Линь Чжися когда-то говорила, что ей трудно забыть то, что она пережила сама.
Был ли этот дар благом или бременем? Цзян Юйбай не был в этом уверен. Он надеялся, что в её воспоминаниях всегда будет звучать весёлый смех. Он подошёл к дивану и приподнял скатерть на журнальном столике; только тогда Линь Чжися заметила, что стеклянная витрина столика заполнена изысканно упакованными подарками.
— Именинница, сначала распакуй подарок! — громко предложил Дун Суньци. — Ребята, одноклассники, взбодритесь!
— Дун Суньци! А Линь Чжися точно понравится то, что ты подарил? — выкрикнул Дин Янь.
Дун Суньци поднял ногу и с силой топнул по полу. Он принял устойчивую позу, широко расставив ноги:
— Не беспокойся, Дин Янь! Я, Дун Суньци, как староста, точно никого не разочарую!
Дверцы стеклянной витрины были закрыты, а на дужке висел железный замок ручной работы. Ключ, который Цзян Юйбай подарил Линь Чжися, наконец-то пригодился. Линь Чжися достала его, вставила в скважину и лёгким движением пальцев повернула — замок открылся.
Линь Чжися методично сняла обёрточную бумагу с пяти коробок, сложив банты в одну кучу. Она увидела музыкальную шкатулку, копилку, настольную лампу в виде кошачьей лапки, плюшевого кролика и альбом пожеланий от одноклассников.
Дун Суньци тут же пояснил:
— Этот альбом подарил я! Линь Чжися! Вы с Цзян Юйбаем так внезапно перескочили через классы, что я, как староста, не успел устроить вам прощальную вечеринку!
Сосед Дун Суньци по парте, Вэй Жунцзе, добавил:
— Это точно, Линь Чжися, ты даже не представляешь: Дун Суньци и угрозами, и обещаниями заставил весь класс написать тебе по странице в этом альбоме…
— Чушь! — Дун Суньци, что случалось редко, вступил в спор с соседом.
Он с достоинством заявил:
— Как я мог использовать угрозы? Я — староста, избранный самими учениками! Я забочусь о каждом в нашем классе! Даже если Цзян Юйбай и Линь Чжися ушли в Первую провинциальную среднюю школу, они всё равно остаются частью нашего 5 «1» класса!
Линь Чжися открыла первую страницу альбома — там было послание от Дун Суньци.
Он написал ей: «Линь Чжися, за те четыре года, что ты училась в экспериментальной начальной школе, ты принесла нашему классу бесчисленное множество наград. Когда я ругался со старостой второго класса, стоило мне произнести твоё имя, как он и головы поднять не смел! Я, Дун Суньци, буду помнить тебя всю жизнь! Раньше я боялся заговаривать с тобой, но после того как перевёлся Цзян Юйбай, набрался смелости! Не знаю почему! Наверное, потому что Цзян Юйбай тоже очень крут!»
Линь Чжися весело рассмеялась.
Она перевернула страницу и увидела слова Вэй Жунцзе: «Линь Чжися, ты много читаешь и умеешь красиво говорить, в твоём сердце — горы и реки, озёра и моря, и бескрайняя вселенная. Цзян Юйбай точно такой же, как ты. Желаю вам обоим успехов в учёбе в олимпиадном классе. От Вэй Жунцзе, который тоже любит читать».
Линь Чжися не стала дочитывать всё сразу. Она решила забрать альбом домой и внимательно просмотреть его от начала до конца.
В стеклянной витрине остался последний нераспечатанный деревянный ящичек.
Линь Чжися коснулась края ящичка и с щелчком откинула железную защёлку.
Присутствующие одноклассники невольно ахнули от изумления.
Все увидели лежащую в коробке модель космического корабля — это, очевидно, была работа Цзян Юйбая. Но ещё больше всех поразило то, что на корме корабля были выгравированы три слова: «Капитан Линь Чжися».
Дун Суньци страшно пожалел, что не взял сегодня фотоаппарат, ему так хотелось сделать кучу снимков этого корабля.
Линь Чжися ещё не успела высказаться, а у Дун Суньци уже на глаза навернулись слёзы:
— Обалдеть! Военная мощь Земного легиона! Тан Лэцинь! Ты видела?! Космический корабль под командованием Линь Чжися!
— Боже мой, у него даже люк открывается, — Тан Лэцинь присела на корточки рядом с журнальным столиком. — Вот бы Лю Синцзянь на это посмотрел, расширил бы кругозор.
Линь Чжися, прижимая к себе модель корабля, осторожно отодвинула люк, и взору всех присутствующих открылось внутреннее убранство кабины.
Линь Чжися резко подняла голову и посмотрела на Цзян Юйбая:
— Спасибо тебе, огромное спасибо, Цзян Юйбай!
— Не за что, Линь Чжися всегда будет штурманом, — ответил Цзян Юйбай, стоя в стороне с руками в карманах и сохраняя вид человека, предпочитающего скрывать свои заслуги.
Линь Чжися расстегнула молнию на своём рюкзаке, стараясь запихнуть туда все подарки. Но в её рюкзак столько вещей не помещалось, особенно космический корабль, габариты которого значительно превышали норму.
Цзян Юйбай предложил:
— Когда мы поедим, я провожу тебя домой. Тебе нельзя ехать на автобусе, там много людей, неудобно везти хрупкие вещи. Если этот корабль ударится, стеклянные дверцы внутри кабины могут разбиться.
Линь Чжися серьёзно обдумала это и кивнула:
— Хорошо!
Затем Линь Чжися села за стол и принялась обедать вместе со своими многочисленными одноклассниками. Девушка-официантка разрезала кремовый торт с Цао Мэй, и каждому досталась щедрая порция. Вкус у торта был просто великолепный: нежный и сладкий, с насыщенным сливочным вкусом, а аромат Цао Мэй витал во рту, освежая и утоляя тягу к сладкому, даря телу и душе ощущение истинного удовольствия.
На столе также были треска в соусе, курица на пару с мацутакэ, креветочная паста с икрой, тушёные «три снежных» плода с османтусом… и множество других блюд, которых Линь Чжися никогда раньше не видела. Хотя она любила поесть, аппетит у неё был скромный, и вскоре она уже насытилась.
Линь Чжися, сжимая в руке ложку, погрузилась в раздумья. Она втихомолку спросила Цзян Юйбая:
— Когда у моего брата в прошлом году был день рождения, он приглашал одноклассников пообедать в школьной столовой. В этом году у меня день рождения, и я тоже должна всех угостить, верно?
— Неверно, — отверг Цзян Юйбай её слова.
Линь Чжися кротко спросила:
— А что же не так?
Дядя Цзян Юйбая уже успел дать ему пару наставлений. Цзян Юйбай отпил глоток сока из манго и только потом неспешно ответил:
— Этот обед — часть воспоминаний, свидетельство нашей дружбы.
— Вот как? — с сомнением в голосе переспросила Линь Чжися.
— Конечно, — был абсолютно уверен Цзян Юйбай.
Линь Чжися больше не задавала вопросов. Она торжественно произнесла:
— Цзян Юйбай, ты же знаешь, я не забываю то, что запомнила. Я обещаю тебе…
Цзян Юйбай невольно встретился с ней взглядом. Она продолжила:
— В день твоего восемнадцатилетия я подготовлю для тебя ещё больший сюрприз. Обещаю!
— Почему именно в восемнадцать? — спросил в ответ Цзян Юйбай.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
