко позади.
Разумеется, такого развития событий он не желал.
Он даже мог представить конкретную сцену. Например, Линь Чжися могла бы дописать в своём «Дневнике наблюдений за человечеством»: «Мой сосед по парте Цзян Юйбай ради скучного приёма отказался от посещения лаборатории физической океанографии профессора Шэнь Чжаохуа. В этом и заключается ограниченность мышления обычных людей».
Цзян Юйбай погрузился в свои фантазии и мысленно усмехнулся: ха, он обязательно преодолеет ограниченность мышления обычных людей и сделает самый правильный и разумный выбор.
После глубоких раздумий Цзян Юйбай наконец произнёс:
— В воскресенье я свободен.
Всего четыре слова, краткие и веские, скрывали в себе множество его планов.
Линь Чжися отозвалась:
— Замечательно! Кстати, профессор Шэнь сказала, что лучше взять с собой опекунов, потому что мы оба ещё слишком маленькие.
— Без проблем, — не раздумывая, пообещал Цзян Юйбай.
В этот момент они проходили мимо фонаря.
Свет был почти тёпло-оранжевым, но он не мог разогнать тьму долгой зимней ночи.
Линь Чжися чихнула. Цзян Юйбай вспомнил, что позавчера у неё был сильный жар и она только сегодня полностью выздоровела. Если она снова простудится, ей будет очень плохо.
Цзян Юйбай сказал ей:
— Поскорее возвращайся домой, мой водитель меня уже ждёт.
У главных ворот жилого комплекса «Аньчэн» стоял приметный «Астон Мартин». Водитель машины помахал Цзян Юйбаю и побежал ему навстречу.
Дядя-водитель, крепкого телосложения, подбежал к ним стремительным шагом. Оказавшись перед Цзян Юйбаем, он хотел помочь ему донести рюкзак, но Цзян Юйбай отказался. Тогда водитель сказал:
— Пойдёмте, директор Сяо Цзян.
Линь Чжися тихо рассмеялась:
— Цзян Юйбай, до завтра?
Дул холодный ночной ветер, тускло мерцали редкие огни. Цзян Юйбай зашагал вперёд, не оборачиваясь, уверенный, что его уходящий силуэт выглядит очень эффектно:
— До завтра.
На самом деле, из-за того что Цзян Юйбай только что поборолся с водителем за рюкзак, лямки рюкзака намертво прижали капюшон его куртки. Сам рюкзак висел чуть ниже затылка, но он этого совершенно не замечал. Со стороны Линь Чжися казалось, будто Цзян Юйбай несёт на спине черепаший панцирь.
Хотя он всегда держал себя с достоинством, сидел ли он или стоял, и шёл с прямой спиной и твёрдым шагом, сейчас его вид был настолько комичным, что Линь Чжися не удержалась и тайком прыснула со смеха — всё равно он ничего не видел и не слышал.
Он действительно был очень интересным человеком.
Линь Чжися долго провожала взглядом Цзян Юйбая, пока тот не сел в машину.
Она видела, как загорелись фары, закрутились колёса, и чёрный «Астон Мартин», слившись с ночной тьмой, на огромной скорости умчался вдаль, туда, куда её взор уже не достигал.
Зачем же Цзян Юйбай приходил отдавать домашнее задание?
Линь Чжися принялась разгадывать его намерения.
Цзян Юйбай должен был знать, что Линь Чжися пишет невероятно быстро. Чтобы сделать уроки, ей требуется всего десять минут. За десять минут она наверняка успела бы наверстать задания за два дня.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
