— Уже так поздно, кто же станет плакать в лесу? — Цзин Тяньмин поднял голову и посмотрел на молодой месяц, который постепенно клонился к западу. — Получается, мы сегодня не вернёмся?
Гао Юэ поднялась и принялась пинать мелкие камни на земле.
— Да, уже поздно, тётя Лань наверняка спит, не стоит её будить.
— М-м. Ты только что сказала, что У Дуань держала тебя под домашним арестом, чтобы избавиться от двенадцати необычайных ядов в своём теле. А что потом?
— Честно говоря, всё это очень странно, и я сама мало что понимаю. — Гао Юэ вспомнила ту ночь, когда сбежала, и продолжила: — Мы с У Дуань жили в той горной пещере несколько месяцев. Обычно, кроме насекомых, мелких зверьков, речных и лесных птиц, я не видела ни души, из чего ясно, насколько то место уединённое и скрытое. Но в ту ночь я только прилегла, как услышала снаружи мужской голос. Он громко произнес: «Левый защитник Гуйгу1, просит аудиенции у Юэшэнь Удуань».
— Какой ещё левый защитник? — Цзин Тяньмин сильно удивился, и весь его сон как рукой сняло. — Гуйгу?
— Что? Тяньмин-гэ? Ты знаешь о Гуйгу? Что это вообще такое? — Гао Юэ засыпала его вопросами.
Но Цзин Тяньмин лишь покачал головой:
— Путь ереси и зла, я и сам мало что знаю. Знаю только, что они тоже участвуют в этой войне. Слышал, это школа, где в наставники берут демонов-гуй2.
— Что? По… поклоняются гуй? — Едва услышав слово «гуй», Гао Юэ невольно застучала зубами.
— Не бойся, расскажи подробнее, что же случилось в ту ночь? — утешил её Цзин Тяньмин.
— Угу, — кивнула Гао Юэ. — Я лежала на каменном ложе внутри пещеры и, услышав голос, уже хотела подняться. Но У Дуань опередила меня и написала на моей ладони три иероглифа: «Не издавай ни звука». Я рассудила, что если уж сама Юэшэнь Удуань не смеет проронить ни слова, значит, грозит опасность, и притворилась спящей, не смея даже шелохнуться.
— О? Если так, то эта У Дуань обошлась с тобой неплохо, раз даже защитила тебя.
— Да. — Вспомнив сейчас об У Дуань, Гао Юэ не вполне понимала, почему вдруг почувствовала по ней лёгкую тоску. Она махнула рукой, словно желая прогнать эти мысли, и продолжила: — Увидев, что я притворяюсь спящей, У Дуань развернулась и вышла из пещеры навстречу тому человеку. Мне было и страшно, и любопытно, поэтому я всё же приоткрыла глаза, оставив лишь узкую щелочку. Ночь тогда была уже глубокая, костёр снаружи почти погас, и в полутьме я увидела, что на голове у того человека была чёрная бронзовая шляпа-доули. Поля были опущены очень низко, тень скрывала лицо, так что разглядеть его внешность было трудно. Единственное, что удалось ясно увидеть — на нём был длинный плащ, а на плаще вышито огромное изображение синелицего и клыкастого лика гуй.
— Точно! — Цзин Тяньмин хлопнул в ладоши. — Учитель говорил мне, что это и есть отличительный знак людей из школы Гуйгу. А что дальше?
— Увидев, что У Дуань вышла из пещеры, мужчина снял доули. Жаль только, что Юэшэнь Удуань загораживала мне обзор, и я не увидела его лица. Однако У Дуань, когда он снял шляпу, воскликнула: «Так это вы! Поверить не могу, что и вы вступили в Гуйгу и даже согласились на скромную должность левого защитника». Судя по её словам, У Дуань определённо знала его раньше, просто не ожидала, что он окажется тем самым левым защитником Гуйгу. Мужчина ответил: «Не стоит, не стоит. В поднебесной полно вещей, которые невозможно объяснить, и у моего вступления в Гуйгу, разумеется, есть причины». И тут же снова надел доули. Юэшэнь Удуань хмыкнула и спросила: «Зачем вы меня ищете?» Мужчина ответил: «Глава Гуйгу приглашает вас». У Дуань сказала: «То, что он меня приглашает — его дело, я очень занята, возвращайтесь». Услышав это, человек не рассердился, а лишь достал две бамбуковые планки и протянул их У Дуань. Взглянув на планки, У Дуань изменилась в голосе: «Это… это… та самая вещь? А я-то думала, её не существует». Мужчина ответил: «Вы ошибаетесь. Она не только существует, но и самая что ни на есть подлинная. Теперь же мы можем просить Юэшэнь Удуань почтить нас своим присутствием?» «А остальные планки?» — допытывалась Юэшэнь Удуань. — «Неужели все они в Гуйгу?» Я прожила с У Дуань несколько месяцев и знала её характер. Эти слова она произнесла с таким волнением, будто ей не терпелось прямо на месте увидеть все остальные планки. Мужчина забрал у неё две планки, спрятал за пазуху и добавил: «Вещи в целости и сохранности находятся в Сяньяне, в Долине Призраков, так почему бы вам не совершить туда поездку? Если бы я принёс их все с собой, я бы побоялся пасть от вашей, Юэшэнь, ядовитой руки. Разве не так?» У Дуань ответила: «А вы меня знаете. Ладно. Я пойду с вами».
— Тяньмин-гэ, представляешь? — вздохнула Гао Юэ. — Когда я услышала, как У Дуань сказала «Я пойду с вами», я страшно перепугалась. Я подумала, что мне конец, ведь У Дуань наверняка не возьмёт меня с собой, и я, скорее всего, погибну. От страха я не удержалась и застучала зубами. И как назло, этот звук услышали. Тот мужчина снаружи был очень искусен и мгновенно всё понял. «Что это?» — спросил он.
— У Дуань, услышав вопрос этого левого защитника, холодно хмыкнула и ответила: «Просто никчёмная вещица». «Раз это бесполезный человек, позвольте мне с ним покончить», — сказал мужчина, вошёл в пещеру и направился прямо ко мне. Тут уж притворяться спящей было бесполезно, и я от ужаса сжалась в комок. «Стой», — неожиданно У Дуань остановила его. — «Я думала, вы знаете мой нрав. С какой стати делам Юэшэнь Удуань нужна посторонняя помощь?» «И то верно», — усмехнулся мужчина. — «Тогда сделайте это сами». Своими словами он требовал, чтобы У Дуань немедленно убила меня. У Дуань подошла, достала из маленького пузырька, спрятанного за пазухой, пилюлю, поднесла к моим губам и приказала: «Глотай». Сказав это, они вдвоём уставились на меня, пока я не проглотила лекарство.
- Гуйгу (鬼谷, Guǐgǔ) — «Долина Призраков», название уединённого места и одной из философских школ древнего Китая. ↩︎
- Демон-гуй (鬼, guǐ) — в китайской традиции общее название для призраков, духов умерших и демонических существ. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
