Рядом четыре помощницы в семь ртов и восемь языков требовали от двух бортпроводниц пересадить их на места, ближайшие к первому классу Мэн Ланьчжи.
Две бортпроводницы, сдерживая улыбку, говорили:
— Просим прощения, места распределяются случайным образом. Те четверо пассажиров не желают меняться местами, и мы не можем заставить их сделать это.
Одна из помощниц сказала:
— Так не пойдёт, наш босс торопится, ей нужно сделать процедуру ухода за руками и ногами в самолёте. Если вы не пересадите нас, тогда вы сами будете делать это нашему боссу?
Мэн Ланьчжи вовремя поправила солнцезащитные очки, выражая покровительство действиям помощницы.
Две бортпроводницы, сохраняя улыбку, ещё раз повторили только что сказанные слова.
На самом деле, на лицах — улыбки, а в душе — грязная брань.
Если вы такие придирчивые, то купите всем четырём помощницам билеты в первый класс, хорошо? К чему устраивать здесь этот шум?
Лян Чэнь посмотрела на эту сцену и тяжело вздохнула.
Мэн Ланьчжи тут же оглянулась.
Как только она зашла в самолёт, то заметила, что Лян Чэнь и её агент тоже здесь, и могла только делать вид, будто не видит их. Но сейчас Лян Чэнь вздохнула в стороне, явно пытаясь привлечь к себе внимание.
А две стоящие перед ними бортпроводницы тоже понимали, как сегодня совпало: на борту две звезды, и к тому же ещё…
Одна из стюардесс тут же показала восемь зубов и, широко открыв глаза, сказала:
— Мисс Лян Чэнь, скажите, пожалуйста, вам что-нибудь нужно?
Лян Чэнь была немного озадачена.
Она лишь подсознательно вздохнула и не ожидала, что эта стюардесса воспользуется моментом; вероятно, та хотела с её помощью сбежать с места событий.
Лян Чэнь повела глазами и сказала:
— Мне нужно одеяло, я хочу поспать. Простите за беспокойство.
Стюардесса тут же с улыбкой ответила:
— Никакого беспокойства, это моя обязанность.
Она развернулась, чтобы принести вещь, и через две минуты вернулась с чистым одеялом в руках, поднося его Лян Чэнь обеими руками.
— Вам нужно что-нибудь ещё?
— Не… нет, спасибо.
— Не за что.
Стюардесса застенчиво улыбнулась и, покраснев, сказала:
— Мисс Лян, не могли бы вы дать мне автограф? Мне очень нравится слушать ваши песни.
Лян Чэнь, прижимая к себе мягкое одеяло, кивнула:
— Без проблем.
Стюардесса тут же достала блокнотик и протянула его Лян Чэнь:
— Ой, я забыла взять ручку, подождите немного.
— Не нужно. — Лян Чэнь взяла блокнот и достала из своей сумки маркер. — У меня есть своя ручка для автографов.
Лян Чэнь быстро расписалась и вернула блокнот стюардессе.
Стюардесса прижала блокнот к груди, улыбаясь как шестнадцатилетняя или семнадцатилетняя девочка:
— Мисс Лян, вы действительно хороший человек.
Эта слаженная игра Лян Чэнь и стюардессы поставила стоящую рядом Мэн Ланьчжи в неловкое положение, из которого было трудно выйти.
Выходило, что именно эти двое — настоящие актрисы, решившие выставить её в дурном свете.
Послушать эту стюардессу: каждое второе слово — «вы действительно хороший человек», она всеми способами старалась унизить её.
Мэн Ланьчжи раздражённо вставила беруши и закрыла глаза, делая вид, что спит.
Когда самолёт взлетел и поток воздуха стал нестабильным, её четырём помощницам пришлось вернуться на свои места, и спор с бортпроводницами сошёл на нет.
Лян Чэнь тихо спросила у Лю Ицин:
— Она сегодня тоже летит в Гуанчжоу?
Лю Ицин, прикрыв рот рукой, ответила:
— Скорее всего, это продвижение её нового сериала.
Лян Чэнь спросила:
— Тот древний идол-сериал?
Лю Ицин с улыбкой сказала:
— Именно тот.
Лян Чэнь пару раз взглянула на Лю Ицин и спросила:
— Чему ты улыбаешься?
Лю Ицин, прикрывая голову газетой, сказала:
— Мэн Ланьчжи всегда придерживалась прямолинейного образа и за счёт этого привлекла много фанатов. Я вот думаю, когда же этот образ рухнет.
Лян Чэнь потерла подбородок с задумчивым видом:
— Она уже стала «третьей лишней», а образ всё ещё не рухнул — это тоже своего рода мастерство.
Говоря о мастерстве, нельзя сказать, что это мастерство Мэн Ланьчжи, — это мастерство её команды по связям с общественностью.
После того инцидента с Юэ Юйсюнем пиарщики за одну ночь состряпали заявление. Сначала они принесли глубочайшие извинения Лян Чэнь, а затем заявили, что её саму обманул Юэ Юйсюнь, заставив поверить, что они уже расстались.
Слова были подобраны изысканно, лаконично и убедительно — настоящий эталон пиар-текста. Фанаты один за другим начали выражать сочувствие Мэн Ланьчжи.
Но только Лян Чэнь знала, что никаких «глубочайших извинений» она на самом деле не получала.
После трёхчасового полёта самолёт прибыл в аэропорт Байюнь города Гуанчжоу.
Когда он остановился, Юань Кэкэ и Сяо Юй подошли, чтобы помочь Лян Чэнь собрать вещи. Поскольку в этот раз в Гуанчжоу предстояла не только запись программы для продвижения фильма, но и встреча с фанатами, связанная с кино, они должны были остаться надолго. Вещей было много, поэтому Юань Кэкэ и Сяо Юй провозились с разными мелочами довольно долго, прежде чем сойти с самолёта.
Лян Чэнь сошла с самолёта на шаг позже Мэн Ланьчжи. Чтобы не попасть в объективы СМИ в одном кадре с ней, Лян Чэнь намеренно медлила какое-то время.
Кто же знал — выход впереди перекрыли, и Мэн Ланьчжи, сделав круг, всё равно столкнулась с Лян Чэнь.
Причиной перекрытия выхода был вовсе не кто-то посторонний, а именно группы поддержки фанатов этих двух больших звёзд, между которыми снаружи произошёл конфликт, нарушивший порядок.
Что касается причины конфликта, Лян Чэнь знала её и без лишних слов: наверняка фанаты обеих сторон обнаружили, что их кумиры летят одним рейсом, и, конечно, каждый хотел подавить другую сторону мощью своей поддержки, так и возник конфликт.
И больше всего Лян Чэнь жалела о том, что если бы она знала, что окажется в одном кадре с Мэн Ланьчжи, то даже если бы ей пришлось не спать, она бы встала и сделала полный макияж.
А теперь — пожалуйста: та в солнцезащитных очках и с ярко-красными губами, а она — с пучком на голове, в очках в роговой оправе и даже без тонального крема.
Как и следовало ожидать, заголовки тем же вечером гласили: «Лян Чэнь и Мэн Ланьчжи одновременно появились в аэропорту Байюнь. Лян Чэнь выглядит изнурённой и подавленной, она ещё не оправилась от любовной травмы!»
Лян Чэнь: «……»
Я просто допоздна играла в игры и не выспалась, и всё.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
