В особняке Дин-вана, выслушав новости, которые привезла с собой Е Ли, Фэн Чжияо долго молчал, не в силах вымолвить ни слова. В этой ситуации Е Ли ничем не могла ему помочь. Глядя на происходящее глазами Фэн Чжияо, она, разумеется, могла бы винить упрямство Императрицы в том, что та сгубила его жизнь. Но, на самом деле винить Императрицу было не в чем, она никогда не давала Фэн Чжияо ни тени надежды. И то, как она поступала сейчас, было лучшим, на что была способна женщина этой эпохи, тем более занимающая положение Императрицы. Е Ли не могла требовать соответствия своим меркам от женщины, получившей традиционное образование, основанное на преданности государю и женской добродетели.
— Сюяо, Фэн Сань… — с некоторым беспокойством спросила Е Ли.
Мо Сюяо поднял голову от свитка в руках и ответил.
— Не нужно о нем беспокоиться, он знает меру.
Видя спокойствие Мо Сюяо, Е Ли покачала головой и выбросила это из головы. Она заговорила с Мо Сюяо о встрече с Ши-хуанцзы в императорском дворце и под конец вздохнула.
— Этот ребенок слишком пуглив и слаб. Даже не знаю, о чем думал Мо Цзинци, когда оставлял тот указ.
Мо Сюяо отложил свиток, подошел к Е Ли со спины и нежно обнял ее, позволяя ей прислониться к себе. Он тихо промолвил.
— Это дела Мо Цзинли и остальных, нас они не касаются. А Ли, зачем тебе беспокоиться о них?
Е Ли весело улыбнулась и покачала головой.
— Я вовсе не беспокоюсь о них, просто… — просто, глядя на этого ничего не понимающего ребенка, которому суждено было стать жертвой, она не могла не чувствовать жалости.
Этому мальчику было всего на год с небольшим больше, чем Мо Сяобао. Возможно, став матерью, она действительно стала немного мягкосердечнее.
Мо Сюяо прошептал.
— Хотя сейчас в столице везде введено военное положение, никто не посмеет преградить путь людям из особняка Дин-вана. Если А Ли станет скучно, можешь погулять где-нибудь, не стоит обращать внимания на дворцовые дрязги.
Е Ли кивнула.
— Я поняла.
Она понимала, что Мо Сюяо не хочет, чтобы она тревожилась из-за пустяков, поэтому послушно согласилась. Только они были семьей, а другие люди, какими бы невинными и несчастными они ни были, оставались посторонними. Она не хотела, чтобы Мо Сюяо беспокоился о ней.
— Нян! Нян… — голос Мо Сяобао пролетел по длинному коридору, и мальчик радостно подбежал к ним.
Мо Сюяо недовольно нахмурился, в упор глядя на Мо Сяобао, который уже добежал до дверей и собирался войти. Следом за ним, запыхавшись, вбежал Лэн Цзюньхань.
Е Ли беспомощно произнесла.
— Чэнь-эр, иди помедленнее, посмотри, как устал Цзюньхань…
Мо Сяобао обернулся к Лэн Цзюньханю, который все еще тяжело дышал, но улыбался ему. Фыркнув, он прижался к Е Ли. Е Ли посмотрела на его досадливое личико и невольно усмехнулась. Похлопав Мо Сяобао, она сказала.
— Цзюньхань младше тебя, ты гэгэ, и в будущем должен заботиться о нем. Понимаешь?
— Понимаю, — пробормотал Мо Сяобао, он поднял голову на Лэн Цзюньханя и сказал. — Лэн-Сяодай, если не можешь идти, так и скажи. Я… я бы тебя подождал.
Лэн Цзюньхань почесал макушку и невинно оскалился в улыбке. От этого Мо Сяобао стало еще более неловко. Налюбовавшись смущением сына, Е Ли с улыбкой поманила Лэн Цзюньханя.
— Цзюньхань, иди к тёте.
Лэн Цзюньхань радостно вскрикнул и тоже бросился к Е Ли. С довольной улыбкой он потерся о ее плечо. Ему очень нравилась мама Мо Сяобао-гэгэ, от нее пахло цветами, она была теплой и такой же доброй, как и его собственная мама. Жаль только, что Мо Сяобао-гэгэ не любил, когда он приставал к тёте.
Лицо стоящего позади Мо Сюяо помрачнело. С одним Мо Сяобао он еще мог смириться, но теперь эти двое сорванцов завладели вниманием А Ли, и время, которое они могли проводить наедине, сильно сократилось. Подумав об этом, Мо Сюяо начал жалеть о своем решении отослать Лэн Хаоюя.
Мо Сюяо говорил, что Фэн Чжияо знает меру, однако он не ожидал, что в тот же день Фэн Чжияо натворит бед.
Ночь была глубокой и тихой, весь особняк Дин-вана давно погрузился в сон. Только в кабинете все еще теплился свет свечей. Мо Сюяо и Е Ли сидели там, просматривая документы и время от времени перебрасываясь парой фраз. Хотя их жизнь в столице казалась праздной и неспешной, занимаемое ими положение обязывало их ежедневно просматривать бесчисленное множество бумаг. Даже если дела не требовали немедленного решения, им нужно было владеть информацией на случай внезапных перемен.
— Фэн Сань ушел сегодня и до сих пор не вернулся? — спросила Е Ли закончив с последним донесением и увидев, что перед Мо Сюяо еще целая стопка, она взяла одно из них и начала листать.
Мо Сюяо ответил.
— Должно быть, пошел куда-нибудь выпустить пар.
На вид Фэн Чжияо казался ветреным и добродушным гунцзы, но на самом деле он обладал ярким характером, и радость и гнев отражались на его лице. Лишь опыт прожитых лет научил его прятать эмоции перед другими.
Е Ли слегка нахмурилась.
— Мне кажется, когда Фэн Сань уходил днем, он был сам не свой.
— Он ждал столько лет, было бы странно, если бы он оставался спокойным.
На самом деле Мо Сюяо никогда не одобрял чувств Фэн Чжияо к Императрице и в юности несколько раз намекал ему на это. Однако каждый раз всё заканчивалось тем, что кулаки летели, ноги мелькали1, и они бились до тех пор, пока небо не темнело, а земля не уходила из-под ног. С возрастом они научились уважать чувства друг друга, и советовать стало еще труднее. Так все и тянулось многие годы, пока Фэн Чжияо не перевалило за тридцать. Если бы он был обычным богатым гунцзы в этом мире, то через пару лет ему бы уже пора было нянчить внуков.
— Эти двое… — Е Ли вздохнула, но прежде чем она успела договорить, она внезапно вскочила со стула. — Кто-то ворвался!
Мо Сюяо уже вылетел из кабинета, подобно струйке дыма, оставив лишь низкий голос.
— А Ли, иди присмотри за теми двумя сорванцами.
Е Ли с легким сожалением посмотрела на исчезнувший за дверью силуэт в белых одеждах. Вот она, разница между в совершенстве освоенным цингуном и посредственным уровнем.
Когда Е Ли подошла к дворику, где жили Мо Сяобао и Лэн Цзюньхань, Чжо Цзин уже стоял на страже у дверей. Увидев Е Ли, он поклонился.
— Ванфэй.
Е Ли кивнула.
— Спасибо за службу, с детьми все в порядке?
Чжо Цзин твердо ответил.
— Это мой долг, подчиненный обязан следовать ему. С Сяо-шицзы и Лэн-шао-е все хорошо.
Пока они говорили, Мо Сяобао уже выскочил наружу.
— Нян, что случилось?
Е Ли посмотрела в сияющие глаза мальчишки, в которых так и читалось желание во что-нибудь ввязаться, и легонько щелкнула его по лбу.
— Послушно оставайся с Чжо Цзином и присматривай за Цзюньханем. Мама пойдет к твоему фу-вану, посмотрит, что там.
Не имея возможности пойти и поглазеть на суматоху, Мо Сяобао разочарованно надул губы. Но, все же послушно кивнул.
— Тогда мама, будь осторожнее.
— Телом мал, а духом велик2… — ласково улыбнулась Е Ли.
Устроив детей, Е Ли поспешила в передний двор. Однако, там не было слышно звуков борьбы, очевидно, в особняк ворвался кто-то из своих. Покачав головой, Е Ли направилась в гостиную переднего двора, но от увиденного у нее запульсировало в висках.
В гостиной Фэн Чжияо сидел прямо на полу, а рядом темнело пятно свежей крови. Кровь еще не свернулась, явно он только что выплюнул ее. Мо Сюяо стоял посреди зала, заложив руки за спину, и выражение его лица заставляло сердце холодеть. Е Ли ни на миг не усомнилась, что Фэн Чжияо оказался на полу и харкает кровью исключительно по милости Мо Сюяо. Но, не только это заставило ее голову болеть, в кресле, укрытая широкой черной накидкой, лежала женщина. О том, кого Фэн Чжияо мог притащить среди ночи, Е Ли стоило лишь задуматься, как головная боль усилилась.
Женщина в кресле явно была без сознания. Е Ли подошла и откинула скрывавший ее лицо плащ, открыв прекрасный и благородный лик. Кем еще это могла быть, если не Императрица, которую она видела только сегодня?
— Безрассудство! — тихо выругалась Е Ли обернувшись и гневно сверкнув глазами на Фэн Чжияо.
_____________________________________________
- «Кулаки летели, ноги мелькали» (拳来脚往, quán lái jiǎo wǎng) — описание ожесточенной рукопашной схватки или потасовки. ↩︎
- «Телом мал, а духом велик» (人小鬼大, rén xiǎo guǐ dà) — описание ребенка, который ведет себя или рассуждает совсем как взрослый, часто с оттенком хитрости или озорства. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
Ну, что ж Фэн Сань -красавчег!!! Украл Императрицу!