День рождения Цзян Юйбая был тридцать первого августа.
Все летние каникулы Линь Чжися вела этот блокнот. Она обобщила типы задач, которые часто встречаются на олимпиадах по математике и физике в средней школе, собственноручно составила оглавление и пронумеровала страницы, а также добавила часть материалов, связанных с олимпиадами для старших классов. Её мысли были ясными, логика — безупречной, а методы решения — лаконичными, быстрыми и показательными.
Едва Цзян Юйбай перевернул страницу, он сразу ощутил глубокие знания Линь Чжися и то… с каким усердием она старалась помочь хорошему другу.
Затем Цзян Юйбай открыл красную открытку с клубникой. Внутри она тоже была усыпана изображениями ягод — было видно, насколько сильна одержимость Линь Чжися клубникой.
Красной шариковой ручкой она написала: «Цзян Юйбай, поздравляю тебя с десятилетием! Незаметно пролетел год с нашего знакомства. До твоего перевода в экспериментальную начальную школу я на переменах часто сама искала, с кем поиграть, но мало кто подходил ко мне первым. С твоим приходом мои перемены и внеклассные занятия стали яркими и разнообразными. Серия комиксов „Исследование Вселенной“ принесла мне много радости, и я поняла, что такое настоящий друг навсегда. Цзян Юйбай, желаю тебе здоровья и счастья, успехов в учёбе, пусть каждый день тебе сопутствует удача, и пусть всё будущее, которого ты ждёшь, развивается в самом лучшем направлении. Пусть наша дружба длится вечно. Линь Чжися».
У Линь Чжися был прекрасный почерк. Она часто писала очень аккуратными и ровными иероглифами, и на поздравительной открытке это подчёркивало искренность её чувств.
— Спасибо, — Цзян Юйбай вложил открытку в блокнот. — Большое спасибо, Линь Чжися.
Линь Чжися великодушно ответила:
— Не за что!
Цзян Юйбай медленно перелистывал страницы. Плотные ряды записей и чёткие, правильные чертежи глубоко его потрясли. Он почти совсем забыл о том, что они «конкуренты», и лишь спросил:
— Линь Чжися, как долго ты это писала?
— Все летние каникулы, каждый день уделяла немного времени. Ты же знаешь, составлять задачи сложнее, чем их решать, — Линь Чжися сложила руки в замок.
Каникулы длились целых два месяца.
Этот блокнот сопровождал её на протяжении всего долгого и жаркого лета.
Она добавила, обращаясь к Цзян Юйбаю:
— Я специально ходила в провинциальную библиотеку, нашла ответы к сборникам олимпиадных задач для средней школы и… самым простым способом расписала все примеры и обобщила типы задач. Суть экзамена — это всего лишь выборочная проверка. Если подготовиться согласно оглавлению, то, как бы составитель тебя ни испытывал, ты сможешь стабильно получать высокие баллы.
— Я уяснил, — кивнул Цзян Юйбай.
— Угу! — Линь Чжися тоже кивнула.
По идее, такой драгоценный блокнот был подобен секретному руководству из романов о боевых искусствах. Цзян Юйбай получил его без малейших усилий и должен был быть вне себя от восторга. Однако на самом деле в глубине его души зародилось чувство вины. Если бы он набрал больше баллов на вступительном экзамене в олимпиадный класс, возможно, Линь Чжися не пришлось бы тратить все каникулы, чтобы помочь ему восполнить пробелы.
— Ты совсем не отдыхала летом? — Цзян Юйбай посмотрел на неё.
— Нет, — честно призналась Линь Чжися. — Де и нян постоянно в магазине, они не возят нас с гэгэ куда-то отдыхать. В этом году было очень жарко, и дома мне тоже было душновато…
Впрочем, у Линь Чжися был отличный способ спасаться от зноя.
Она клала пакеты со льдом в холодильник на всю ночь, а на следующий день выкладывала их в пластиковый таз. Затем ставила таз на табуретку и направляла на него вентилятор на полную мощность. Сидя в потоках прохладного воздуха, она с невозмутимым видом читала книги, рисовала и играла.
Цзян Юйбай не мог даже представить себе такую жизнь на каникулах. Этим летом он с родителями ездил отдыхать в горы Чанбайшань. На курорте он катался на лыжах, ездил верхом и даже научился стрелять.
Он открыл рюкзак и достал изящную подарочную коробку.
— Сушёная голубика, местное лакомство из Чанбайшаня, — представил он подарок.
— Это мне? — спросила Линь Чжися.
— Кому же ещё? — Цзян Юйбай протянул ей коробку.
Линь Чжися замялась:
— Но я и так уже много чего от тебя получала. Цзян Юйбай, мне кажется, это не очень хорошо.
— Это ответный подарок, — пустился в софистику Цзян Юйбай. — Ты подарила мне открытку и блокнот, а я тебе — голубику. Это обычный вежливый обмен.
Говоря это, Цзян Юйбай убрал блокнот, открытку и ленту в свой рюкзак.
Снаружи первого (семнадцатого) класса внезапно послышались шаги.
Классный руководитель Чжан-лаоши стремительно вошёл в кабинет.
Чжан-лаоши было около тридцати лет, под мышкой он держал увесистый план-конспект. Он был высоким и худощавым, носил очки в серебряной оправе. Быстро поднявшись на кафедру, он начал:
— Здравствуйте, ребята. Я ваш классный руководитель. Меня зовут Чжан Лисюн. Я постараюсь как можно скорее познакомиться с каждым из вас, запомнить ваши имена и лица.
Сидевший за первой партой Дуань Циянь первым начал аплодировать.
Чжан Лисюн жестом остановил аплодисменты. Он продолжил представление:
— Я вёл два олимпиадных класса, и каждый из них добился отличных результатов. В нашей параллели всего два таких класса: кроме семнадцатого, есть ещё восемнадцатый. Восемнадцатый класс — наши братья, но вы должны помнить, что даже среди братьев есть близкие и далёкие. Результаты ваших ежемесячных тестов, семестровых экзаменов, совместных контрольных и олимпиад всегда будут сравнивать с восемнадцатым классом. Вам нужно не только усердно учиться, но и уметь вовремя сбрасывать эмоциональное напряжение, не давите на себя слишком сильно. То, что вы сидите здесь, в семнадцатом классе, и слушаете меня, доказывает, что вы — избранные, один на сотню. Запомнили?
Весь класс хором ответил:
— Запомнили!
Линь Чжися прошептала:
— Ого, Чжан-лаоши всё предусмотрел. Советует ученикам следить за настроением и просит не перенапрягаться.
Но Цзян Юйбая больше всего волновал другой вопрос:
— Будет ли он распределять места?
Голос Цзян Юйбая был довольно громким, его услышали и одноклассники впереди, и Чжан-лаоши.
В светлом классе столы и стулья стояли ровными рядами, а доска блестела от чистоты. Чжан-лаоши сделал шаг, его тень упала на доску, и он обратился ко всем:
— Когда я только стал классным руководителем, родители учеников часто звонили мне и просили пересадить их детей на определённые места. В нашем классе тридцать шесть человек. Как распределить места, чтобы это было максимально честно? И я придумал способ.
С этими словами Чжан-лаоши достал ведомость с оценками.
— Это ведомость с результатами распределительного экзамена в наш первый (семнадцатый) класс, — Чжан-лаоши щёлкнул пальцем по листу бумаги.
Линь Чжися уже догадалась, что он собирается делать. Она в волнении вцепилась руками в парту и мысленно загадала желание: «Я обязательно должна сидеть за одной партой с Цзян Юйбаем».
Чжан-лаоши продолжил:
— Все выходим и строимся в коридоре. Я буду вызывать вас по одному согласно вашему месту в списке. Зайдя в класс, вы сами выберете себе место и соседа по парте! Те, кто в начале списка, могут садиться куда угодно! Ваши баллы — самый справедливый судья.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
