Юй Шуан редко видела Кан Луна таким. Раньше он всегда был обходительным и мягким, слова поперёк не скажет и руки не поднимет, его было трудно разозлить. Но сегодня всё было иначе. Чуньэр поздоровалась с дядя Кан и ушла в комнату — Юй Шуан наняла ей репетитора по английскому для дополнительных занятий на дому. Юй Шуан заварила Кан Луну чашку чая. Он не стал пить, просто сидел и читал книгу.
Пришла учительница, студентка. Чуньэр вышла её встречать, и девушка, посмотрев то на девочку, то на Кан Луна и Юй Шуан, с заискивающей улыбкой произнесла:
— Какой у вас папа молодой.
Юй Шуан неловко кивнула, не стала ничего объяснять и поскорее спровадила их в комнату заниматься.
Кан Лун так и не поднял головы.
— Что происходит? — Юй Шуан начала понемногу закипать. Её возмутило его невежливое поведение и отсутствие уважения к женщине.
Кан Лун отложил книгу и тяжело вздохнул.
— Тебя исключили из университета?
— Нет.
— Проект отобрали?
— Тебя побили?
— Почти.
— Что? — Юй Шуан изумилась. — Что это значит? Кто тебя побил?
— Мой де приехал, — с удручённым видом ответил Кан Лун.
О том, что приехал папа Кан, не знал никто, кроме Юань Кай. Кан Лун думал, что сам справится со стариком, но реальность преподнесла ему суровый урок. Он рос вдали от де, к тому же между ними стояла история с предательством де по отношению к мама. Кан Лун считал, что де в долгу перед мама, и в глубине души ненавидел его, хотя при посторонних никогда этого не показывал. Однако стоило им оказаться под одной крышей, как противоречия вспыхнули с новой силой. У них были разные привычки: Кан Лун привык ложиться поздно, а папа Кан непременно укладывался в половине десятого; когда на Кан Луна накатывал научный азарт, он целыми днями заказывал еду с доставкой, к которой папа Кан не привык, а когда Кан Лун хотел нанять помощницу по хозяйству, папа Кан и слышать об этом не желал, ворча, что сын просто бесится с жиру!
Но важнее всего было то, что они по-разному смотрели на историю семьи и не сходились во мнениях, особенно в оценке мама. Папа Кан считал, что мама Кан Луна была хорошей женщиной, но никудышной женой. Тут уж Кан Луна прорвало. Это было запретной темой! Никому не позволено её касаться! В итоге он выскочил за дверь. Лишь на улице он понял, что идти ему некуда, и решил прийти к Юй Шуан.
— Переночую у тебя, — сказал Кан Лун.
— Без проблем, — тут же согласилась Юй Шуан. — А в выходные сходим навестить твоего де.
— Да брось, он же загрызёт любого.
— Это тебя, а со мной он гарантированно будет сама вежливость, — самодовольно заявила Юй Шуан. — Я ведь теперь в статусе «невесты», в скобочках: свадьба через пятьдесят лет. — Юй Шуан сама рассмеялась своей шутке.
Кан Лун был категорически против. Но Юй Шуан была уверена в себе: она знала, что Кан Ба постоянно торопит сына с женитьбой, и если внезапно появится девушка, невеста — с хорошим образованием, благовоспитанная и приятная внешне, — неужели старик не сменит гнев на милость?
Юй Шуан оказалась права. Едва она появилась перед глазами папа Кан и представилась, как лицо сурового старика тут же озарилось улыбкой.
Он стал добрым, словно Будда Милэ. Папа Кан перевёл взгляд на Чуньэр.
Юй Шуан поспешила объяснить:
— Это моя племянница.
Папа Кан взял личико Чуньэр в ладони:
— Какая прелесть.
С этими словами он полез за деньгами, но Юй Шуан принялась отказываться. Однако папа Кан настоял — он старший, ему положено.
За обедом Юй Шуан показалось, что тот папа Кан Луна, которого она видела перед собой, и тот, о ком рассказывал Кан Лун, — два совершенно разных человека. В её глазах папа Кан Луна был очень аккуратным, волосок к волоску, преисполненным достоинства, но при этом добрым и умеющим уважать женщин. Она много лет не чувствовала отцовской заботы, и председатель Кан (раньше он был председателем профсоюза) оказался именно таким, каким она представляла идеального отца.
Председатель Кан тоже остался доволен Юй Шуан. Он счёл её открытой и щедрой, не чета тем девицам, что вечно мнутся и жеманничают. Она оправдывала своё имя — была прямой и искренней. В этом вопросе сын и отец, по чистой случайности, пришли к согласию.
Председатель Кан прямо сказал:
— Кан Лун, тебе до Сяо Шуан как до луны.
Каждое его слово было на вес золота и не подлежало сомнению.
Юй Шуан замахала руками, призывая его перестать, а Чуньэр лишь хитро улыбалась.
Кан Лун почувствовал себя уязвлённым.
— Когда планируете играть свадьбу? — спросил председатель Кан низким голосом, тоном главы семейства.
Юй Шуан, решив подшутить и поставить Кан Луна в тупик, ответила:
— Я-то не против, всё от А-Лун зависит.
Председатель Кан тут же переменился в лице, глядя на сына:
— Ты ещё сомневаешься? Такую прекрасную девушку даже дома под замком держать страшно — вдруг улетит!
Кхм-кхм. Ну и сравнения. Под замком. У Юй Шуан мурашки пробежали по коже — правильно она делает, что не выходит замуж.
То, что задумывалось как общий заговор, теперь легло на плечи одного Кан Луна. Юй Шуан нанесла упреждающий удар, и ему ничего не оставалось, кроме как принять вину на себя.
— Знаю, — коротко бросил он, не вступая в пререкания.
Председатель Кан отвесил сыну щелбан по затылку:
— Совсем голова не варит, одних щелбанов и наелся.
Спустя некоторое время Юй Шуан перевела разговор на вопрос жилья. Председатель Кан тут же заявил, что с сыном ужиться не сможет. Юй Шуан, желая отплатить добром за добро, принялась мягко убеждать его:
— Дядя, я на это смотрю так: пожилым людям с детьми жить вместе никак нельзя. Привычки разные, взгляды на вещи тоже. Были родными людьми, а станут врагами.
Председатель Кан был полностью с этим согласен. Кан Лун, видя, что Юй Шуан снова что-то затевает, хотел её прервать, но было уже поздно.
— Дядя, послушайте, есть такое предложение, — продолжала Юй Шуан. — Снимать отдельное жильё нет смысла. Пусть Кан Лун остаётся в той квартире, а вы переезжайте ко мне. У меня есть свободная комната. Будете как жилец, денег за аренду я не возьму. К тому же, когда в доме люди, оно как-то живее. Пожилым людям одиночество противопоказано, от него и до слабоумия недалеко.
Кан Лун попытался вмешаться, но председатель Кан опередил его, заявив, что это отличное предложение, но с одним условием: он обязан платить за аренду.
Юй Шуан твёрдо решила отблагодарить за услугу, и никто не мог ей помешать, тем более что с председателем Кан они поладили. Она всё продумала: из трёх комнат отдаст ему ту, что ближе к выходу, в гостиной поставит раздвижную дверь, женщины будут жить в глубине. В доме два туалета, так что мешать друг другу они не будут. Поживёт какое-то время, а когда старику надоест большой город или он решит снова жениться, то сам съедет. И тогда её долг перед Кан Луном будет погашен. На душе станет спокойнее. Справедливость, во всём должна быть справедливость.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
