Слово «смятение» в этот момент казалось слишком блёклым. Многое хотелось сказать, но слова не шли, а из-за косноязычия не получалось точно передать чувства.
Лампочка на кухне светила неярко, но он чувствовал себя так, словно его спину палит палящее солнце. В горле пересохло, и он тихо спросил:
— Как ты узнала?
Гуй Сяо слегка прикусила нижнюю губу и спрятала руки за спину, пытаясь сдержать смущение:
— Тест на беременность. В больницу ещё не ходила.
Неясный поток чувств захлестнул его, сердце то и дело сжималось. Он без предупреждения притянул её к себе:
— Ты плохо себя чувствуешь?
— Нет, — она покраснела. — Наверное, ещё слишком рано… самое начало?
— Как ты это обнаружила?
— …Мама позвонила и сказала, что ей приснилось, будто я рожаю. Я посчитала дни и пошла за тестом, — Гуй Сяо сама поражалась этому чуду. — Наверное, у матери с дочерью и впрямь связь на духовном уровне, раз такое может присниться.
Если бы не шутка матери, она бы и сама не заметила.
Из-за того что с самого детства её цикл был крайне нерегулярным, у неё не было фиксированных дат.
Она росла болезненным ребёнком, и с самого начала менструальный цикл у неё сбился: это случалось по два раза в месяц и никогда не приходило в норму.
На её памяти единственным временем, когда цикл чудесным образом нормализовался, был период их романа с Лу Яньчэнем.
Особенно в тот месяц, когда случился их первый поцелуй, произошла небывалая задержка. В те годы они мало что понимали. Хотя она и знала, что от поцелуев не беременеют, всё равно пребывала в тревоге, думая: «Боже, а вдруг? Вдруг именно я забеременею от поцелуя?..» Позже, после расставания, всё постепенно вернулось к двум циклам в месяц, и начались бесконечные хождения по врачам для регулировки организма. Позже в университете, обсуждая с соседками по комнате первую любовь и вспоминая этот неловкий случай, девушки предположили: может, влюблённость помогает сбалансировать уровень эстрогенов?
Подруги тогда даже переживали за Гуй Сяо, считая, что с таким беспорядочным циклом забеременеть в будущем будет большой проблемой.
Но кто мог подумать, что всё получится так легко. Лу Чэнь и впрямь всемогущий.
В тот вечер, когда она увидела результат, ей хотелось сразу позвонить ему, но нельзя же было позволять всем людям на базе, которые прослушивают звонки, слушать их обсуждение беременности. Поэтому она терпела до этого момента. Стоило ему появиться, как она захотела всё рассказать, но в то же время робела, не зная, с чего начать.
Лу Чэнь, вот здесь, у меня в животе малыш. Твой…
Казалось, ещё вчера стояло то изнуряюще жаркое лето, ей ещё не исполнилось шестнадцати, и она шла навстречу потоку воздуха от вентилятора, заходя в бильярдную, проходя мимо столов и сворачивая в самую дальнюю комнатку. Там собрались все тогдашние знаменитые на городок хулиганы. Лу Чэнь, облокотившись на подоконник, курил и с прищуром смотрел на неё.
А на следующий день у неё уже был его ребёнок…
Мысли Лу Яньчэня не останавливались: он думал о том, что нужно подготовить. Предстояло уладить множество дел: от оформления их брака с Гуй Сяо до решения вопросов с пропиской ребёнка и подготовки к десяти месяцам беременности… В голове всё на мгновение спуталось. Сегодня ему точно не уснуть — нужно во всём разобраться немедленно.
Гуй Сяо, видя, что он снова молчит, взглянула на него:
— Ты рад?
Этот вопрос заставил его усмехнуться.
— Что-то не заметно, чтобы ты был взволнован, и никаких действий…
Обычно по таким едва уловимым выражениям её лица он сразу понимал, чего она хочет. Поэтому без лишних слов он снова притянул её к себе и наклонился, чтобы поцеловать. Но едва коснувшись её губ, он вспомнил, что только что курил, и хотел пойти прополоскать рот. Гуй Сяо, однако, это не понравилось:
— Да где это видано? Сначала доцелуй, а потом иди готовить.
Этот тон был точь-в-точь как в детстве.
В тот вечер Цинь Сяонаню казалось, что он вот-вот заработает ячмень на глазу.
Мало того, что они ели, вцепившись друг другу в руки, так ещё когда Гуй Сяо вспотела от острого цыплёнка и вытерла лоб салфеткой, она тут же принялась гладить тыльную сторону его ладони. Но и это ладно — Лу Яньчэнь в ответ переплетал свои пальцы с её, разминая их и играя с ними…
Приготовил шашлыки — нужно поцеловаться, убирает посуду — снова поцелуй, пошёл на кухню мыть фрукты — и там тоже.
Около десяти часов Лу Яньчэнь уговорил Гуй Сяо лечь спать. Сам он несколько часов просидел в кабинете за ноутбуком, а затем, прикрыв дверь, спустился в подземный гараж и прислонился к машине Гуй Сяо, чтобы покурить. Освещение в гараже было слабым, лампы светили тускло, и он пристально смотрел на белую точку источника света.
Уснуть всё равно не получалось, поэтому он достал из багажника инструменты, немного выкатил машину с парковочного места и принялся проверять её на наличие мелких неисправностей. Так повелось ещё со средней школы: если что-то шло не так, на душе было неспокойно или одолевала суета, он чинил машины, чтобы успокоиться. Это стало привычкой. Когда он был заместителем командира отряда во Внутренней Монголии, он часто заглядывал в автопарк. Сначала он просто помогал ребятам с техобслуживанием, а потом все поняли, что командир Лу — настоящий профи. В итоге, если он не был на задании, его то и дело звали помогать с ремонтом и обслуживанием разного транспорта. Если бы он не был замкомандира отряда, его бы уже давно переманили в автопарк.
В пятом часу утра двое охранников жилого комплекса, посмотрев записи с камер, всё же забеспокоились и пришли разузнать, чем занимается Лу Яньчэнь. Перед тем как подойти, они долго наблюдали за ним по мониторам. На вора он похож не был, возился тут уже больше часа, но чтобы человек посреди ночи вместо сна сам чинил машину… такого они ещё не видели.
Как оказалось, им встретился настоящий мастер.
Один из охранников раньше служил срочником и по выправке Лу Яньчэня сразу почуял в нём своего. Они перекинулись парой слов, и догадка подтвердилась. Всё равно в ночную смену делать было нечего, так что он проболтал с Лу Яньчэнем до самого рассвета. Вернувшись домой, Лу Яньчэнь принял горячий душ в ванной на первом этаже и высыпал в кастрюлю бобы, которые замочил ещё перед уходом ночью. Каша Лаба — это питательно.
Как раз будет готова к пробуждению Гуй Сяо.
Гуй Сяо заранее разузнала, что для подтверждения можно пойти в гинекологическое отделение любой больницы — результат везде будет точным. А уже после подтверждения можно будет тщательно выбрать роддом и встать на учёт.
Утром она, не желая верить в трудности, отправилась в лучшую государственную больницу третьего уровня. Народу было тьма, и когда она наконец дождалась своей очереди, ей сказали, что запись на УЗИ есть только на следующий месяц… «Почему бы сразу не записать меня на день родов?..» — подумала Гуй Сяо с горькой усмешкой. Признав поражение, она отправилась в больницу второго уровня. В коридоре перед кабинетом УЗИ ждали всего три-четыре женщины: две молодые и две постарше.
К тому моменту, когда подошла её очередь, больше никто не пришёл. В кабинете двое врачей о чём-то переговаривались.
Гуй Сяо, дико нервничая, легла на кушетку, чувствуя на животе холодный скользкий гель. Врач в маске смотрела серьёзно, она лишь без остановки стучала по клавишам компьютера, записывая данные, так что по её лицу невозможно было ничего понять…
— Доктор? Есть что-нибудь? Всё хорошо? Это не внематочная? Сердцебиение слышно? — она затаила дыхание и выдала список всех плохих сценариев, о которых успела прочитать в интернете.
…
В коридоре никого не было, кроме него.
Лу Яньчэнь листал описание новейшего робота-сапёра. Одну и ту же строчку он прочёл раз десять, но смысл не доходил до него — он был похож на человека, только начавшего учить английский: все буквы вроде знакомы, а во что они складываются — неизвестно.
Наконец послышались торопливые шаги.
Гуй Сяо выскочила из кабинета УЗИ и сунула ему под нос листок:
— Смотри скорее!
Благодаря ночному чтению он примерно понимал термины на бумаге, но на чёрно-белом снимке решительно ничего не мог разобрать… Лишь там, куда указывал кончик пальца Гуй Сяо, виднелась крошечная тень.
12,6 мм * 9,4 мм * 14,6 мм.
Гуй Сяо, глядя на эти цифры, показала размер двумя пальцами и невольно улыбнулась:
— Малыш величиной с зелёный горошек.
Лу Яньчэнь смотрел на ряд цифр, мысленно «вырисовывая» этот размер, и долго не мог отвести взгляд. Продолжение жизни… такое крошечное существо превратится в полноценного младенца… И это их с Гуй Сяо ребёнок.
Когда она отдала все бумаги лечащему врачу, тот, изучив протокол УЗИ и результаты анализа крови, окончательно подтвердил факт:
— Проверили слишком рано, пока ещё толком ничего не видно. Приходите примерно в три месяца в акушерское отделение для детального обследования.
Сказали просто: проблем нет, беременность на раннем сроке, пока ничего особо не разглядеть. Заодно врач любезно напомнила, что им нужно сначала оформить разрешение на рождение ребёнка — только с ним можно завести карту в акушерском отделении и регулярно проходить обследования:
— Возьмите свидетельство о браке и сходите в уличный комитет, чтобы оформить его. В каком именно районе это делать, посмотрите сами в интернете или узнайте по телефону.
— Угу, угу, — серьёзно кивала Гуй Сяо, делая вид, будто у неё уже есть это самое «свидетельство о браке»…
Врач закрыла медкнижку и вернула ей.
Она вышла, перелистывая медкнижку, в которой шуршала стопка старых, не выброшенных результатов анализов. Подняв взгляд на Лу Яньчэня, она вдруг о чём-то вспомнила и покраснела:
— Я только что спросила врача про срок, сказала, что уже больше пяти недель… — Досказав это, она подошла поближе и тихо спросила: — Как думаешь, это случилось ещё во Внутренней Монголии? Или уже после возвращения?
Лу Яньчэнь всё ещё разглядывал её живот, прикидывая, где примерно он находится… Услышав вопрос, он поднял глаза. На самом деле точно сказать, в какой именно раз всё произошло, было невозможно — слишком уж часто это случалось, так что оставалось лишь предполагать примерный промежуток времени:
— Трудно сказать.
Гуй Сяо и Лу Яньчэнь вышли из лифта.
В другом конце холла находились касса и аптека. Из десяти окон лишь у одного стоял пожилой пациент, оплачивающий счета.
— Ты подумай ещё, — не унималась Гуй Сяо. — Я ведь хочу потом рассказать ему, где он появился.
Лу Яньчэнь и впрямь зашёл в тупик. Подобные вещи… с мужской точки зрения, в такие моменты действительно не возникает никаких особенных ощущений.
Он ещё раз прикинул время, прокрутил в голове каждое свидание, словно кадры диафильма, но так и не нашёл ни единой зацепки, в которой был бы уверен. После недолгих раздумий и взвешивания всех «за» и «против» он дал ответ, который наверняка бы её порадовал:
— Скорее всего, во Внутренней Монголии.
На самом же деле он просто гадал наобум.
— Правда? — Она и в самом деле заулыбалась, и в её ясных, как ключевая вода, глазах зажёгся огонёк восторга.
То место значило для неё больше всего на свете. За всю свою жизнь она ни о чём не жалела так мало, как о той поездке в Эрлянь-Хото, чтобы вернуть его.
Лу Яньчэнь ловил каждую малейшую перемену в её лице:
— Чистая правда.
Приходилось признать: самый простой способ самому прийти в доброе расположение духа — это порадовать её.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
