— Но, второй старший брат Янь, разве вы не говорили, что сегодня вечером у вас дела? — спросил Вэй Шу.
Янь Шан бросил на Му Ваньяо едва уловимый взгляд.
Она же сидела с невозмутимым видом, подперев правой рукой щеку, словно совершенно не замечая его затруднительного положения.
Столкнувшись с таким вопросом Вэй Шу, Янь Шан почувствовал в душе стыд.
Он сжал руку в кулак, поднес его к губам, кашлянул и невнятно проговорил:
— Просто я подумал, что учеба важнее. В конце концов, я давно не читал книг вместе с Цзюй Юанем.
Глаза Вэй Шу слегка блеснули.
Он посмотрел на Янь Шана, затем на улыбающуюся принцессу-дянься подле него. Вэй Шу опустил глаза и осторожно смахнул с книги упавшую на нее соринку от листа.
Хотя он был молод, он чутко уловил, что атмосфера между принцессой-дянься и вторым молодым господином Янем была какой-то необычной. У него возникли догадки… но он не решался быть в них уверенным.
Вэй Шу слегка нахмурился и с некоторым беспокойством взглянул на них двоих. Однако он по натуре был холодным и сдержанным; раз уж разговор зашел так далеко, он решил, что они и сами всё понимают… поэтому не стал больше ничего напоминать.
—–
Тем вечером все трое находились в одной комнате, и атмосфера учебы была особенно густой.
За длинным столом Вэй Шу с книгой в руках сидел вместе с Янь Шаном. Му Ваньяо была одета в домашнее красное платье из мягкого шелка, ее длинные волосы были небрежно собраны в пучок, подобно облаку; подперев щеку рукой, она сидела напротив них.
Вэй Шу и Янь Шан читали, Му Ваньяо же на книги даже не смотрела.
Однако стоило Вэй Шу упомянуть что-то из текста, назвав лишь начало, как Му Ваньяо тут же подхватывала. Она с легкостью цитировала содержание книги по памяти и, поигрывая своими тонкими пальцами, с улыбкой давала пояснения, приводя многочисленные цитаты и примеры.
Янь Шан говорил меньше всех.
Но он часто бросал взгляды на Му Ваньяо.
В глубине души он восхищался ее эрудицией.
С тех пор как он познакомился с ней, он ни разу не видел, чтобы она серьезно занималась чтением. Изредка она брала в руки книги, но это были лишь досужие сборники легенд или хуабэнь.
Тем не менее Янь Шан всегда знал, что Му Ваньяо — весьма талантливая натура. Ведь она с легкостью давала ему советы, указывая на ловушки в кэцзюй и на предпочтения главных экзаменаторов. Она могла невзначай сказать, чем плохи его стихи, а стоило ей пару раз взглянуть на его каллиграфию, как она тут же усмехалась.
Но обо всем этом Янь Шан лишь догадывался по повседневным словам и поступкам Му Ваньяо.
И только сегодня вечером, увидев, как она цитирует книгу по памяти, даже не заглядывая в нее, он осознал, насколько она на самом деле выдающаяся.
— Дянься, когда вы читали эту книгу? — спросил Янь Шан, записывая кистью наставления, которые Му Ваньяо давала между делом.
Му Ваньяо подняла веки и, подумав, ответила:
— Лет в тринадцать-четырнадцать.
Вэй Шу поднял голову:
— Дянься не перечитывали ее в последние годы? И вы до сих пор помните содержание?
— Раньше я училась вместе со своим сюнчжаном и, чтобы угодить фухуану и остальным, занималась очень прилежно, — сказала Му Ваньяо. — Поэтому спустя столько лет я всё еще не могу ничего забыть… Хотя на самом деле мне бы и не хотелось помнить.
В ее голосе прозвучала легкая меланхолия, и она на мгновение умолкла.
Она не могла вспомнить многие вещи.
Но именно прочитанные когда-то книги, словно клеймо ее прошлого, она не могла забыть до сих пор.
Увидев выражение лица Му Ваньяо, Вэй Шу на мгновение растерялся. Он почувствовал, что, вероятно, задел ее душевную рану, но сидел в оцепенении, не зная, как утешить… И тут он увидел, как второй молодой господин Янь непринужденно пододвинул ей чашку и мягко улыбнулся:
— Дянься, вы, должно быть, захотели пить? Выпейте чаю.
Му Ваньяо сделала глоток, ее глаза сощурились, и она с недоумением спросила:
— Почему у него такой странный вкус?
— Хорошее лекарство горько на вкус1, — мягко убеждал Янь Шан. — Когда я только что выходил, добавил в чай немного целебных трав. Я подумал, что дянься проговорит весь вечер и ее будет мучить жажда.
Му Ваньяо искоса взглянула на него:
— Я ведь не говорила, что не стану пить, зачем ты так много болтаешь?
Янь Шан с улыбкой покачал головой и, снова закатав рукава, взялся за кисть.
Вэй Шу молча наблюдал со стороны за тем, как они обмениваются взглядами и улыбками.
Искусные маневры второго старшего брата Яня, подобные танцу с длинными рукавами, позволяющие ему так ловко ладить с Му Ваньяо… У Вэй Шу появилось странное чувство, будто он здесь лишний.
Вэй Шу подавил странные мысли в голове и, опустив ее, продолжил читать. Янь Шан вместе с ним продолжал молча заучивать текст.
Му Ваньяо задумчиво смотрела на Янь Шана, замечая, что всё это время страницы переворачивал лишь Вэй Шу, а Янь Шан просто смотрел рядом, не проронив ни слова.
Ее взгляд мерцал.
Вэй Шу был выходцем из знатного рода и не умел заботиться о других; ему и в голову не приходило, что скорость чтения Янь Шана могла отличаться от его собственной, но это полбеды. Однако Янь Шан от начала до конца просто следовал за темпом Вэй Шу и сам не проронил ни слова… Либо Янь Шан не хотел выказать свою неосведомленность, либо он был вполне способен поспевать за Вэй Шу.
И, судя по тому, что Му Ваньяо знала о Янь Шане, второе было более вероятным.
Он действительно мог поспевать за Вэй Шу?
Ведь Вэй Шу происходил из рода Вэй из Лояна, он был отпрыском знаменитой семьи. Скорость чтения Вэй Шу совершенно отличалась от той, что была у обычных выходцев из бедных семей. Если бы Янь Шан мог за ним поспевать… это означало бы, что его способность к запоминанию и обширность познаний весьма велики.
Впрочем, это было вполне естественно… Если бы Янь Шан действительно был так плох, как сам о себе говорил, то, даже несмотря на подсказки Му Ваньяо, он вряд ли смог бы стать таньхуа в первый же год.
- Хорошее лекарство горько на вкус (良药苦口, liángyào kǔkǒu) — Образное выражение: дельный совет часто бывает неприятен, но он полезен. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
