Это вполне соответствовало тому равнодушию к власти и знатности, которое выказывал Янь Шан.
Но здесь крылась и большая проблема: не слишком ли серьезно он воспринимал их отношения?
Неужели он в самом деле хотел обрести истинный плод1?
Собирался ли он шаг за шагом, упорно трудясь, идти к тому, чтобы обрести истинный плод?
Но ведь в тот день, когда она спросила его, можно ли обойтись без обязательств, он ответил, что он не из тех людей, кто стал бы требовать от нее ответственности.
Первая возможность злила Му Ваньяо, заставляя желать больше никогда не иметь дела с Янь Шаном и окончательно разорвать с ним отношения. Вторая возможность пугала ее, отбивая охоту продолжать общение.
Она просто хотела немного развеяться, и как раз встретила его, того, кто ей приглянулся… У нее и в мыслях не было заходить так далеко.
Да и не могла она строить подобные планы.
Либо вовсе не выходить замуж, либо, вступая в брак, извлекать из этого союза максимальную выгоду… Нужно быть полной дурой, чтобы связывать свое будущее с Янь Шаном.
Янь Шан напугал Му Ваньяо; пока она мерила комнату шагами, выражение ее лица то и дело менялось, и она несколько раз порывалась толкнуть дверь и сбежать.
Когда Му Ваньяо в очередной раз собралась бежать, дверь отворилась — Янь Шан вернулся.
Она подняла на него взгляд, и глаза ее слегка блеснули.
Должно быть, боясь надолго оставлять ее одну в комнате, Янь Шан вернулся очень быстро. Однако, как бы он ни спешил, длинные волосы не могли высохнуть так скоро, да и одежда не сидела на нем так безупречно, как обычно.
Он вернулся поспешно, принеся с собой прохладный аромат дождя; глаза его были ясны, губы алы, а черные волосы лишь наполовину собраны в узел. Ветер и дождь, дувшие в спину, развевали его рукава, и в этом полете он казался небожителем, сосланным в мир смертных прямо из облаков.
В его облике сквозило некое изящество и свобода.
Вернувшись с фонарем в руках, Янь Шан закрыл дверь и, обернувшись, встретился взглядом с Му Ваньяо. Он слегка улыбнулся, на его лице еще виднелись капли воды, а на ресницах осела влажная дымка.
Ноги Му Ваньяо словно приросли к полу, и желание уходить пропало — такой красивый юноша. Как можно было от него отказаться?
Поколебавшись, Му Ваньяо решила испытать Янь Шана.
Пока он в нерешительности стоял у порога, она с сияющей улыбкой подошла к нему и, взяв под руку, потянула внутрь. Слегка сощурившись, она с притворным упреком проговорила:
— И не подумала бы, что такой человек, как ты, может быть столь нетерпелив, словно обезьяна. Ох уж эти мужчины, хе-хе.
Янь Шан: «…»
Он позволил Му Ваньяо усадить себя. Чувствуя неловкость и слыша ее насмешливый тон — она будто выказывала пренебрежение к истинной мужской натуре — он не удержался и попытался оправдаться:
— Я поспешил назад лишь потому, что счел неправильным оставлять Дянься одну в комнате, а вовсе не по какой-то другой причине.
Му Ваньяо бросила на него взгляд:
— Неужели ты вернулся не для того, чтобы отправиться со мной в постель?
Янь Шану нечего было возразить.
Му Ваньяо сквозь ткань одежды ткнула пальцем в его руку:
— Если это так, не отрицай свое влечение. Кто там говорил, что в его помыслах нет чистоты?
Янь Шан поджал губы и промолчал.
Не то чтобы он отрицал это. Просто порой он не знал, как вести себя с ней.
Как, например, сейчас…
Однако в этот момент у Му Ваньяо были свои тайные замыслы. Ей не нужно было, чтобы Янь Шан искал тему для разговора — она сама придвинулась к нему и заговорила.
Усадив его рядом с собой и положив руку ему на колено, она прильнула к его напряженному плечу и произнесла, словно ведя праздную беседу:
— Сегодня, когда хуаншу прислал водяные лилии, я встретила в Дунгуне Гугу.
Великая принцесса Лулин.
Янь Шан слегка приподнял веки и посмотрел на нее.
Му Ваньяо хихикнула:
— Все из-за того, что в Дунгуне решили построить сад для Фухуана, но денег не хватило, и они снова потребовали их у Гугу. Гугу очень рассердилась. Редкий случай — воспользовавшись тем, что пришла во дворец навестить моего Фухуана, она отправилась в Дунгун и устроила там скандал.
Янь Шан едва заметно улыбнулся.
Он сказал:
— Ссора между великой принцессой Дянься и наследным принцем из Дунгуна не сулит ничего дурного. Пока они враждуют, никто не обвинит их в создании клики. Бися не станет подозревать великую принцессу, и ее положение останется прочным.
Му Ваньяо вздохнула:
— Но ведь Гугу снова придется скрепя сердце выложить огромную сумму! Я видела, в какой она ярости, она едва сдерживается. Боюсь, как бы она в один прекрасный день и вправду не вытерпела и не пошла жаловаться Фухуану…
Янь Шан тихо произнес:
— Не беспокойтесь, Фэн Сюн остановит ее и все объяснит. Фэн Сюн даст великой принцессе Дянься понять, что только проявив терпение сейчас, в будущем она получит возможность заявить о себе.
Услышав упоминание Фэн Сюна, Му Ваньяо на миг замерла, и лишь затем вспомнила, что он, должно быть, говорит о Фэн Сяньюе.
Му Ваньяо бросила на него короткий взгляд.
И сказала:
— А ведь Гугу сегодня приходила во дворец как раз за тем, чтобы просить Фухуана дать твоему Фэн Сюну чиновничью должность. К тому времени, как я узнала об этом, тот Фэн-лан уже получил место сяошулана.
- Обрести истинный плод (修成正果, xiū chéng zhèng guǒ) — достижение просветления в буддизме после долгих усилий; в переносном смысле означает успешное завершение дела, в частности, вступление в законный брак. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
