Здоровяки, опасаясь привлечь внимание пронзительным криком, на мгновение замерли. Ли Жэньмэй сделала несколько шагов вперёд. Двое поваров — пожилая женщина и молодой парень — выбежали из кухни, сжимая в руках кухонные ножи.
Юй Цзя поднялась и вклинилась между ними:
— Всем не с места!
Юй Жуй достала телефон, собираясь набрать номер. Юй Цзя тут же перехватила её руку:
— Не звони!
Ли Жэньмэй с ненавистью бросила Юй Цзя:
— Понимаешь, в чём твоя вина?
— Мэймэй, нельзя же быть настолько безрассудной… — печально и протяжно проговорила Юй Цзя.
Ли Жэньмэй отрезала:
— Безрассудной? Хочешь по-хорошему, хочешь по-плохому — я ко всему готова. Ты опорочила имя моего брата, так что и десяти разгромов тебе будет мало!
Юй Жуй хотела было вступить в спор, но Юй Цзя удержала её. Без тени страха она подошла к Ли Жэньмэй:
— Мэймэй, при жизни твоего брата я была его женой, и остаюсь ею после его смерти. Во всём я руководствовалась одним принципом: утаивать зло и превозносить добро.
Ли Жэньмэй презрительно усмехнулась:
— Доносы и жалобы — это и есть твоё «утаивание зла»?
— Перед организацией я не могу лгать! — ответила Юй Цзя. — Ещё при жизни твой брат предложил мне развод. Завёл он кого-то или нет, что там вообще происходило — я не знала и знать не желаю. Даже если у него кто-то и был, и организация сочтёт это серьёзным проступком, я не стану сводить счёты. Человек умер — свеча погасла, какой смысл злиться на покойника? Что касается окончательного вердикта — перевешивают ли заслуги ошибки или наоборот, — решать не мне. Это решит история. Мэймэй, я думаю, ты здравомыслящий человек. Мы обе женщины. Я не хочу изливать тебе душу и жаловаться на свои страдания, я лишь хочу, чтобы ты знала правду и сама для себя взвесила, где истина, а где ложь, где подвиги, а где проступки! Я открыла это заведение не только ради себя, но и ради Сысы. Она скоро возвращается в страну. Я хочу, чтобы в будущем у неё была хоть какая-то опора!
Пока Юй Цзя говорила, Юй Жуй быстро строчила сообщение.
Едва та закончила, в дверях появился Бай Юанькай с тремя людьми, готовый к «силовому противостоянию». Юй Цзя взглянула на Юй Жуй и поняла, что это она их вызвала. Испугавшись, что завяжется настоящая драка и дело примет скверный оборот, она крикнула:
— Бай! Уходи!
Юанькай замер в нерешительности. Ли Жэньмэй холодно усмехнулась:
— Вот как, значит, подмогу позвала? Хе-хе, я и одна троих уложу! — Судя по всему, она занималась саньда.
— Какое совпадение, а я один пятерых уложу, на двоих больше, чем ты, — не терял чувства юмора Юанькай.
Юй Цзя прикрикнула:
— Это наше семейное дело! Уходи!
Юанькай не двинулся с места, продолжая противостояние с Ли Жэньмэй и её людьми.
— В компании ещё народ остался, — прибегнул к психологической атаке Бай Юанькай.
— Вечно ты лезешь! Смелый, значит? — бросила Ли Жэньмэй. Затем скомандовала своим отходить и быстро ушла. В то же мгновение Юй Цзя почувствовала, как всё её тело обмякло, и она бессильно опустилась на стул. Повара отложили ножи.
Юй Жуй сплюнула в сторону двери:
— Семейка бандитов!
Юй Цзя одновременно злилась, стыдилась и чувствовала невыносимую боль. Это заведение она создавала с таким трудом, а теперь оно разгромлено, и на восстановление уйдёт немало времени. Юй Жуй — сестра, с ней всё понятно. Но Сяо Бай уже во второй раз видит весь этот позор, связанный с семьёй её бывшего мужа. Невежественная, дерзкая и грубая мэймэй, пришедшая громить лавку, — это казалось чем-то из ряда вон выходящим.
Она немного злилась на Юй Жуй за то, что та позвала Сяо Бая. Бай Юанькай, Юй Жуй и повара принялись поднимать стулья, собирать разбросанные по полу зубочистки, солонки, осколки бутылок из-под уксуса и соевого соуса, расставляя всё по местам. Бай и Жуй хотели утешить Юй Цзя, но она лишь отмахнулась:
— Уходите все.
Бай Юанькай хотел было расспросить её подробнее, но Юй Цзя твёрдо повторила:
— Всем уйти.
Она сама разберётся с этим хаосом.
Юй Жуй и Юанькай переглянулись и, не видя другого выхода, направились к выходу. Зазвонил телефон Юй Цзя. Посмотрев на номер, она увидела, что это Юй Мэн. Едва слышным, изнурённым голосом она ответила на звонок, но услышала в трубке дрожащий, тихий шёпот. Юй Цзя сразу уловила суть. Она вскочила и подбежала к дверям:
— Стойте! — окликнула она Юанькая и Юй Жуй.
Ситуация была критической. Юй Цзя совершенно растерялась; за всю свою жизнь она никогда не сталкивалась с подобным. Погром, устроенный Ли Жэньмэй, по сравнению с тем, что случилось с Юй Мэн, мерк на фоне. Бай Юанькай и Юй Жуй вернулись.
Запинаясь и путаясь в словах, Юй Цзя объяснила, в чём дело. Несмотря на сумбур, суть была ясна. Юй Жуй тоже оцепенела от шока. Бай Юанькай, стиснув зубы, предложил:
— Может, мне поехать туда?
— Нет! Тебе нельзя! — инстинктивно выкрикнула Юй Цзя. Она не могла позволить Сяо Баю так рисковать. Но Юй Мэн была в смертельной опасности, её жизнь висела на волоске. Что делать? Что же делать?! Юй Жуй от волнения часто замигала, а Бай Юанькай листал контакты в телефоне, пытаясь найти того, кто мог бы помочь.
— Нужно связаться с посольством, — сказал он.
Это был выход, но времени могло не хватить. У Юй Цзя бешено застучало в висках. Она глубоко вздохнула и снова взяла телефон. Теперь, когда всё зашло так далеко, она считала, что этот человек имеет право знать о том, в какой беде оказалась Мэн.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
