Лян Чэнь не поняла и ошеломлённо посмотрела на Лу Цзина.
Лу Цзин изначально держал правую руку Лян Чэнь своей левой рукой, но вдруг правой рукой схватил левую руку Лян Чэнь, притянул её в свои объятия и ускорил шаг, направляясь к больничной палате.
Лян Чэнь знала, что такой его вид означает попытку уклониться, поэтому она схватила его за руку и спросила:
— Что это всё-таки значит?
— Ты не читала избранные стихотворения Не Луда? — сказал Лу Цзин. — Если бы ты обычно больше читала книг и повышала свою гуманитарную культуру, то…
Лян Чэнь широко раскрыла глаза и притворно-грозно посмотрела на Лу Цзина.
— То… оставила бы ты другим женщинам путь к жизни? — сказал Лу Цзин. — Красивая, умеешь петь, да ещё и умная — разве можно требовать от тебя ещё и глубоких познаний в поэзии и книгах? Нет совершенных людей, верно?
Лян Чэнь прыснула со смеху, обняла Лу Цзина за талию и, задрав голову, посмотрела на него:
— Будем считать, что ты догадлив.
В итоге Лян Чэнь так и не выспросила, что значила та фраза Лу Цзина. Они сопроводили Лян Мама на операцию, она длилась недолго. Лян Чэнь оставалась в больнице до вечера, а затем уехала вместе с Лу Цзином. Лян Баба и сиделка остались здесь присматривать за Лян Мама.
Когда они вышли из палаты и посмотрели в другой конец коридора, снаружи палаты Вэнь Ди телохранителей уже не было.
Неизвестно, когда она покинула эту больницу.
В семь-восемь часов уже совсем стемнело.
Лян Чэнь вдруг вспомнила, что они вдвоём ещё не ужинали, и спросила:
— Ты проголодался?
Лу Цзин ответил, что голоден, и Лян Чэнь достала телефон, чтобы заказать доставку еды.
— Что ты хочешь поесть?
Лу Цзин:
— Хо-го.
Лян Чэнь замерла:
— Хо-го?
— Угу, — подтвердил Лу Цзин. — Я хочу съесть хо-го.
Лян Чэнь сделала заказ на доставку хо-го.
Она выключила телефон, достала зеркальце и бумажную салфетку. Вытирая слегка размазавшуюся под глазами подводку, она сказала:
— Знаешь, Вэнь Ди сегодня кое-что не договорила.
Лу Цзин лениво спросил:
— Что?
— Ты ей нравишься, — уверенным тоном произнесла Лян Чэнь. — Она уже давно тебя любит.
Лу Цзин некоторое время молчал, сжимая руль и о чём-то раздумывая.
Спустя долгое время он произнёс:
— Вряд ли, я же с ней и парой слов не перемолвился.
Лян Чэнь легко рассмеялась:
— Ты слишком плохо понимаешь девушек.
Лу Цзин пробормотал:
— Кто сказал, что не понимаю.
Лян Чэнь не стала больше обращать на него внимания и поправила волосы перед зеркалом.
Кончик носа заблестел, пудра давно скаталась, но в больнице у неё всё не было времени подправить макияж.
— Провозилась в больнице целый день, у меня даже макияж поплыл (также означает «головокружение» или «укачивание»).
Лян Чэнь просто обронила фразу, но Лу Цзин внезапно сбросил скорость и перестроился в правую полосу.
Он сказал:
— Поплыл…? Нужно выпить лекарство?
Лян Чэнь опешила, не сразу сообразив, в чём дело.
Она посмотрела в глаза Лу Цзину — в них читалось беспокойство, а скорость машины становилась всё ниже, казалось, в следующую секунду он прижмётся к обочине и остановится.
— Пфф! — Лян Чэнь наконец не выдержала и согнулась от смеха.
Лу Цзин видел, что она смеётся почти до слёз, но так и не понял, какую глупость сморозил.
— А ещё не признаёшься, — когда Лян Чэнь говорила сквозь смех, её голос дрожал. — Поплывший макияж и укачивание — это совершенно разные понятия, ладно?
Лу Цзин:
— …
— Да кто же этого не знает, — Лу Цзин снова прибавил газу. — Просто хотел тебя развеселить.
Лян Чэнь и Лу Цзин как раз доехали до дома, когда доставку привезли.
Они оба целый день вдыхали в больнице запах дезинфицирующих средств, и теперь, почувствовав аромат хо-го, у них тут же разыгрался аппетит.
Час спустя Лян Чэнь лежала на диване и смотрела, как Лу Цзин убирает со стола.
Он немного засучил рукава, обнажив предплечья, и вытирал стол.
Зазвонил телефон, он прижал его плечом к уху и, наклонив голову, ответил, при этом не прекращая движений руками.
Это была самая обыкновенная сцена, но Лян Чэнь сама не заметила, как засмотрелась.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
