— Безопасно, — Юй Мэн довольно помахала ложкой.
— А вкус ты чувствуешь? — во второй раз заметил Кан Лун. — Вкусовые сосочки-то на языке.
Юй Мэн опешила. Юй Шуан сердито уставилась на него. Кан Лун, словно за листом не видя леса, продолжал свои разглагольствования: — К тому же это не совсем элегантно, рот получается какой-то… большой.
Последняя фраза окончательно лишила Юй Мэн дара речи. С малых лет все вокруг только и твердили, что у неё, Юй Мэн, ротик вишенкой, а в устах этого мужчины он вдруг превратился в огромную пасть. Непостижимо! Какая наглость! Доктор наук — это вам не шутки, хм, «божественный ветрогон — звук необычайный».
Юй Шуан, видя, что Мэн-цзецзе не в духе, прикрикнула на Кан Луна: — Да что ты смыслишь в красоте! — Юй Жуй вернулась на своё место. Кан Лун стоически всё выслушал и с тем же лицом продолжил есть и пить.
— Естественность — это и есть красота, тебе так лучше всего, — сказал он.
Юй Шуан хотела было возразить, но Юй Мэн её перебила: — Ладно, давайте обедать.
Начало не задалось. Четверо сидящих за столом не знали, о чём говорить. Даже Юй Мэн и Юй Жуй, искушённые в общении, чувствовали, что с таким мужчиной, как Кан Лун, каши не сваришь — он был словно цветок в колючем кустарнике, к которому не подступиться.
Юй Мэн попыталась его разговорить: — Как тебе наша Шуан?
— Вполне неплохо, — ответил он. — Мне она нравится.
Юй Шуан стало немного неловко. Её редко хвалили в лицо. Последний раз это случилось, когда она заключила крупную сделку на Хайнане, и начальник похвалил её за то, что она впахивает упорнее любого мужчины.
— А что именно тебе в ней нравится? — Юй Мэн во что бы то ни стало хотела докопаться до сути.
— Цзецзе! — кокетливо возмутилась Юй Шуан. Юй Жуй продолжала улыбаться. Без помады она выглядела бледной.
— Она довольно… — он раздумывал пару секунд, — жёсткая.
Ого! Ну и словечко подобрал.
— Жёсткая? — переспросила Юй Мэн.
Юй Шуан это пришлось не по вкусу, хотя она и впрямь была твёрдой, как кремень, с головы до пят.
— Прямолинейная, — поправился он.
Вроде бы стало полегче.
— Бойкая, решительная, открытая, — продолжал он описывать её, — в ней нет того жеманства, что присуще обычным женщинам. — Он отделил её от «обычных женщин». Юй Шуан осталась довольна. Мэн и Жуй не придали этому значения. Закончив с супом, принялись за еду. Юй Мэн и Юй Жуй больше не затевали разговоров, в гостиной раздавался лишь голос диктора новостей из телевизора.
Юй Мэн казалось, что Кан Лун — это просто кусок необработанного железа, который без закалки в пламени самáдхи истинной женщины никогда не станет ценным клинком. Он был как блюдо, приготовленное на пару: пресно и всегда один и тот же вкус. Не то чтобы в нём не было мужественности — была, но слишком уж однообразная. Никакого шарма. По совпадению, в Юй Шуан его тоже не было. Как говорится, «черепаха глядит на боб — приглянулся лоб в лоб», может, и сладят.
Пообедав, Юй Жуй спросила, убирать ли со стола. Юй Мэн решила, что Цзя-цзецзе и Юань Кай вряд ли станут есть, когда придут, так что велела всё убрать. Заварили чай. От скуки решили сыграть в маджонг. Кан Лун заранее предупредил, что не умеет.
— Доктор наук, а в маджонг играть не умеешь, — фыркнула Юй Шуан.
— Правила поймёшь — и сможешь, — сказала Юй Мэн.
Кан Лун нехотя согласился.
Едва сыграли круг, как одновременно пришли Бай Юанькай и Юй Цзя. В дверях они вежливо уступали друг другу дорогу. Юань Кай узнал Юй Цзя, а она его не помнила.
— Ты — Юй Цзя, — с улыбкой сказал Юань Кай.
— А ты?..
— Бай Юанькай.
Всё сошлось. Имя-то знаменитое.
— В день похорон ты принимал подношения у входа.
— Слышала о тебе от Сяо Шуан, ты молодой и перспективный.
Юань Кай без лишней скромности принял похвалу и слегка кивнул.
Четвёрка за столом была поглощена игрой, им было не до гостей. Но с приходом Бай Юанькая Юй Жуй вдруг поняла, что её макияж «поплыл». Она всеми силами уговорила Юй Цзя подменить её, сославшись на то, что ей нужно в уборную, чтобы тайком подкраситься.
— Я правда не умею, — Юй Цзя не лгала.
— Пусть Бай-гэгэ тебе подскажет, — сказала Юй Жуй.
— Я тоже не особо разбираюсь, — Бай Юанькай стоял рядом.
— Специалист по большим данным — и не умеет в маджонг? — Юй Мэн не поверила.
Юй Цзя хотела уступить место Юань Каю, но он предпочёл остаться у неё за спиной. Раз не хватало одного игрока, пришлось выручать. Юй Шуан очень серьёзно относилась к выигрышу, и во время игры вид у неё был такой, словно она столкнулась с грозным врагом. Выигрывая, она ликовала, а проигрывая — громко сетовала. Кан Лун же сохранял полное спокойствие: победы и поражения никак не отражались на его лице. Деньги на столе переходили из рук в руки, но его это словно вовсе не касалось.
Юй Цзя вытянула «семёрку бамбуков». У неё уже была собранная последовательность из пяти, шести и семи. Лишняя кость была не нужна. Юй Цзя собралась её сбросить, нежно сжимая тонкими пальцами и колеблясь.
— Ходи! — поторопила Юй Мэн.
Юань Кай окинул взглядом стол и придержал её руку. Его пальцы коснулись её ладони, они были чуть прохладными. Он взял на себя смелость разбить пару «северных ветров». Юй Цзя не стала спорить, лишь оглянулась на него. Юань Кай улыбнулся.
«Поверю ему разок», — подумала Юй Цзя. Прошло ещё два круга, выпала «четвёрка бамбуков», и Юй Цзя внезапно оказалась в шаге от победы. Ей нужна была четвёрка или семёрка. Юй Мэн, так и не дождавшись своей семёрки, была вынуждена сбросить четвёрку. Как только кость легла на стол, Юй Цзя объявила о победе.
Юй Мэн запричитала: — Ой, Сяо Бай использует против нас свои алгоритмы, нечестно, совсем нечестно!
Бай Юанькай лишь усмехнулся, промолчав.
Вернулась Юй Жуй — с подкрашенными губами и припудренным лицом, она прямо-таки сияла. Юй Шуан и Кан Лун были так заняты игрой, что ничего не заметили. Лишь Юй Мэн, умудрявшаяся следить за всем сразу, приметила перемену. Юй Жуй увидела, что Юань Кай «курирует» игру, и снова захотела вступить в бой. Юй Цзя, которая и так не жаловала азартные игры, поспешно уступила место и села позади.
Юань Кай сел рядом с ней, и Юй Жуй вдруг почувствовала уверенность, играя с большим азартом. Она то и дело украдкой поглядывала на Юань Кая, и на душе у неё было радостно. Первый раунд выиграла Юй Мэн. Следом по разу победили Юй Шуан и Кан Лун. Юй Жуй очень хотелось показать класс перед Юань Каем, но от спешки игра не шла, и до победы было как до небес. Удивительно, но стоило Юй Жуй сесть за стол, как Бай Юанькай перестал подсказывать и не проронил ни слова. Кан Лун несколько раз подряд сам вытянул нужные кости, побеждая тихо и незаметно. Ну и хладнокровный убийца!
Кошелёк Юй Жуй опустел, а на лбу выступила испарина. Оглянувшись, она увидела, что Юй Цзя и Бай Юанькая уже нет за её спиной. Они сидели перед телевизором и, не обращая внимания на окружающих, тихо переговаривались.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
