Прошло немало времени, прежде чем Му Ваньяо перестала жаловаться, и лишь тогда из-за ширмы донесся беспомощный голос:
— Как ты можешь так говорить? Цензора называют «малым господином», и это действительно та слава, которой заслуживает лишь чжуанъюань1 нынешней династии. Цзюй Юань по натуре человек тихий… но и это своего рода закалка. Раз уж стал чиновником, как можно бояться разговаривать с людьми? Это испытание, данное учителем.
Этот чистый, мягкий и глубокий голос, разумеется, принадлежал Янь Шану.
Под учителем он, конечно же, подразумевал господина Лю.
Му Ваньяо, подперев щеку ладонью, повернула голову и прищурилась, глядя на ширму. Сквозь неё виднелся его силуэт; он двигался неторопливо и обстоятельно — и до сих пор не закончил одеваться.
Янь Шан снова запнулся, а затем добавил:
— К тому же, почему эту должность, на которой только и делаешь, что наживаешь врагов, должен занимать именно я? Дянься жалеет Цзюй Юаня, а значит, считает… считает, что я это заслужил? Тебе всё равно, если я буду обижать людей?
Му Ваньяо вскинула брови и с полуулыбкой пристально посмотрела на ширму:
— Что такое? Неужели Янь-эр-лан ревнует? Я лишь рассуждаю по существу. Цзюй Юань не подходит для этой должности.
— Я непременно найду возможность поговорить с Цзюй Юанем, — медленно произнес Янь Шан. — Должность цензора… и впрямь дается ему нелегко.
— Вот именно, — с воодушевлением подхватила Му Ваньяо, — тебе стоит поучить его, как ладить с людьми. Как продать кого-нибудь так, чтобы он еще и радостно помогал тебе деньги пересчитывать… Ох, чем больше я говорю, тем больше убеждаюсь, что именно тебе следовало бы… Ладно, замолчу, а то ты снова расстроишься.
За ширмой воцарилась тишина.
Му Ваньяо начала терять терпение. Она постучала пальцами по столику:
— Ты скоро там? Сколько лет тебе нужно, чтобы надеть одно чиновничье платье? Если не справляешься, только скажи, я зайду и помогу тебе.
— Почти готово, почти готово, — поспешно отозвался Янь Шан.
Он явно засуетился, словно и вправду испугался, что она войдет.
Му Ваньяо отвернулась к окну, любуясь видом, и от скуки принялась вертеть стоявшую перед ней маленькую курильницу.
Спустя мгновение послышались шаги. Му Ваньяо небрежно обернулась и посмотрела на Янь Шана, вышедшего из-за ширмы в чиновничьем одеянии бирюзового цвета.
Завидев его неспешную походку и стройную фигуру, на которой зеленое платье сидело так изящно, словно он был нефритовым деревом на ветру… глаза Му Ваньяо засияли, будто в них зажглись звезды.
По обычаям империи Великая Вэй император не надевал на аудиенции драконье платье, и сановники тоже не носили чиновничьи одежды. А мелкие чины восьмого или девятого ранга, которым и вовсе не полагалось присутствовать при дворе, годами не имели привычки облачаться в официальную форму.
В эпоху Великой Вэй придворные надевали чиновничьи платья лишь в двух случаях:
Во-первых, во время великих жертвоприношений, торжественных церемоний или больших банкетов;
Во-вторых, если сановник намеревался совершить нечто значительное и желал предупредить остальных — например, принести протест ценою собственной жизни.
И хотя Янь Шан получил должность, поступил на службу в Секретариат и обзавелся несколькими комплектами формы, в обычных обстоятельствах он никогда бы их не надел, если только не собирался затеять смуту.
Однако Му Ваньяо это казалось в диковинку. Она, пожалуй, впервые видела перед собой живого чиновника восьмого ранга в полном облачении и чувствовала радость, словно своими глазами наблюдала за его восхождением.
К тому же Янь Шан был так хорош собой.
Му Ваньяо уговорила его во что бы то ни стало показаться ей в чиновничьем платье наедине.
Заметив, что Му Ваньяо не сводит с него глаз, Янь Шан опустил взор. Его бледное, словно белый нефрит, лицо слегка покраснело — он явно смутился под её прямым взглядом.
— Ну как, довольно? — спросил он.
— К чему такая спешка? — протянула Му Ваньяо. — Впрочем, в чиновничьем платье ты выглядишь так себе… Хм, мне всё же кажется, что без одежды ты смотришься куда лучше.
Янь Шан:
— …
Он покраснел еще сильнее и бросил на неё беспомощный взгляд.
Он уже собирался снять платье, но после слов Му Ваньяо это выглядело бы так, будто он спешит раздеться ради неё… Рука Янь Шана замерла на поясе в нерешительности.
В нём вновь заговорили повадки благородного цзюньцзы.
Му Ваньяо прыснула со смеху и резко встала, бросив курильницу на столике. Она подошла к нему, и в отличие от сомневающегося Янь Шана, уверенно обняла его за шею.
Она пошла вперед, сбросив расшитые жемчугом туфли и наступая босыми ногами на его обувь. Он оторопел и был вынужден отступить.
Пятясь таким образом, он ударился коленями о край кровати и повалился назад. Му Ваньяо, не переставая улыбаться, последовала за ним, опустилась на колени между его ног и посмотрела на него сверху вниз.
Она зацепила пальцем его воротник, и её глаза заискрились смехом:
— И чего ты вечно так суетишься? Ведешь себя так, будто мы замышляем нечто дурное.
— Дянься… это совсем нехорошо. Среди бела дня… — вымолвил Янь Шан.
— Я ведь не предаюсь разврату средь бела дня, так что же в этом плохого? — хмыкнула Му Ваньяо. — Что, мне теперь и поцеловать тебя нельзя?
- Чжуанъюань (状元, zhuàngyuán) — звание, присваиваемое кандидату, занявшему первое место на высшей ступени императорских государственных экзаменов кэцзюй. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
