На тракте, в неприметном придорожном ичжане, Лэй Тэнфэн сидел с расслабленным видом и пил чай. Хотя, до этого Мо Сюяо и одурачил его, заставив в спешке возвращаться к заставе Юймин, последующее развитие событий ничуть не навредило Силину и дому Чжэньнань-вана. Напротив… он не ожидал, что Мо Цзинли поразит всех одним криком1, отчего армии Силина, пребывавшей на поле боя в некотором замешательстве, стало гораздо спокойнее. Поэтому в последние дни у Лэй Тэнфэна было прекрасное настроение.
Увидев трех человек, неспешно идущих издалека, Лэй Тэнфэн улыбнулся еще шире. Он даже лично встал, чтобы выйти им навстречу.
— Тэнфэн приветствует императорского бофу.
Лин Техань равнодушно посмотрел на стоящего перед ним мужчину.
— Простой люд из цзянху не смеет принимать великие подношения Шицзы.
Лэй Тэнфэн с улыбкой ответил.
— Как же так? Вы, родной сын императорского цзуфу и кровный родственник императорской семьи Силина, поэтому для Тэнфэна совершенно естественно оказывать почтение.
Лин Техань, нахмурившись, некоторое время разглядывал его, а затем внезапно холодно усмехнулся.
— Лэй Тэнфэн, разве твой фу-ван не говорил тебе держаться от этого почтенного… подальше?
Лэй Тэнфэн в душе вздрогнул, фу-ван действительно когда-то предупреждал его об этом. Просто он слишком сильно желал поскорее узнать о результате дела, потому и прибыл лично. Он не ожидал, что в какой-то мере потеряет чувство меры. Хотя в голове пронеслось множество мыслей, лицо Лэй Тэнфэна оставалось невозмутимым, и он почтительно произнес.
— Племянник проявил нескромность, прошу Гэчжу Лина простить мою вину.
Лин Техань холодно фыркнул и прошел вперед. Лэй Тэнфэн мельком заметил пятна крови на рукаве Лина Теханя и, слегка нахмурившись, поспешно последовал за ним.
— Гэчжу Лин, позвольте узнать, Дин-ванфэй…
— Дин-ванфэй ушла, — спокойно ответил Лин Техань.
— Что? — невольно воскликнул Лэй Тэнфэн.
Он и правда не ожидал, что даже Гэчжу Павильона Яньван не сможет убить Е Ли. Фу-ван ясно говорил, что боевое искусство Лина Теханя теперь, вполне возможно, превосходит его собственное. Как же он мог не убить Е Ли, чье мастерство нельзя назвать первоклассным?
Лин Техань обернулся и бросил взгляд на потрясенного мужчину. Лэй Тэнфэн почувствовал, как кожа на его голове онемела, но все же под давлением Лина Теханя выдавил.
— Гэчжу Лин, вы же обещали фу-вану…
— Я сказал, что приложу все силы, — прервал его Лин Техань. — И я их приложил.
— Но, боевое искусство Е Ли и тех, кто ее окружает… — с недоверием произнес Лэй Тэнфэн.
Бин Шушэн мрачно взглянул на Лэй Тэнфэна и сказал.
— Неужели ты не видишь, что Да-гэ ранен? Если вы считаете, что кто-то способен после схватки с Му Цинцаном еще и догнать Е Ли и убить ее, то зачем вы вообще искали Да-гэ?
«Му Цинцан…», сердце Лэй Тэнфэна ухнуло вниз. Сколько бы они ни просчитывали варианты, им и в голову не пришло, что появится еще и Му Цинцан. Сильнейший мастер Великого Чу прошлых лет после почти десятилетнего забвения первым же делом погубил великое дело дома Чжэньнань-вана!
— Однако… — глядя на то, как эта троица неспешно прогуливается, Лэй Тэнфэн, при всем своем добром нраве, почувствовал нарастающее недовольство.
Кто поверит, что Лин Техань в таком состоянии не поддался ей намеренно?
Возможно, чувства Лэй Тэнфэна отразились на его лице слишком явно, потому что Лин Техань нахмурился и посмотрел на него.
— Лэй Тэнфэн… неужели ты думаешь, что раз я ранен, то не посмею убить тебя?
Лицо Лэй Тэнфэна слегка изменилось в цвете, и он, опустив глаза, произнес.
— Племянник не смеет так думать. Раз так, племянник откланивается.
Лин Техань не выразил ни согласия, ни протеста, лишь бросил.
— Вернись и передай Лэй Чжэньтину, что мой долг благодарности перед ним выплачен. В будущем… придет время свести счеты между этим почтенным и ним.
Лэй Тэнфэн негромко сказал.
— Племянник обязательно передаст ваши слова фу-вану. Позвольте откланяться.
Хотя он не знал, какая вражда была между фу-ваном и Лин Теханем в прошлом, он понимал, все эти годы Лин Техань не доставлял серьезных хлопот дому Чжэньнань-вана лишь потому, что был обязан фу-вану великой милостью. В противном случае, если бы Лин Техань решил поддержать хуанди Силина, мощь Павильона Яньван заставила бы дом Чжэньнань-вана изрядно помучиться.
А в глазах таких людей, как Лин Техань, явно не существовало понятия о взаимном прощении старых обид. Долг благодарности выплачен, значит, пора взыскивать по счетам. В этот миг Лэй Тэнфэн невольно задался вопросом, не совершили ли они с фу-ваном ошибку, попросив Лина Теханя расправиться с Е Ли?
Распрощавшись с Лин Теханем, Лэй Тэнфэн без остановок поспешил обратно в лагерь армии Силина. Увидев его подавленный вид, Лэй Чжэньтин невольно вздохнул и, не дожидаясь слов сына, спросил.
— Лин Техань потерпел неудачу?
Лэй Тэнфэн кивнул.
— Фу-ван…
— Лин Техань намеренно отпустил Е Ли? — с недовольством в голосе спросил Лэй Чжэньтин.
Хотя, обращаясь к Лину Теханю, он допускал подобную возможность, тот всегда держал свое слово, к тому же более подходящей кандидатуры не нашлось, и ему пришлось довериться.
Лэй Тэнфэн неуверенно произнес.
— Лин Техань тоже ранен. Дорогу ему преградил давно исчезнувший сильнейший мастер Великого Чу Му Цинцан. Они яростно сражались всю ночь, а когда на рассвете исход битвы определился, Е Ли и остальные уже вошли на земли, подконтрольные дому Дин-вана.
Он не знал, поддавался ли Лин Техань, но, по крайней мере, тот явно не горел желанием убивать Е Ли.
— Му Цинцан? — нахмурился Лэй Чжэньтин. — Нелепость. Е Ли только что уничтожила дом Муян-хоу, с чего бы Му Цинцану спасать ее?
Лэй Тэнфэн ответил.
— Я послал людей разузнать. Тот, кто внезапно появился и отразил меч Лина Теханя, действительно был Му Цинцаном. После великой битвы Му Цинцан был тяжело ранен, но сумел забрать у людей дома Дин-вана какого-то старика. По донесениям подчиненных, это, скорее всего, старый Муян-хоу, Му Цзинминь. Изначально… Лин Техань был в шаге от того, чтобы убить Е Ли.
При этих словах Лэй Тэнфэн испытал легкое сожаление. Хотя он восхищался способностями и умом Е Ли, они оставались врагами. Потеря возможности избавиться от столь сильного противника заставляла Лэй Тэнфэна втайне сокрушаться.
Лэй Чжэньтин покачал головой.
— Забудь, такова воля небес. Если Мо Сюяо и вправду пришел конец, пусть Е Ли живет. Сейчас нам нужно сосредоточиться на ситуации на поле боя.
Лэй Тэнфэн кивнул, отбросив мимолетное уныние, и твердо произнес.
— Фу-ван прав. Сейчас Мо Сюяо тяжело ранен и не появляется, и, хотя неизвестно, жив ли он, судя по действиям армии Мо в последние дни, раны Мо Сюяо действительно серьезны. Иначе Фэн Чжияо не стал бы так спешить с возвращением Дин-ванфэй.
В эти дни армия Мо перестала действовать столь непредсказуемо, как раньше, изматывая противника. Было очевидно, что сменился командующий. То, что Мо Сюяо ранен настолько, что не может даже управлять делами в армии, было прекрасной новостью для Силина.
— Сотни тысяч воинов подкрепления Мо Цзинли уже прибыли на север, боюсь, они готовятся к контрнаступлению. Если мы как можно быстрее не разобьем здешнюю армию Мо, то Люй Цзинсянь вряд ли сможет вернуться и прислать помощь, — добавил Лэй Тэнфэн.
При упоминании Мо Цзинли Лэй Чжэньтин слегка нахмурился.
— Пусть суетится, это единственное, на что он годен. Но… Тэнфэн, Мо Цзинли человек мелочный и обязательно мстит даже за гневный взгляд. Он непременно затаил злобу из-за случившегося. Если столкнешься с ним на поле боя, будь осторожен. А при необходимости… найди способ и избавься от него!
— Фу-ван? — Лэй Тэнфэн опешил, глядя на отца с неясной тревогой.
Обычно фу-ван многому учил его, но никогда не говорил с ним в таком ключе о расправе над правителем государства.
Лэй Чжэньтин равнодушно улыбнулся.
— Ты уже не маленький и давно должен уметь действовать самостоятельно. Когда эта война закончится, я передам дом Чжэньнань-вана тебе.
— Фу-ван? — Лэй Тэнфэн в душе вздрогнул и с тревогой посмотрел на Лэй Чжэньтина.
Лэй Чжэньтин беспечно улыбнулся и взмахнул рукой.
— Довольно, оставь пока эти дела. Нужно уделить пристальное внимание обороне заставы Юймин. В конце концов, в глазах армии семьи Мо именно мы, настоящий враг. Если наступит критический момент, то Люй Цзинсянь вполне может оставить сторону Мо Цзинли и вернуться со своими войсками на подмогу.
Даже если они не желали этого признавать, враждебность армии семьи Мо к армии Чу на самом деле была далеко не такой сильной, как к Силину. Даже на поле боя столкновения между армией Мо и армией Чу никогда не были столь ожесточенными, как с армией Силин. И дело не в том, что войска под командованием Люй Цзинсяня не были достаточно доблестными или могучими, просто люди с обеих сторон в глубине души все еще считали, что когда-то были одной семьей. Поэтому, если для дома Дин-вана действительно настанет миг опасности, то Люй Цзинсянь крайне вероятно оставит все земли за пределами заставы Юймин и обрушится на армию Силин.
Лэй Тэнфэн кивнул.
— Сын понимает.
Лэй Чжэньтин удовлетворенно кивнул.
— Хорошо, иди, занимайся делами.
Лэй Тэнфэн немного подумал и спросил.
— Фу-ван, ты ведь с самого начала знал, что Лин Техань не сможет убить Е Ли?
Когда он только что вернулся с докладом, фу-ван хоть и выказал некоторое недовольство, но не выглядел ни удивленным, ни разгневанным. Лэй Чжэньтин покачал головой.
— Если бы удалось совершить убийство, то это, конечно, было бы к лучшему, но, если не вышло, не беда.
Лэй Тэнфэн в недоумении посмотрел на Лэй Чжэньтина, нахмурив брови. Все эти годы Лин Техань не выступал против дома Чжэньнань-вана только потому, что был в долгу перед фу-ваном. Теперь, когда этот долг возвращен, разве у дома Чжэньнань-вана не прибавится еще один враг?
Лэй Чжэньтин вздохнул.
— Даже если бы этого дела не было, то я бы все равно нашел способ заставить его вернуть тот долг благодарности.
— Ваш ребенок туп и неповоротлив2, — Лэй Тэнфэн действительно не понимал помыслов своего фу-вана.
— Глупое дитя, Лин Техань в долгу передо мной, а не перед тобой.
В сердце Лин Теханя нет понятия о том, что обиды и благодарности могут взаимно уничтожиться3, как нет и правила, по которому долг признательности переходит к следующему поколению. Однако, большинство людей, которые в прошлом поступили с Лин Теханем несправедливо, все еще живут под покровительством дома Чжэньнань-вана. Либо ему нужно было убить Лин Теханя до своей смерти, либо перед кончиной перебить всех этих людей, иначе в будущем Лин Техань все равно создаст Лэй Тэнфэну неприятности. Но ни один из этих вариантов не был по-настоящему осуществимым.
Лэй Тэнфэн в замешательстве удалился. Выйдя за дверь, он на мгновение замер и вдруг осознал, что имел в виду отец. Нахмурившись, Лэй Тэнфэн стиснул зубы, но не стал возвращаться. Он и вправду еще недостаточно силен, раз заставляет фу-вана так сильно о нем беспокоиться…
_____________________________________________________________
- поразить всех одним криком (一鸣惊人, yīmíngjīngrén) — добиться успеха с первой попытки, внезапно прославиться. ↩︎
- Туп и неповоротлив (驽钝, nǔdùn) — самоуничижительное выражение, признающее недостаток сообразительности или способностей. ↩︎
- Обиды и благодарности взаимно уничтожаются (恩怨两消, ēnyuàn liǎng xiāo) — выражение, означающее полное сведение счетов, когда долги признательности и старые обиды аннулируют друг друга. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
