Как только Хань Пэн увидел, что Линь Чжися подходит ближе, его губы растянулись в улыбке:
— Староста?
Линь Чжися вспомнила Дун Суньци из первого класса четвёртого года обучения. Она решила подражать Дун Суньци, чтобы стать глубоко уважаемой старостой. Поэтому она ответила:
— Пожалуйста, называй меня староста Линь!
Хань Пэн был покладистым человеком. Он слегка выпрямился и отозвался:
— Староста Линь.
Староста Линь уселась напротив Вань Чуньлэй.
— Начнём? — поинтересовалась Вань Чуньлэй.
Линь Чжися ответила совершенно спокойно:
— Хорошо!
Вань Чуньлэй тут же сделала первый ход и между делом спросила:
— Ты… когда-нибудь училась играть в го?
— Я читала книги об этом, но никогда ни с кем не играла, — Линь Чжися выставила свой камень.
Вань Чуньлэй не ответила. Она уже погрузилась в раздумья.
Пока Линь Чжися просчитывала стратегию Вань Чуньлэй, она пробормотала себе под нос:
— Мне вспомнился эксперимент с «Чёрно-белой Мэри». Это мысленный эксперимент из области философии сознания. Представь, что Мэри с самого рождения заперли в комнате, и она могла изучать физический мир только через чёрно-белый телевизор. Даже если она выучит все теории физической оптики, стоит ей выйти из этой комнаты и увидеть ярко-красный помидор, она получит совершенно новый опыт.
К тому моменту, как она договорила, они с Вань Чуньлэй успели сделать уже по нескольку ходов.
Перед каждым действием Вань Чуньлэй требовалось всё тщательно обдумывать, в то время как Линь Чжися ходила раз в две секунды, обрушивая на неё яростную атаку.
Говорят, что манера игры отражает характер человека, а стиль игры — его личность. Если это правда, то под этой невинной и безобидной внешностью Линь Чжися скрывается невероятно грубое и неистовое сердце! — мрачно подумала Вань Чуньлэй.
Окружающие одноклассники, которые ничего не смыслили в игре, совершенно не замечали накалившейся атмосферы.
Лицо Вань Чуньлэй становилось всё более серьёзным. Она попыталась сбить Линь Чжися с толку и спросила:
— Зачем ты рассказала мне про эксперимент с «Чёрно-белой Мэри»?
— А, я хотела поблагодарить тебя, — искренне произнесла Линь Чжися. — То, что ты согласилась поиграть со мной, подарило мне совершенно новый опыт.
Вань Чуньлэй не поняла смысла её слов. Её рассудок постепенно затуманивался. Она впилась глазами в доску, но положение становилось только хуже.
Оказавшись в тупике, Вань Чуньлэй продержалась ещё несколько раундов из последних сил. Одним махом разгромив её главное укрепление, Линь Чжися жизнерадостно спросила:
— Ты сдаёшься?
Места четвёртого ряда находились у окна, там было отличное освещение.
Когда Вань Чуньлэй подняла голову, она увидела блеск в глазах Линь Чжися, которая снова спросила:
— Ты сдаёшься?
«Не сдамся».
Эти слова застряли в горле Вань Чуньлэй, она никак не могла их произнести. Сжимая в левой руке коробочку с камнями, она случайно мельком увидела Дуань Цияня, и в голове внезапно возникла блестящая идея!
Она отставила коробочку и, подобно Дуань Цияню на прошлом уроке, со всех ног бросилась вон из класса первого года обучения семнадцатого потока. Если она будет бежать достаточно быстро, ей не придётся сталкиваться с неловкостью за своим столом.
Цзян Юйбай посмотрел ей в спину и с лёгким вздохом произнёс:
— Ещё один Дуань Циянь. Сколько ещё «богов войны» в вашей начальной школе при пединституте?
Дуань Цияню показалось, что Цзян Юйбай метит лично в него. Он долго мучился, но так и не смог придумать достойного ответа, поэтому ему оставалось только возлагать надежды на сегодняшнюю математическую викторину.
Ученики их начальной школы при пединституте имели отличную математическую подготовку.
Если он сможет завоевать честь на этой викторине, то весь прежний позор будет смыт.
Перед началом вводного занятия ученики первого года обучения семнадцатого потока под предводительством Линь Чжися направились к третьей лекционной аудитории в корпусе средней школы.
Расположение третьей лекционной аудитории было весьма специфическим. Она находилась на стыке учебных корпусов первого и второго годов обучения.
Линь Чжися и Цзян Юйбай шли в первом ряду колонны. Цзян Юйбай заговорил о структуре связных графов, но голос Линь Чжися заметно притих. Она слегка подняла голову, глядя на приближающуюся группу людей.
Это были старшеклассники из продвинутых классов второго и третьего годов обучения.
Возглавлял их не кто иной, как Линь Цзэцю.
Линь Цзэцю обладал превосходными физическими данными. Среди всей этой группы мальчиков средней школы он выглядел самым заметным. Окружающие создавали вокруг него атмосферу, подобную той, когда звёзды окружают луну.
Когда Линь Цзэцю был дома, он часто занимался уборкой, мыл посуду и полы, выглядя при этом довольно замученным; это явно не шло ни в какое сравнение с тем, каким окрылённым он казался в школе.
Линь Чжися на мгновение замерла. Она сказала, что у неё есть дело, и попросила одноклассников идти в аудиторию без неё.
Когда ученики семнадцатого потока один за другим вошли в третью лекционную аудиторию, Линь Чжися подбежала к Линь Цзэцю. Сегодня её волосы были перехвачены лишь одной тёмно-синей атласной лентой. Она бежала быстро, и лента развевалась на ветру.
Линь Цзэцю же стоял на месте, не двигаясь. Когда она почти приблизилась к нему, он спросил:
— Ты ученица из олимпиадного класса первого года обучения? Твоё лицо кажется знакомым.
Линь Чжися остолбенела.
Линь Цзэцю слегка повернул голову и сказал своим товарищам:
— Пойдёмте.
Не успел он сделать и шага, как Линь Чжися проскользнула мимо, полностью его проигнорировав. Первым делом она поздоровалась с парнем в очках:
— Здравствуйте, старшеклассник! Я видела вас сегодня утром в автобусе. Вы идёте в копировальный центр за материалами?
В средней школе при Первой провинциальной гимназии подготовили партию новых учебников по психологическому здоровью. Старосты классов второго и третьего годов обучения, услышав объявление по радио, разумеется, отправились в копировальный центр, чтобы забрать материалы.
Тот старшеклассник поспешно ответил:
— Да-да! Ты меня помнишь?
— Конечно! — с воодушевлением отозвалась Линь Чжися.
Затем Линь Чжися перевела взгляд на другого старшеклассника:
— Не Тяньцин?
Она безошибочно назвала Не Тяньцина по имени.
Выражение лица Не Тяньцина было весьма красноречивым. Он улыбнулся, опустил голову в замешательстве и вздохнул:
— Я оставил у тебя какое-то впечатление?
— Конечно, — Линь Чжися начала подробно перечислять. — В сентябре прошлого года мы вместе играли в «Битву пузырями» в детском развлекательном центре. Ты сосед Дун Суньци, он привёл тебя в тот день. Как поживает Дун Суньци в последнее время?
Как только Линь Чжися договорила, за её спиной появился Цзян Юйбай. По мнению Цзян Юйбая, не было никакой необходимости предаваться воспоминаниям с Не Тяньцином. У них не было с ним ничего общего, как и никакой дружбы.
Поэтому Цзян Юйбай потянул Линь Чжися за рукав:
— Вводное занятие скоро начнётся.
Взгляд Линь Цзэцю, подобно летящему ножу, яростно впился в руку Цзян Юйбая.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
