Голос Му Ваньяо звучал неторопливо, с оттенком сожаления:
— О.
Янь Шишэн, видя, что, несмотря на все поднесённые им дары, она вовсе не собиралась выходить из повозки ради последней встречи, почувствовал на сердце горечь.
Раз принцесса не желала видеться напоследок, Янь Шишэну оставалось лишь беспомощно кивнуть Чуньхуа и собраться уходить. Но в этот миг изнутри повозки донёсся голос Му Ваньяо:
— Подойди ближе.
Янь Шишэн взглянул на Чуньхуа и сделал шаг к повозке.
В шуме мелкого дождя голос Му Ваньяо прозвучал почти соблазнительно:
— Ещё ближе.
Янь Шишэн уже стоял вплотную к повозке и был вынужден сложить зонт.
Му Ваньяо произнесла вновь:
— Поднимись в повозку.
Янь Шишэн помедлил, подобрал полы халата и ступил на подножку. Стоило ему наклониться, как плотно закрытая дверца с грохотом распахнулась изнутри. Он поднял глаза и на мгновение замер в оцепенении, а Му Ваньяо, ухватив его за запястье, втащила внутрь.
Служанки и стражники внизу переглянулись, видя, как дверца повозки снова захлопнулась.
Оказавшись внутри, Янь Шишэн пошатнулся и упал на мягкие подстилки. Прядь волос упала ему на щеку; он поднял голову, собираясь что-то сказать, но Му Ваньяо придвинулась, обняла его за шею и прильнула к его губам.
Глаза Янь Шишэна широко распахнулись, затылок ударился о стенку повозки. Он попытался отпрянуть, но Му Ваньяо последовала за ним, не давая ни единого шанса на отказ. Когда он приоткрыл рот, желая возразить, её глаза изогнулись в улыбке; воспользовавшись моментом, она коснулась кончиком носа его носа, дразня и сплетаясь с ним в поцелуе.
Тело Янь Шишэна словно онемело.
Он попытался оттолкнуть её, но она прошептала, едва касаясь его губ:
— Ты хочешь, чтобы все снаружи узнали, чем мы тут занимаемся?
От этих слов Янь Шишэн оцепенел ещё сильнее.
Прижавшись спиной к стенке, он слегка откинул голову, видя её густые чёрные ресницы и чувствуя её тепло. Аромат окутывал его, жар и нежность переплелись, и он нечаянно ударился локтем о перегородку.
Мелкий дождь, проникавший сквозь резное окно, казался то холодным, то обжигающим; расшитые подстилки под ним то кружились, то расстилались бесконечным ковром.
Ноющая боль в локте, туман, застилающий взор, трепет, рождающийся в глубине сердца, и порывы страсти, что прежде томились под толщей льда, а теперь с грохотом сбрасывали оковы…
Янь Шишэн не смел пошевелиться, не смел оттолкнуть её. Снаружи были служанки и стражники, он не мог позволить себе издать ни звука. Сдерживая дыхание, он чувствовал, как лицо заливает густая краска; их дыхание смешалось, а сердце болезненно и сладко кольнуло, будто от укуса насекомого.
На лбу выступил пот, у уголков глаз медленно расплылся румянец. Ощущение скованности и тайное наслаждение нахлынули одновременно; в этом столкновении льда и пламени было и постыдное, и упоительное.
Капля пота скатилась вниз. Не в силах более противиться, с затуманенным взором Янь Шишэн поднял руки и несмело обнял её за спину, желая ответить на ласку…
— Бам!
Янь Шишэна бесцеремонно вытолкнули из повозки, и лишь благодаря Фан Вэйши, подхватившему его внизу, он устоял на ногах.
Изнутри донёсся охрипший голос Му Ваньяо:
— Поехали.
Пелена дождя окутала город.
Янь Шишэн стоял под дождём, не замечая, как промокает одежда. Лишь Янь Сяочжоу, поднявшись на цыпочки, старался укрыть второго старшего брата зонтом. Янь Шишэн выглядел совершенно потерянным, подолгу всматриваясь в пелену дождя и удаляющуюся колонну повозок.
В памяти всплыло видение: вот она в самом начале сидит на низкой скамье у повозки, её алое платье стелется по земле, а она, прикрыв лицо веером из перьев, лукаво смотрит на него и улыбается.
И вновь перед глазами возник миг, когда она прижала его к стенке внутри повозки, так дерзко дразня его.
Процессия принцессы скрылась вдали. Чуньхуа, в шляпе-вэймао с вуалью, ехала верхом; она обернулась, бросив взгляд на провожающих. Их силуэты растворились в дожде. Лю Вэньцзи украдкой развернул записку, которую Чуньхуа успела сунуть ему в руки.
Там изящным почерком кайшу было выведено:
«Любите друг друга и не забывайте, всеми силами дорожите весенним цветением1».
Любите друг друга и не забывайте, всеми силами дорожите весенним цветением!
Примечание автора: Оригинальная строка звучит как «Стремитесь любить весеннее цветение и не забывайте часы радости». Поскольку это не совсем подходило к сюжету, я переделала её в «Любите друг друга и не забывайте, всеми силами дорожите весенним цветением». Запомните эти стихи, они пройдут через всё произведение от начала до конца!
- Всеми силами дорожите весенним цветением (努力爱春华, nǔlì ài chūnhuá) — поэтическая строка, где «весеннее цветение» (Чуньхуа) служит метафорой юности и одновременно содержит игру слов с именем служанки. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
