Она торопливо рассказала всё, что случилось потом:
— Та служанка спрятала меня у себя в комнате, и я пряталась там до тех пор, пока вот этот господин не нашёл меня.
Цзи Хун с благодарностью кивнула Лю Чжану, затем повернулась обратно к Мяо Аньсу и с тревогой спросила:
— Госпожа, вы в порядке? Второй господин… он не причинил вам вреда?
— Я тоже цела, — со слезами на глазах, но уже с лёгкой улыбкой ответила Мяо Аньсу. — Люди господина наследника нашли меня и привели к госпоже. А когда мы вместе с ней вернулись в тёплый павильон — на ложе-лохане вместо меня оказались Сун Хань и Ду Чжо!
Она не сдержалась и засмеялась — облегчённо, злорадно, с глубокой отдушиной, словно сбросила с плеч многодневный груз.
Потом велела Цзи Хун опуститься на колени и отбить поклоны перед Доу Чжао.
Та всё это время молча сидела рядом, внимательно слушая — и теперь уже представляла себе общую картину почти целиком. А с оставшимися деталями, подумала она, лучше разобраться завтра, расспросив самого Сун Мо.
Затем она велела Жотун проводить госпожу и служанку в комнаты для отдыха:
— Вы пережили такое испытание и вновь воссоединились — наверняка есть, о чём поговорить. Я не стану вас задерживать. Господин наследник человек справедливый, он чётко различает, кто враг, а кто друг. Вы оказали ему огромную услугу. Уверена, он уже всё предусмотрел. Сейчас отдохните спокойно, а о всём остальном поговорите завтра, когда он вас навестит.
Обе с благодарностью поклонились Доу Чжао и удалились.
Поздней ночью, когда всё в доме погрузилось в тишину, Цзи Хун шёпотом обратилась к Мяо Аньсу:
— Вторая госпожа… всё же мы с вами люди из четырёх переулков, и господин наследник может защитить нас сейчас, но не всю жизнь. А теперь, когда мы поссорились со вторым господином в открытую — что нам делать дальше?
Цзи Хун с самого начала была против того, чтобы ввязываться в распри между Сун Мо и Сун Ханем.
Но раз уж Мяо Аньсу решила — ей оставалось только стиснуть зубы и следовать за ней, несмотря на тревогу в сердце.
Мяо Аньсу лишь тихо вздохнула, не сказав ни слова.
У Цзи Хун сразу всё внутри сжалось — словно на душе навалилось что-то тяжёлое, тревожное.
— Спи, — тихо произнесла Мяо Аньсу. — Об этом поговорим после, когда я увижусь с господином наследником.
Но Цзи Хун уже не могла уснуть. С раскрытыми глазами она пролежала так до самого рассвета.
Утром Жотун пришла вместе с несколькими служанками, чтобы помочь им умыться и подать завтрак.
Мяо Аньсу вежливо улыбнулась:
— Не стоило утруждать госпожу Жотун, у меня есть Цзи Хун, она со всем справится.
Жотун не стала настаивать, лишь с улыбкой ответила:
— Госпожа велела нам слушать только распоряжения второй госпожи и не тревожить вас понапрасну. Если будет нужно — просто скажите, и мы всё устроим.
С этими словами она повела маленьких служанок прочь.
Мяо Аньсу с лёгким вздохом проговорила:
— Они, конечно, нарочно оставили нам пространство, чтобы мы могли поговорить. Такая чуткость и предусмотрительность… Неудивительно, что господин наследник бережёт её, как зеницу ока.
Цзи Хун сразу поняла, что под «её» госпожа имела в виду супругу господина наследника — госпожу Доу.
Обе они вышли замуж в семью Сун, но разница между госпожой Доу и второй госпожой — небо и земля.
Лицо Цзи Хун понемногу померкло.
А в это время Доу Чжао уже обсуждала судьбу Мяо Аньсу с Сун Мо:
— У Сун Ханя теперь к ней вражда, ясно как день — не потерпит он её подле себя. Я думаю, лучше всего будет, если барышня Мяо прикинется больной. А ты выделишь людей, чтобы под охраной отправить её на один из загородных поместий — пусть там поживёт, отдохнёт.
Сун Мо счёл предложение разумным и тут же кивнул:
— Хорошо. Тогда ты сама поговори с ней. Если она согласится, я сразу распоряжусь, чтобы её проводили и охраняли по дороге до загородного поместья.
Доу Чжао с улыбкой кивнула, а затем, вспомнив вчерашнее, сказала с оттенком укоризны:
— Только что Лу Мин прибегал за советом у господина Чэня, как быть с ситуацией… а ты, оказывается, уже успел «поймать на месте преступления» Сун Ханя! Напрасно я только переживала!
Сун Мо смущённо усмехнулся:
— Сам не ожидал, что он снова и снова будет прибегать к таким грязным трюкам. К счастью, Мяо Аньсу решилась окончательно разорвать с ним всякую связь, а сам Сун Хань, в своей самоуверенности, ринулся «ловить меня на горячем» — притащил отца и принца Ляо в мой павильон. Вот тут-то я и смог повернуть всё против него — подложил ему в постель Ду Чжо.
Доу Чжао даже немного пожалела, что не могла увидеть выражения лиц принца Ляо, Сун Ичуня и Сун Ханя в тот момент — наверняка зрелище было отменное!
— Вот бы увидеть их лица, — мечтательно вздохнула она. — Но жаль, ты упустил шанс хорошенько проучить Сун Ханя. Вместо этого ещё и подыграл ему с этой историей про «перепутал комнату в пьяном виде» …
Глаза Сун Мо сразу похолодели:
— Ну и что, если бы всё вышло наружу? В худшем случае Сун Хань потерял бы лицо, пал бы в глазах людей — но разве этого достаточно, чтобы я действительно отомстил? Нет. Пусть теперь он захлёбывается в грязных слухах, тщетно борется за репутацию и вынужден будет в отчаянии прибиться к принцу Ляо. А вот когда он по уши увязнет — тогда я и добью его. Вот это и будет по-настоящему сладко.
Доу Чжао задумалась, потом с прищуром улыбнулась:
— Так ты с самого начала всё предусмотрел ещё при разделе владений?
Сун Мо рассмеялся:
— А как же! Надо готовиться заранее, пока гром не грянул.
Вот уж лис! — подумала Доу Чжао с улыбкой.
Сун Хань и рядом не стоит — он просто не его уровня.
Она сдержанно усмехнулась, но затем с лёгкой тревогой спросила:
— А ты уверен, что, когда с Сун Ханем случится беда, это никак не заденет и тебя?
Сун Мо спокойно ответил:
— Именно поэтому я и должен сделать так, чтобы все в столице знали, что у нас с ним — открытый конфликт. «Братья в ссоре» — и никаких сомнений.
В это время кормилица принесла на руках маленького Юань-ге`эра.
Тот радостно лепетал: — Папа! Папа! — и не отпускал Сун Мо, требуя, чтобы тот играл с ним.
Сун Мо, улыбаясь, провёл с сыном немного времени, а потом ушёл в ямэнь.
А Доу Чжао отправилась в гостевую комнату и передала Мяо Аньсу слова Сун Мо.
Мяо Аньсу поблагодарила с улыбкой, но в её лице всё же сквозила лёгкая нерешительность.
Доу Чжао поблагодарила её за то, что та вовремя передала предупреждение Сун Мо, а потом мягко, с участием спросила:
— У тебя есть какие-то просьбы? Я передам их господину наследнику.
Мяо Аньсу долго молчала, словно взвешивая в себе слишком многое, а затем тихо произнесла:
— Я хочу развестись с Сун Ханем…
Доу Чжао от удивления остолбенела — глаза её округлились.
А Цзи Хун, забыв обо всём на свете, даже не подумала о присутствии госпожи, вскочила и воскликнула:
— Вторая госпожа! Но ведь ваш брак со вторым господином — это брак по императорскому повелению! А если вы с ним разведётесь… куда вы пойдёте? Ваш дядя — он же никогда не позволит вам вернуться домой!
Да… — в глазах Мяо Аньсу промелькнула горечь.
Даже если Сун Мо поможет добиться развода — куда она пойдёт потом? Где она найдёт пристанище? Ни родной дом, ни внешний мир её не примет.
Она лишь криво усмехнулась — с грустной, бессловесной безнадёжностью.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
Я одна не поняла как там в итоге оказался Сун Хань? 😂 еще и типо опьяненный , еще и с наложницей отца 🥴 тайный ход. Ок, вывели Мяо, а как Хань то туда попал? Надеюсь объяснят.
Ой, а еще в предыдущей главе оговорочка, как будто Доу Чжао при беседе со своим советником говорит , про прошлою жизнь ( в прошлый раз было также….) – о том, что Сун Мо уличили как будто в безнравственном поведении. Не думает, а говорит в слух. Советник уже в курсе, что она возрожденная? Я что-то пропустила?
Прошлый раз, имеется ввиду, когда отец избил Сун Мо палками за, якобы, связь со служанкой матери.
Тогда его спас советник Доу Чжао – Чэнь с её же подачи.
Это случилось уже в этой жизни.
Благодарю за перевод!! Сердце замирало…