Великолепное длинное платье в красно-золотых тонах, расшитое цветными фениксами, распласталось по тюремной соломе. Из-под подола виднелись туфли, украшенные жемчугом. Именно этот расшитый жемчугом носок сейчас придавливал руку Янь Шана.
Янь Шан поднял голову и встретился с глазами Му Ваньяо, в которых застыла полуулыбка, не похожая на улыбку.
Янь Шан резко сел. Он находился в темнице, и на нем не было одежды узника — лишь чжунъи. К счастью, стояло лето, и было не слишком холодно.
Он сидел, прислонившись к стене, его длинные волосы слегка растрепались, и несколько прядей упали на лицо. Когда он смотрел на нее снизу вверх, в его глазах, подобных осколкам звезд в колышущейся воде, читалось нечто глубоко волнующее.
Она появилась так внезапно, словно видение, и Янь Шан на мгновение замер, не в силах понять: сон это или она действительно пришла навестить его.
Видя ее, столь же благородную и прекрасную, как и прежде, чувствуя на себе взгляд ее темных глаз из-под опущенных век… он ощутил, как в сердце вливается бесконечная нежность, смешанная с легкой обидой.
Сердце Янь Шана забилось, словно барабанный бой, и он прошептал:
— Дянь…
Му Ваньяо присела прямо перед ним, чтобы ему больше не пришлось смотреть на нее снизу вверх. Она поднесла палец к своим алым губам и тихо прошипела: «Тсс». Лунный свет из маленького окошка над головой падал на ее лицо.
Она была перед ним — и чистая, и чарующая; и безжалостная, и полная чувств.
Глаза Му Ваньяо были подобны весенним водам1, их взгляд медленно проникал в самое сердце Янь Шана:
— Не говори громко. Я пробралась сюда тайно и не хочу, чтобы об этом узнали. По идее, сейчас я должна находиться в летней резиденции и сопровождать моего Фухуана на отдыхе. Ради такого ничтожного человека, как ты, мне и вовсе не следовало бы удостаивать тебя взглядом.
Янь Шан пристально смотрел на нее.
В этот миг ее колкие слова убедили его: это не сон, она настоящая.
Он спросил:
— Тогда зачем же Вы пришли?
— Насладиться тем, насколько ты теперь невезуч, — ответила Му Ваньяо.
Она смотрела на него не мигая:
— Видеть второго молодого господина Яня в темнице — такое нечасто случается. Видеть тебя в неопрятном виде — большая редкость. Посмотреть на то, как ты унижен, как тебя допрашивают и стерегут, словно вора… это и впрямь редкое зрелище.
Янь Шан молчал.
Лишь спустя долгое время он тихо произнес:
— Значит, Вы не хотели видеть меня из-за того, что сердитесь? Вы недовольны тем, что я Вас не послушал?
Му Ваньяо холодно усмехнулась.
Она протянула свою ледяную руку и резко схватила его за подбородок, заставляя смотреть прямо на нее.
— Знаешь ли ты, что я почувствовала в тот день, когда услышала, что ты убил главу клана Чжэн? Будь ты тогда передо мной, я бы, не задумываясь, влепила тебе пощечину.
— …Значит ли это, Дянься, что сейчас Вы уже не хотите меня бить? — спросил Янь Шан.
Му Ваньяо посмотрела на него и вкрадчиво спросила:
— Ты ведь сделал это нарочно? Решил, что раз я тебя игнорирую, то нужно использовать такой способ, чтобы заставить меня взглянуть на тебя?
Янь Шан возразил:
— Неужели в глазах Дянься простые люди, которых притеснял род Чжэн, совсем ничего не значат? Вы и вправду думаете, что я просто капризничал, пытаясь досадить Вам?
— А разве ты не капризничал? — парировала Му Ваньяо.
Взгляд Янь Шана слегка дрогнул.
Му Ваньяо повторила:
— Разве ты не делал это мне назло?
Он сжал губы, не желая отвечать.
Му Ваньяо рассмеялась. Она придвинулась почти вплотную, так что он замер, прижавшись к стене и не смея шелохнуться.
Она шептала ему прямо в лицо, пристально изучая его:
— Значит, Янь Шан, ты все же не столь бескорыстен. Ты злишься, что я игнорировала тебя, злишься, что я развернулась и ушла, злишься, что не читала твои письма… Ты одновременно хотел и за народ заступиться, и слегка отомстить мне, заставив меня следовать твоему ритму… Ты все просчитал, и после этого еще считаешь, что я была неправа, не желая с тобой знаться все эти дни?
Ее дыхание касалось его кожи, принося с собой тонкий аромат.
Лицо его уже пылало, а пальцы в рукавах судорожно сжались.
Однако он опустил глаза и произнес:
— Раз Вы сердитесь, тем более должны были прийти, потребовать объяснений или отругать меня.
Му Ваньяо посмотрела на него и загадочно усмехнулась:
— Сначала я так и думала, но решила не потакать твоим желаниям. Ты хотел видеть меня — и именно поэтому я не приходила. Что ты мог мне сделать?
Он внезапно поднял глаза, и в них промелькнул гнев, который он тут же постарался подавить.
Он глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться:
— Дянься…
Му Ваньяо перебила его:
— Я пришла этой ночью, чтобы наказать тебя.
Янь Шан вздрогнул и удивленно посмотрел на нее.
Она опустила взор, ее тонкие пальцы все еще поглаживали его подбородок. Она рассматривала его стройную шею, гладкую, словно нефрит, кожу под ней, переводя взгляд снова и снова.
Му Ваньяо улыбнулась:
— Янь Шан, ты просто напрашиваешься.
Янь Шан:
— …
Он впал в ступор, сомневаясь, не ослышался ли он. Му Ваньяо никак не могла сказать подобное. Несмотря на крутой нрав, она всегда оставалась спокойной и утонченной принцессой, как же она могла… Пока он пребывал в замешательстве, Му Ваньяо внезапно вскинула на него взгляд.
Она наклонилась и прильнула к его губам.
- Глаза, подобные весенним водам (目若春水, mù ruò chūn shuǐ) — китайская идиома, описывающая ясный и влажный взгляд, исполненный нежности и чувственности. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
