Весной шестого года Чжаопина, спустя тридцать лет после последней большой войны, северные племена вновь собрали триста тысяч всадников и грозно двинулись на юг, намереваясь захватить Хэтао.
Наместник Лунъю Пэй Юань был назначен великим полководцем, усмиряющим Север. Ему поручили ведать военными делами более десяти областей — Янь, Юнь, Гань и других, — а также командовать войсками двора и выступить на север навстречу врагу.
Именно в тот момент, когда на северной границе вновь вспыхнуло военное зарево, в четвертом месяце Чанлэ-ван объявил, что разыскал малолетнего императора Сяо Юя.
Под предлогом того, что Сяо Ле незаконно удерживает трон, ван поднял мятеж в своих владениях, в Дунчанской управе. Тайно отправив людей в Гэнчжоу, он внезапно атаковал гарнизон, прорвал оборону и освободил бывшего наследника Сяо Иньтана, который провел в заключении несколько лет.
Затем Чанлэ-ван выступил под лозунгом восстановления законного порядка, объявил, что собрал стотысячную армию, захватил Дунчан и занял Цзинань.
Поначалу мятеж набирал силу с невероятной быстротой. По всему Шаньдуну люди пребывали в страхе.
Но осенью, примерно через полгода, когда мятежники покидали Шаньдун, они столкнулись с жестким сопротивлением Лю Цзюшао.
Чанлэ-ван потерпел сокрушительное поражение и в панике отступил в Танъи, городу в составе Дунчанской управы.
Вскоре город оказался в окружении.
Когда Чанлэ-ван, отчаянно цепляясь за последнюю надежду, продолжал сопротивление, Сяо Иньтан воспользовался хаосом и убил его.
Вместе с ним бывший наследник расправился с несколькими сыновьями и братьями вана, а также с самозванцем, выдававшим себя за малолетнего императора Сяо Юя.
Он велел выставить на городской стене Танъи более десяти голов и объявил, что никогда не собирался поднимать мятеж. Якобы Чанлэ-ван насильно увез его из родового поместья и заставил участвовать в восстании. Теперь же ему удалось воспользоваться случаем и уничтожить главаря мятежников, а также ложного Сяо Юя.
Сяо Иньтан просил императора разобраться в обстоятельствах и простить его.
Лю Цзюшао продолжал осаду, но одновременно отправил в столицу срочное донесение с письмом Сяо Иньтана.
Когда послание достигло императорского кабинета, Сяо Ле недавно вернулся после утренней аудиенции и играл в сяньци с Цы-эром.
На аудиенции чиновники обсуждали два известия.
Первым были новости с северной границы.
Более полугода имперские войска с переменным успехом противостояли северным племенам. Десять с лишним дней назад Пэй Юань повел армию к заставе Цзяньмэнь и разбил конницу кочевников в полевом сражении.
Враги отступили на северо-запад.
Чтобы не дать им передышки и возможности восстановить силы, Пэй Юань продолжил преследование. Он намеревался уничтожить ставку кочевников и навсегда устранить угрозу.
Война вступила в решающую стадию.
Второе известие касалось Лю Цзюшао: он окружил Чанлэ-вана, бывшего наследника и самозваного малолетнего императора.
Оставалось лишь запереть их в городе и дождаться капитуляции.
Оба известия были радостными.
Чиновники сияли от счастья, а настроение императора тоже заметно улучшилось. Вернувшись в кабинет, он разобрал несколько докладов, а затем велел Ли Юаньгую позвать Цы-эра.
Цуй Иньшуй привел мальчика, и дед с внуком снова принялись играть в сяньци.
За прошедшие полгода император так и не отвел Цы-эра в родовой храм для принесения жертв, но и не выпустил Цзяфу с сыном из дворца.
Поначалу чиновники полагали, что государь собирается сделать мальчика наследным внуком императора. Но прошло больше полугода, а никаких дальнейших распоряжений не последовало.
Сначала из-за внешних и внутренних бед императору было не до этого. Теперь же положение постепенно прояснилось, и чиновники вновь обратили внимание на вопрос о наследнике.
Некоторые начали подавать осторожные доклады, пытаясь выяснить намерения государя.
Но как бы искусно они ни намекали, Сяо Ле неизменно хранил молчание: не отрицал их предположений, но и не подтверждал их.
Придворные всегда опасались грозной власти императора и не осмеливались переступать дозволенные границы. Поэтому дело так и оставалось нерешенным.
Западный сад теперь стал постоянным местом жизни Цы-эра.
Там находились озеро Тайе, Лебединый двор, Тигриный двор и другие места, где содержались редкие звери и птицы.
Каждое утро Цы-эр вместе с матерью выполнял задания, оставленные отцом: занимался и калиграфией, и воинской подготовкой. Он делал это неукоснительно, без единого пропуска.
Остаток дня мальчик проводил с матерью, играл или по приглашению императора сидел у него на коленях.
Сяо Ле часто звал Цы-эра играть в сяньци, чтобы отвлечься от забот.
Так мальчику почти исполнилось четыре года.
Во время партии император как-то сказал, что отец Цы-эра, вероятно, сможет вернуться до конца года.
Глаза мальчика засияли, он пришел в восторг.
Поначалу Сяо Ле тоже улыбался, поглаживая бороду. Но постепенно словно о чем-то вспомнил.
Он посмотрел на радостного внука, и его взгляд стал тяжелым и задумчивым.
В этот момент вошел Ли Юаньгуй и принес победное донесение Лю Цзюшао из Дунчанской управы.
Император бегло прочел доклад.
В нем сообщалось, что Сяо Иньтан убил Чанлэ-вана, самозванца, выдававшего себя за Сяо Юя, и остальных мятежников.
Сяо Ле холодно произнес:
— Неужели он думает, что я ничего не знаю? Люди рода Чжан давно тайно сговорились с мятежным ваном.
— Сначала он убил собственного отца, полностью лишившись рассудка, а теперь объединился с мятежниками и поднял восстание.
— Он просто оказался в безвыходном положении.
— Государь, генерал Лю прислал еще один доклад, — сказал Ли Юаньгуй. — Это письмо бывшего наследника с объяснением и просьбой о прощении.
Евнух подал императору еще одно послание, запечатанное красным сургучом, и осторожно посмотрел на него.
Сяо Ле бросил на письмо взгляд.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
