Глубокой ночью группа людей, облаченных в черное и наделенных недюжинной ловкостью, бесшумно прокралась к военному лагерю армии Мо-цзяцзюнь. Хотя это место и не было главным лагерем главнокомандующего армии Мо, где лично находился Дин-ван, оно располагалось всего в двадцати с небольшим ли от основной ставки, и они взаимно поддерживали друг друга подобно рогам, будучи одного дыхания и соединенных ветвей1. К тому же здесь хранилось больше всего провианта и фуража, не будет преувеличением назвать это место главным продовольственным складом передовой армии Мо, поэтому строгость его охраны не требовала слов, чтобы быть понятым. Однако то, что эти люди смогли незаметно для всех проникнуть внутрь, свидетельствовало об их выдающихся способностях.
В тихом военном лагере, если не считать снующих туда-сюда патрульных, все воины уже погрузились в сон. В ночной тиши лишь время от времени доносилось карканье воронов, рождая в душе смутное чувство тревоги.
Предводитель идущих поднял руку, приказывая остальным остановиться, настороженно огляделся и внезапно произнес резким, низким голосом.
— Обнаружены, отступаем!
Остальные вздрогнули, но не успели они среагировать, как ночную тьму прорезал свист летящего серебряного дождя из стрел.
— Отступаем! — люди в черном тоже оказались мастерами своего дела и почти в то же мгновение бросились врассыпную. Лагерь тут же ярко осветился огнями. Из темноты вышел мужчина в черном, на его губах играла холодная усмешка.
— Раз уж пришли, то не уходите. Преследуйте! — приказал он.
В потаенных уголках по всему лагерю замелькали бесчисленные черные тени, бросившиеся в погоню за убегающими незваными гостями.
Проникшие в лагерь люди в черном не стали сразу же спасаться бегством, а начали метаться повсюду, и многие из них устремились к местам хранения припасов. Очевидно, они намеревались одним махом уничтожить большую часть провианта и фуража армии Мо. Нужно знать, что, пока три армии не двинулись, провиант и фураж должны идти первыми. В эту эпоху столкновение двух армий, помимо боевой мощи и военного искусства, было состязанием в снабжении. Лишись войско зерна и сена, и даже обладая самой сильной в Поднебесной конницей и пехотой, оно будет обречено лишь на смерть от голода.
Их расчет был хорош, но армия Мо существовала сотни лет, разве могла она не предусмотреть подобного? Как только враги ворвались в места хранения припасов, их тут же окружила группа столь же таинственных и непредсказуемых людей в черном. Обе стороны, не проронив ни слова, вступили в схватку.
На скрытой возвышенности неподалеку от лагеря у края обрыва стоял Сюй Цинфэн в черном одеянии, его лицо, когда он смотрел на раскинувшийся внизу лагерь, было мрачным, словно застывшая вода. Рядом с ним стояли всегда распутный и не знающий уз Хань Минси и исполненный благородства Хань Минъюэ, два брата. Позади них замерла группа людей в черном, которые так же, подобно тигру, высматривающему добычу, взирали на мерцающие огни костров в лагере.
— Поистине славное местечко, — Хань Mинси с улыбкой обратился к Сюй Цинфэну.
Изначально они с Хань Минъюэ прибыли сюда по приказу сопровождать обоз с провиантом и никак не ожидали увидеть столь занимательное зрелище.
Хань Минъюэ на мгновение задумался и негромко произнес.
— Эти люди, кажется, в своих действиях в чем-то схожи с Цилинем.
Сюй Цинфэн надменно ответил.
— Лишь подбирают объедки с чужого стола2, не более. Рисуя тигра, рисуешь шкуру, но трудно нарисовать кости3. То, что люди Бэйжуна смогли дойти до такой степени, уже неплохо. Раз они первыми пошли на провокацию, будет неправильно не преподать им урок. Люди!
— Тунлин, — человек в черном позади него сделал шаг вперед и склонился в ожидании приказа.
Сюй Цинфэн скомандовал.
— В шестидесяти ли отсюда находится лагерь Бэйжуна, почему бы вам не отправиться туда и не поразвлечься?
— Подчиненный повинуется, — звучно ответил человек в черном и, взмахнув рукой, повел за собой несколько десятков теней, которые тут же растворились в ночи.
Остальные больше не проронили ни слова, наблюдая за лагерем с высоты. Снизу это место казалось самым обычным, но с обрыва весь лагерь был виден как на ладони. При таком раскладе, какими бы способностями, достигающими небес4, ни обладали люди Бэйжуна, разве могли они укрыться от взора Цилиней?
— Они собираются отступать, — люди Бэйжуна внизу явно поняли, что дело проиграно, к тому же их целью была лишь разведка.
Удастся сжечь запасы армии Мо хорошо, не удастся. не беда. Увидев, что перевес не на их стороне, они тут же приготовились к отходу.
Сюй Цинфэн потер подбородок и усмехнулся.
— Раз уж их послали разведать наши силы, пусть один вернется. Остальных убейте.
Стоящий рядом Хань Минси невольно дернул уголком губ. Позволить вернуться лишь одному, это для Бэйжуна куда позорнее, чем если бы не вернулся никто. Это был ясный знак врагу: «Разве ты не посылал людей выведать мои секреты? Я оставляю тебе одного, чтобы он принес вести. Дедушка тебя не боится». Раньше он думал, что из всех братьев семьи Сюй у Сюй Цинфэна самое доброе сердце, но, как оказалось, и этот не подарок.
Когда люди Бэйжуна бросились бежать, Цилинь намеренно дали им уйти, но не отпустили совсем, а перенесли поле боя за пределы лагеря. Оставшиеся двадцать с лишним человек в черном вскоре были разделены и разбиты поодиночке. Не прошло и получаса, как в ярко освещенном лагере вновь воцарилась тишина.
В темноте трое людей в черном неистово бежали в сторону лагеря Бэйжуна. В эту безлунную ночь лишь редкие звезды давали крупицы света, которого не хватало, чтобы осветить путь. В лесу эта троица в панике не разбирала дороги и в итоге случайно сбилась с пути.
Остановившись и оглянувшись назад, они не заметили преследователей и облегченно вздохнули. Один из них не удержался от восклицания.
— Не ожидал, что эти люди из Срединных равнин окажутся настолько сильными!
Их годами тщательно тренировали Хэлянь Чжэнь и Хэлянь Пэн, они были куда искуснее и мощнее обычных солдат Бэйжуна. В Бэйжуне почитают силу, и воины этой армии Яцзы в обычные дни даже презирали простых солдат, не говоря уже о вечно слабых, по их мнению, людях Срединных равнин. Кто бы мог подумать, что сегодня, в первом же бою, Яцзы не только не смогут сражаться с несколькими противниками сразу, но и в схватке один на один не получат никакого преимущества и даже начнут уступать.
— Это лишь потому, что люди Срединных равнин коварны и заранее устроили засаду! — возразил другой воин не желал признавать поражение.
Его мастерство было выше, чем у остальных, и в схватке с армией Мо он не понес урона, а бежать ему пришлось лишь из-за малочисленности их отряда. Разумеется, сейчас он не хотел мириться с неудачей.
Оставшийся хмуро заметил.
— Мы, кажется, заблудились, лучше поскорее вернуться в лагерь.
Двое других согласились. Они метались по этому лесу больше часа, но так и не нашли выхода, окончательно в нем заплутав.
— Прославленные элитные воины Яцзы из Бэйжуна умудрились заблудиться, право слово, можно умереть со смеху! — из темноты леса раздался раскатистый жизнерадостный смех, однако голос был неуловим, и невозможно было определить, откуда он доносится.
Трое воинов мгновенно изменились в лице.
— Кто здесь?
— Как ты узнал о Яцзы?
Яцзы были тайным козырем в руках Хэлянь Чжэня, о них не знали даже правитель Бэйжуна и Елюй Е. Они не ожидали, что противник с первого слова раскроет их личности.
Незнакомец со смехом ответил.
— Если маньи осмеливаются ступить на земли Срединных равнин, разве может армия Мо об этом не знать?
— Цилини? — в один голос воскликнули трое, настороженно вглядываясь в пустоту ночной тьмы.
— Именно Цилини. Разве вы, господа, не желали познать нашу мощь? Почему же теперь уходите? — продолжал смеяться голос из тени.
Предводитель людей в черном резко выкрикнул.
— Если у тебя есть способности, выходи и сразись! Неужели вы, люди Срединных равнин, умеете только тайком прятаться и скрываться?
— Как раз собирался с тобой покончить! — донесся холодный ответ. Черная тень метнулась вперед, подобно вспышке света. Трое бэйжунцев не успели даже разглядеть облик нападавшего, как их предводитель почувствовал леденящий холод на шее. Чья-то холодная рука сжала его горло. Стоило ей приложить немного силы, как из горла бэйжунца вырвался хрип, и он рухнул на землю, перестав дышать.
Оставшиеся двое бэйжунцев с ревом бросились к черному силуэту. Тот издал легкий смешок, и холодный блеск внезапно прорезал тьму, это сверкающий гибкий меч расцвел в ночи ослепительными цветами. Спустя мгновение еще один человек рухнул замертво. У последнего оставшегося мужчины из Бэйжуна от страха едва не разорвалось сердце. Все люди боятся смерти. Хотя бэйжунцы были отважнее жителей Срединных равнин, это вовсе не означало, что они боялись смерти меньше. Если бы они были на поле боя, то в пылу сражения могли бы оставить жизнь и смерть за пределом раздумий5, но здесь, в непроглядной ночи, столкнувшись с этим таинственным и непостижимым силуэтом и видя трупы двоих своих товарищей… Мужчина из Бэйжуна, который до этого более двух часов провел в бегстве, окончательно лишился рассудка. С яростным криком он бросился на черную тень, забыв о приемах и не считаясь с превосходством противника. Тень холодно усмехнулась, в мгновение ока оказавшись за спиной бэйжунца, и нанесла удар ладонью точно по его затылку. Обезумевший мужчина тут же обмяк на земле, и в лесу снова воцарилась тишина.
Мужчина в черном убрал гибкий меч и вышел из леса. Там его уже ждали Сюй Цинфэн, Хань Минси и остальные. Стоило ему выйти из тени деревьев, как под светом звезд открылось мужественное лицо, кто это был, если не Чжо Цзин?
Хань Минси, прислонившись к стволу дерева, лениво зевнул и сказал.
— Всего лишь трое сбежавших мелких воришек, стоило ли самому способному доверенному лицу Дин-ванфэй лично вступать в дело? Большую тему превращать в малый труд6.
Чжо Цзин проигнорировал насмешку Хань Минси и сухо ответил.
— Ванфэй лишь хотела узнать истинную силу этих людей.
Сюй Цинфэн с любопытством спросил.
— И, как они?
Этой ночью они наблюдали за схваткой от начала до конца и видели, что мастерство этих людей не так уж сильно уступало Цилинь. Они действительно были достойны того, чтобы считаться результатом многолетних трудов и усилий Хэлянь Чжэня.
Чжо Цзин усмехнулся.
— Навыки у них действительно неплохие, но в других аспектах им еще далеко до нас.
В подготовке Цилинь личное мастерство, безусловно, имело значение, но оно не было решающим. Среди Цилинь были и те, чьи боевые навыки лишь немногим превосходили умения обычных солдат, но они обладали талантами, недоступными другим. К тому же Цилинь славились своим умением вести командный бой. Если бы они окружили кого-то, то даже сильнейшему мастеру Поднебесной было бы нелегко вырваться. Кроме того, у них были тренировки по различным прикладным навыкам, например, такая ситуация, когда бэйжунцы заблудились в лесу, с Цилинь никогда бы не произошла.
К тому же психологическая устойчивость этих бэйжунцев значительно уступала выдающимся качествам членов Цилинь. За последние годы Цилинь под командованием Цинь Фэна и других превратилась в четко отлаженную систему, где каждый официальный участник прошел через суровый отбор в отчаянных условиях. Они становились только сильнее, сталкиваясь с мощным противником, и в моменты опасности сохраняли ледяное спокойствие, а не впадали в бессмысленное безумие.
Сюй Цинфэн кивнул
— Это хорошо. Нам тоже пора возвращаться.
На рассвете, когда небо едва начало светлеть, Хэлянь Пэн и Елюй Е сидели в большом шатре в ожидании вестей. Елюй Е нахмурил густые брови, на сердце у него было неспокойно. С самого начала войны с армией Мо он втайне опасался Цилинь, принадлежащих Е Ли. Хотя Цилинь до сих пор не предпринимали активных действий, их слава тех, чей один удар, обязательное попадание, и кто никогда не бьет мимо цели, бросала тревожную тень на его душу. Если бы Яцзы Хэлянь Пэна смогли подавить Цилинь, его опасения во время походов и сражений значительно бы уменьшились.
Глядя на светлеющее небо, Елюй Е разочарованно вздохнул.
— Похоже, ничего не вышло.
На лице Хэлянь Пэна не было и тени тревоги, он спокойно произнес.
— Дянься не стоит беспокоиться, их неудача была в пределах ожидаемого. Если бы армия Мо не смогла справиться даже с такой мелкой неожиданностью, она была бы слишком уязвима. Этой вылазкой я лишь хотел узнать, насколько на самом деле сильны Цилинь армии Мо.
Услышав слова Хэлянь Пэна, Елюй Е немного успокоился и сказал.
— Хорошо, если ты, Хэлянь, знаешь, что делаешь. Эта Е Ли, хоть и женщина, но с ней совладать ничуть не проще, чем с Мо Сюяо. Хэлянь, будь предельно осторожен.
— О? — Хэлянь Пэн с некоторым удивлением посмотрел на Елюй Е.
Его поразило то, насколько высоко тот ценит Е Ли. Впрочем, даже если бы Елюй Е не предупредил его, он бы ни за что не стал смотреть на нее свысока.
_______________________________________________________
- взаимно поддерживали друг друга подобно рогам, будучи одного дыхания и соединенных ветвей (互爲犄角同氣連枝, hù wéi jī jiǎo tóng qì lián zhī) — использование двух военных стратегий: расположения войск для взаимной поддержки и подчеркивание их неразрывной связи, подобной кровному родству. ↩︎
- подбирать объедки с чужого стола (拾人牙慧, shí rén yá huì) — заимствовать чужие идеи или методы, не привнося ничего своего. ↩︎
- рисуя тигра, рисуешь шкуру, но трудно нарисовать кости (畫虎畫皮難畫骨, huà hǔ huà pí nán huà gǔ) — можно скопировать внешнюю форму, но невозможно воссоздать внутреннюю суть и силу. ↩︎
- способности, достигающие небес (通天的本領, tōng tiān de běn lǐng) — необычайное мастерство или великое могущество. ↩︎
- оставить жизнь и смерть за пределом раздумий (生死置之度外, shēng sǐ zhì zhī dù wài) — проявлять крайнее мужество, не заботясь о собственной безопасности. ↩︎
- большую тему превращать в малый труд (大題小作, dà tí xiǎo zuò) — каламбур на идиоме «из малого делать великое», здесь: придавать пустяковому делу чрезмерное значение ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
