На встречу пришлось взять с собой вантузы — Сысы сопровождала маму, а Юй Цзя должна была исполнить «обещание». Просто нести такую вещь на ужин было крайне неловко, поэтому Юй Цзя тщательно упаковала их в обёрточную бумагу и положила в два приличных пластиковых пакета.
С виду это напоминало подарки.
Сысы, разгадав мысли мамы, произнесла:
— Теперь и сама понимаешь, как это неуместно.
Юй Цзя легонько похлопала дочь:
— Там поменьше болтай и побольше ешь.
Когда они прибыли, остальные трое уже ждали. Увидев подарки, Юй Жуй поспешила их забрать. Юй Цзя распределила: один — Шуан, другой — Жуй. Мэн-цзе спросила, почему ей ничего не досталось. Юй Цзя смогла лишь ответить: «Тебе не нужно». Юй Шуан собралась было вскрыть упаковку, но Юй Цзя поспешно добавила: «Сделаешь это дома».
Все были в сборе. Начали трапезу, однако за столом сидело пять человек. Мэн-цзе и Юй Жуй сейчас обе состояли в отношениях, поэтому им приходилось следить за фигурой и постоянно твердить о диете. У Юй Цзя из-за размолвки с Лижэнем не было ни настроения, ни аппетита. Сысы и так ела мало, а повзрослев, тоже начала заботиться о красоте — обычно она урезала порции, а за ужином и вовсе старалась съесть как можно меньше, ведь от переедания голова становилась тяжёлой, что мешало учёбе.
В итоге за всем столом лишь Юй Шуан уплетала еду за обе щеки.
Спустя некоторое время Сысы закончила есть и ушла первой — нельзя было пропускать урок английского.
Юй Шуан ещё не отложила палочки. Мэн-цзе, зная прямолинейность Шуан, решила её подзадорить:
— Как там у тебя с тем доктором-каштаном?
Юй Шуан ответила:
— Остались друзьями.
— Что это значит? — Юй Цзя тоже стало любопытно.
— Я сейчас не хочу замуж, так что пока просто общаемся. Он согласен.
Мэн-цзе изумилась:
— А ты дерзкая!
Юй Цзя усмехнулась:
— Обычно это мужчины не хотят жениться, а женщины их подгоняют, а у тебя всё наоборот.
Юй Жуй молчала. Она понимала Юй Шуан: у той хорошая работа, есть имущество, образование и отличная внешность, а значит, есть ресурсы, чтобы «тянуть время» и привередничать. Нынешние мужчины тоже предпочитают исходить из практических соображений: ищут в жёны тех, у кого есть деньги и кто не станет обузой, чтобы жизнь была лёгкой и не пришлось пахать лишние годы.
А когда они стареют и встают на ноги, то либо разводятся, либо заводят любовниц — это ошибка, которую мужчины совершают сплошь и рядом.
Конечно, бывают и те, кто верен до могилы. Но их мало.
У Мэн-цзе когда-то была теория, которую она часто проповедовала перед сёстрами: «Красавцы гуляют, и уроды гуляют — так уж лучше выбирать красавца. А то проснёшься ночью, включишь свет, увидишь рядом свиное рыло и думаешь: зачем мне это?»
И правда, обладая такой красотой, как у Мэн-цзе, в молодости можно было «совершать бесчинства, полагаясь на внешность». Луань Чэнъюнь, которого она выбрала, пусть и темноват кожей, и глаза у него узковаты, сейчас стал на редкость харизматичным мужчиной. Впрочем, даже теперь, когда молодость Мэн-цзе клонится к закату, она, похоже, всё так же выбирает среди пятидесятилетних тех, кто выглядит прилично. Чтобы мужчина в таком возрасте казался приятным, ему необходима «поддержка» в виде успеха.
Некоторые симпатичные мужчины, не добившись признания, к пятидесяти годам выглядят жалко — дело даже не в животе или лысине, они проигрывают прежде всего в энергетике. А другие, чья внешность в юности была заурядной или даже невзрачной, благодаря успеху, деньгам, власти и работе над собой (фитнес, гольф, каллиграфия, походы в горы и прочее), обретают особое обаяние зрелого мужчины, способного управлять ситуацией и всегда добиваться своего.
Юй Жуй уже обжигалась, поэтому не решалась снова связываться с мужчинами такого возраста. Добившиеся успеха мужчины в эти годы — это люди, прошедшие сквозь огонь и воду, каждый из них обладает «тысячелетним опытом». Обычной женщине с ними не сладить. Пожалуй, только кто-то уровня Мэн-цзе мог бы попробовать.
Юй Жуй погрузилась в свои мысли. Мэн-цзе хлопнула её по плечу:
— Спрашиваю тебя, чего застыла?
Юй Жуй спохватилась:
— О чём ты?
Юй Цзя спросила:
— Какие планы на Новый год?
— Буду здесь, ко мне приедет мэймэй, — ответила Юй Жуй. Её младшая сестра Юй Ци ещё училась. Она тоже была маленькой красавицей. Юй Цзя заметила, что это хороший вариант, и спросила Юй Шуан.
Шуан ответила:
— Возможно, поеду к диди.
У её младшего брата Юй Цина была большая семья.
Мэн-цзе спросила:
— Кан Лун поедет?
Юй Шуан ответила:
— Зачем ему ехать? У него есть отец.
Зазвонил телефон. Мэн-цзе отошла в сторону, чтобы ответить. Тема оборвалась. Юй Цзя не стала расспрашивать дальше, боясь снова задеть больную тему Юй Шуан. Мать Юй Шуан умерла, семья распалась, и в Новый год Юй Шуан даже некуда было податься. Поездка к диди — это так, просто навестить, ведь он остался её единственным близким родственником. Но все знали, каково положение у Юй Цина: жена, сын, дочь и двое стариков — он один кормил пятерых. Давление было колоссальное. Юй Цзя полагала, что Шуан, возможно, и думала пригласить диди в мегаполис на праздники, но что потом? Все сядут ей на шею? Не говоря уже о прочем: стоит младшей невестке увидеть огромную квартиру Шуан, она наверняка на неё позарится. Зачем жилью пустовать?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
