До этого Юй Шуан никогда не считала, что возраст — это проблема, но теперь вопрос возраста со всей очевидностью предстал перед ней. Юй Шуан чувствовала, что не может связывать Кан Луна по рукам и ногам из-за этого. Судя по всему, он очень хотел детей, но что, если она не сможет родить? Женитьба — дело десятое, а вот если детей нет, значит, их нет.
Можно родить ребёнка, не выходя замуж, а можно выйти замуж и всё равно не суметь родить! Юй Шуан тосковала. Дома всё ещё стояли детская коляска, кроватка, лежали маленькие ветряки и колокольчики. Юй Шуан было больно на это смотреть, поэтому она вызвала клинера и всё быстро убрала.
В выходные должен был прийти Кан Лун. Была уже середина утра, а Юй Шуан ещё не встала с постели. После того как случился выкидыш, её образ жизни стал в какой-то мере упадочническим. У двери послышался шум. Юй Шуан окликнула вошедшего.
— Сяо Шуан! — голос был громче, чем у Кан Луна. Юй Шуан поспешно накинула одежду и вышла посмотреть. Это пришёл председатель Кан, в руках он держал пакет с мушмулой.
— Слышал, ты неважно себя чувствуешь, пришёл тебя навестить.
Юй Шуан смутилась.
— Да нет… ничего такого… — она не знала, что ответить. Первой мыслью было: неужели Кан Лун проговорился? Иначе откуда старику знать.
— В последнее время простуда разгулялась не на шутку, — добавил он.
У Юй Шуан отлегло от сердца. «Молодец, сообразил. Придумал простуду».
Юй Шуан поспешно с улыбкой взяла мушмулу и притворно чихнула:
— Председатель Кан, держитесь от меня подальше, не дай бог заразитесь.
— Ничего, я не боюсь, мне теперь никакие болезни не страшны, — усмехнулся председатель Кан. Заварив чай, Юй Шуан только тогда внимательно присмотрелась к папе Кан Луна. Они не виделись какое-то время, и было заметно, что он похудел, щёки ввалились.
— Всё ещё один живёте? — спросила Юй Шуан.
— Есть домработница.
— В последнее время много дел, да и здоровье подводит. Я несколько раз говорила Кан Луну, что хочу забрать вас к нам пожить, — мягко сказала Юй Шуан.
Она действительно переживала.
— И на том спасибо.
Разговор на этом словно зашёл в тупик. Юй Шуан слишком о многом не могла рассказать: беременность, выкидыш — жизнь будто проехалась по ней катком, и теперь она была другим человеком.
Председатель Кан тоже выглядел так, будто хотел что-то сказать, но не решался.
Наступило долгое молчание.
Внезапно председатель Кан произнёс:
— Это всё тот паршивец виноват!
Сказано было ни с того ни с сего — кто виноват, в чём виноват?
— Председатель, вы о ком?
Председатель Кан отчеканил каждое слово:
— Он дома несколько раз говорил, что сделает тебе предложение. Сделал?
Юй Шуан смущённо развела руками:
— Нет.
— Он говорил, что без тебя жить не может, что сделает предложение, и я его подбадривал. Если ты не соглашаешься, значит, считаешь, что размах не тот или искренности мало, — председатель Кан вдруг перешёл на шёпот. — Тот парень на язык туговат, но душа у него простая. Если у тебя есть какие-то требования, скажи председателю Кану, постараюсь всё исполнить.
— Председатель… может, возникло какое-то недоразумение?..
— Никаких недоразумений, я тебя знаю, девочка, ты слишком застенчивая.
— Председатель… всё не так… я понимаю ваши намерения, — Юй Шуан наконец поняла, зачем он пришёл. Но она не понимала, почему председатель Кан постоянно всеми правдами и неправдами торопит их со свадьбой. Тут явно крылась какая-то причина. Она подумала: а вдруг Кан Лун рассказал отцу про выкидыш, и председатель Кан просто притворяется, что не знает? Пришёл подгонять со свадьбой, чтобы сохранить ей лицо, дать возможность выйти из ситуации красиво, а на самом деле просто жалеет её… Нет-нет-нет, она, Юй Шуан, такой жалости не вынесет. — Я не могу вас обманывать, скажу честно: я не могу быть обузой для Кан Луна, я не могу выйти за него замуж.
— Почему? — прямо спросил председатель Кан.
— Проблема во мне.
— Сяо Шуан, ты хорошая девушка. Если тот паршивец в чём-то не прав, председатель Кан с ним разберётся.
— Я знаю… я понимаю… дядя… я…
— Я ему сейчас позвоню! — вскипел председатель Кан и вытащил телефон.
— Не звоните! — Юй Шуан была на грани срыва.
Председатель Кан смотрел на неё. Он не понимал, почему Юй Шуан так упорствует. Почему не уступает. Что такого в том, чтобы просто пожениться? Он сам был женат дважды и всё ещё не разуверился в браке.
— Проблема правда во мне… — снова сказала Юй Шуан.
— Да в чём же дело? — раздражённо спросил председатель Кан.
— Я, возможно… не смогу иметь детей, — Юй Шуан не смотрела на него, стиснув зубы. Боль была такой, словно по ней ударили топором, разрубив сердце надвое.
Председатель Кан опешил на несколько секунд, но тут же произнёс:
— Не сможешь, так не сможешь… Сейчас же есть эти… как их… динки…
Юй Шуан всхлипнула:
— Не нужно меня утешать… это несправедливо по отношению к Кан Луну… Не хотеть рожать и не иметь возможности — это разные вещи… Не хотеть — значит иметь такую способность, но отказываться… А не иметь возможности — значит быть лишённой этой способности!.. Я не могу позволить Кан Луну связать жизнь с неполноценной женщиной… Я сама не смогу с этим жить… Это несправедливо, несправедливо…
К чёрту эту справедливость!
Председатель Кан на мгновение растерялся, но через некоторое время подошёл и похлопал Юй Шуан по плечу, говоря, что всё в порядке, ничего страшного, он не возражает, пусть женятся, он сам всё устроит… Юй Шуан глубоко вздохнула:
— В том, чтобы не выходить замуж, нет ничего такого, но без детей жизнь теряет всякий смысл. Скажите сами, зачем мужчине и женщине быть вместе, если не ради детей? Так устроена биология, так всё передаётся по наследству, так было тысячи лет… Председатель… не уговаривайте меня… я не смогу переступить через себя… я не могу выйти замуж…
Председатель Кан остолбенел.
Они просто стояли в гостиной.
В этот момент вошёл Кан Лун. Увидев эту картину, он позвал отца. Юй Шуан, понурив голову, ушла к себе в комнату.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
