В Цюаньчжоу было семь городских ворот. Выбор пал именно на ворота Тунцзинь не случайно: прежде чем принять решение, всё тщательно обдумали.
После смерти отца Цзяфу все внешние дела семьи Чжэнь вел Чжан Да. Он был рассудительным и способным человеком, умел поддерживать отношения с нужными людьми и так улаживал дела в управе Цюаньчжоу, что нигде не возникало проблем. В городе его уважали и называли господином Чжаном. С начальником Ши Цюанью у него всегда были хорошие отношения. Самое важное — Ши Цюанью почти не знал Чжэнь Яотина и обычно с ним не пересекался.
Именно поэтому Чжан Да выбрал эти ворота. В результате экипаж без происшествий прошел проверку и благополучно покинул город.
Внутри экипажа всё было как на ладони: спрятать там человека было совершенно невозможно. Ши Цюанью и представить не мог, что мужчина, развалившийся на сиденье, вовсе не молодой господин семьи Чжэнь, а человек с неизвестным происхождением, которому необходимо было как можно скорее выбраться из города. Не мог он предположить и того, что женщина рядом с ним — дочь семьи Чжэнь, Цзяфу.
Цзяфу много лет провела рядом с Сяо Иньтаном и знала, насколько он расчетлив, безжалостен в достижении цели и склонен идти на любой риск. В его характере были жестокость и самоуверенность игрока, который ставит на кон всё.
Перед отъездом он потребовал, чтобы она ехала с ним в одном экипаже и служила прикрытием. Старая госпожа Ху сначала отказалась и предложила предоставить ему другую смышленую доверенную служанку. Но Сяо Иньтан настаивал именно на Цзяфу.
Поскольку ее внук находился у него в руках, старая госпожа в конце концов была вынуждена уступить. Она потребовала, чтобы он поклялся перед Небом не причинять Цзяфу вреда и сразу отпустить ее, как только они покинут город.
Сяо Иньтан согласился.
Когда экипаж приблизился к воротам, он растрепал ей волосы, распустил ворот одежды, крепко обхватил одной рукой за талию и прижался лицом к ее плечу, изображая любовную близость.
В тот миг, когда дверца экипажа открылась, Цзяфу отчетливо почувствовала, как его рука сжалась сильнее, словно он хотел переломить ей талию. Всё его тело внезапно напряглось, подобно туго натянутому луку.
Так обычно проявляется крайнее душевное напряжение: тело невольно становится предельно собранным и готовым к действию.
Цзяфу всё это время держала глаза закрытыми и не двигалась. Едва экипаж выехал за городские ворота, она оттолкнула Сяо Иньтана, который всё еще удерживал ее, и попыталась подняться с его колен.
Но стоило ей встать, как он внезапно положил обе руки ей на плечи. Цзяфу почувствовала тяжесть, колени подогнулись, и она снова опустилась на сиденье.
Сяо Иньтан слегка склонил голову. Его взгляд задержался на нежном лице девушки, затем медленно скользнул от бровей и глаз вниз, прошел по переносице и остановился на губах. Несколько мгновений он рассматривал их, потом чуть приблизился и, словно проверяя, вдохнул аромат, исходивший от ее волос у виска. Его кадык едва заметно дернулся. После этого он поднял руку, будто собираясь приподнять ее подбородок.
Цзяфу быстро отвернулась, уклоняясь от его движения, и постучала по стенке экипажа. Снаружи сразу раздался напряженный голос Чжан Да:
— Молодой господин, что вам нужно?
Экипаж только недавно выехал из города, и до ворот было еще недалеко. Рука Сяо Иньтана остановилась в воздухе. Он едва заметно замер, затем бросил на Цзяфу внимательный взгляд.
Девушка выскользнула из его рук, сама добралась до угла возле дверцы, повернулась к нему спиной и привела в порядок слегка помятую одежду. Затем снова собрала волосы. Больше она к нему не оборачивалась.
Сразу после выезда экипаж ускорил ход. Чжан Да ехал рядом, не отставая. Они преодолели больше десяти ли и наконец добрались до ворот загородного поместья. Здесь Чжан Да остановил экипаж, отослал возницу и всех людей, находившихся поблизости, затем подошел и тихо сказал:
— Молодой господин, мы прибыли.
Он открыл дверцу и заглянул внутрь. Цзяфу сидела рядом, а мужчина, откинувшись на заднем сиденье, смотрел ей в спину. Ничего подозрительного больше не происходило, и Чжан Да с облегчением выдохнул.
Поскольку Сяо Иньтан не двигался, он продолжил:
— Молодой господин, мы прибыли. Здесь безопасно. Лошадь заранее накормили, она сильная и выносливая, сегодня еще сможет пройти несколько сотен ли. Отсюда на запад есть боковая дорога, по которой можно покинуть Цюаньчжоу. Днем там почти никто не ездит. Прошу вас, отправляйтесь как можно скорее.
Сяо Иньтан слегка усмехнулся, только теперь отвел взгляд от Цзяфу, сам собрал волосы и поправил ворот одежды. Затем поднялся, прошел мимо девушки и, наклонившись, вышел из экипажа.
Чжан Да поспешно подвел ему свою лошадь, на которой сам выехал из города. Сяо Иньтан вскочил в седло, но перед отъездом еще раз оглянулся на закрытую дверцу экипажа. После этого он направился в указанную сторону и вскоре исчез вдали.
Чжан Да глубоко выдохнул, вытер пот со лба и поспешил обратно к экипажу. Тихо постучав, он сказал:
— Юная госпожа, вам пришлось нелегко. Хорошо, что этот преступник уже ушел и никто ничего не узнал…
— Дядя Чжан, со мной всё хорошо. Не тревожьтесь обо мне.
Ее голос, донесшийся из-за дверцы экипажа, звучал спокойно и мягко.
В тот вечер Цзяфу не вернулась в город, а осталась ночевать в загородном поместье.
Она погрузилась в наполненную горячей водой купальню и полностью скрылась под водой. Затем снова и снова тёрла кожу, пока тело не покраснело, а на местах, которых касался Сяо Иньтан, не проступили тонкие красные следы. Под воздействием горячей воды кожа начала болезненно покалывать, и только тогда Цзяфу наконец удалось подавить леденящее ощущение, словно оно проникало до самых костей.
Сяо Иньтан уехал, но его спутник Лю И тайно остался в доме семьи Чжэнь и продолжал удерживать Чжэнь Яотина.
Старая госпожа Ху скрывала случившееся настолько тщательно, что во всей семье о похищении знали только госпожа Мэн, Цзяфу и Чжан Да. Так продолжалось полмесяца.
Власти безуспешно проверяли город, а затем сняли оцепление с ворот. Только после этого, глубокой ночью, Лю И незаметно покинул усадьбу.
Все эти полмесяца Чжэнь Яотин оставался связанным в той самой мастерской.
Когда на следующее утро Цзяфу ворвалась туда и увидела брата, она едва узнала его. Его щеки впали, лицо осунулось, от одежды исходил тяжелый запах. Услышав, как Цзяфу бросилась к нему с криком: «Брат!», Чжэнь Яотин разрыдался, опустился на колени и начал без остановки бить себя по щекам.
На следующий день он заболел. Болезнь оказалась тяжелой, и только к третьему месяцу он постепенно восстановил здоровье.
После этого Чжэнь Яотин словно стал другим человеком. Он больше не говорил о плавании в море и перестал проводить время с праздными молодыми людьми Цюаньчжоу. Теперь он каждый день уходил вместе с Чжан Да рано утром и возвращался поздно вечером, постоянно занимаясь делами. Он начал вести себя как взрослый мужчина.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
