Во время схватки ног послышался хруст, словно сломалась кость.
— У… — Чжу Ба с искаженным лицом обхватил ногу, которую жгло, словно огнем, и скорчился на земле, не в силах вымолвить ни слова. С трудом сфокусировав взгляд, он увидел перед собой рослого детину, статный вид, глаза гневно расширены. Сердце Чжу Ба невольно дрогнуло.
Детина одной рукой поднял с земли юношу и похлопал его по плечу, показывая, что тот может спокойно уходить. Юноша, едва придя в себя от испуга, бросил на Чжу Ба злобный взгляд, но не ушел, а лишь тихо отступил в сторону — ему хотелось увидеть, что будет дальше.
Увидев это, Чжу Ба холодно хмыкнул и спешно направил внутреннюю силу в ногу. В мгновение ока, словно получил божественную помощь, он стремительно нанес красивый удар ногой с разворота. Детина, не теряя самообладания перед лицом угрозы, ответил приемом «нога тигриного хвоста».
Ноги снова скрестились, на миг сцепившись. Поняв, что опять проигрывает, Чжу Ба резко отдернул ногу. Он надеялся свалить противника мощным ударом и отомстить, но не учел, что детина обладал божественной силой от природы — тот с легкостью принял удар.
— Хорошо! Молодчина! — толпа зевак, наконец увидев, что нашелся кто-то, способный обуздать злодеяния Чжу Ба, принялась дружно аплодировать. Особенно воодушевился тот смелый юноша. Цзин Кэ и Гао Цзяньли внешне оставались бесстрастными, но в душе одобряли поступки детины.
Чжу Ба понял, что в этом тайном противостоянии он явно уступает. Чувствуя себя опозоренным, он вскипел от гнева и обиды, но, не желая сдаваться, из последних сил стиснул зубы. Внезапно он выхватил бронзовый меч и, применив прием «дождь, бьющий по увядшему лотосу»1, в прыжке нацелился в грудь противнику, пытаясь повернуть вспять бушующие волны2.
Детина тоже не был лампой, экономящей масло3, и держал ухо востро. Увидев, что Чжу Ба пустил в ход подлый прием, он разозлился еще сильнее. Громко выкрикнув, он провел серию ударов ногами и стремительно нанес удар с разворота по правой руке Чжу Ба, в которой тот держал меч.
Чжу Ба более десяти лет совершенствовался в искусстве меча и обладал богатым опытом. Едва детина начал атаку, Чжу Ба тут же вывернул кисть, и бронзовый меч полоснул по летящей ноге противника. Пораженный такой быстротой смены приема, детина поспешно отдернул ногу и отступил на шаг, уклоняясь.
Окружающие, увидев, что Чжу Ба напал с мечом на безоружного, наперебой закричали:
— Раз такой умелый, дерись голыми руками! Мечом против безоружного — это подло и бесстыдно!
— Бесстыдный сяожэнь, если смелый — брось меч и выходи один на один!
— Мерзость!
* * *
Среди этой суеты Гао Цзяньли, долго хранивший молчание, последовал за Цзин Кэ вперед. Он был весьма удивлен и не понимал, почему Цзин Кэ не вмешивается, чтобы усмирить Чжу Ба, а лишь наблюдает со стороны, сложив руки в рукава4. Он спросил:
— Брат Цзин, что вы думаете о мастерстве меча этого Чжу Ба?
Цзин Кэ давно разгадал мысли Гао Цзяньли и, слегка улыбнувшись, ответил:
— На это, пожалуй, стоит взглянуть.
Гао Цзяньли не понял глубокого смысла слов Цзин Кэ и хотел было расспросить подробнее, но звуки схватки впереди стали яростнее, и он снова вытянул шею, глядя в центр площадки.
В это время детина раздобыл где-то деревянный шест. В его руках шест словно обрел душу. Он вращал его со свистом, порождающим ветер, будто тот стал частью его тела. Зрители не переставали ахать от изумления. Однако Чжу Ба, несмотря на свое грузное телосложение, владел мечом на удивление легко и был необычайно ловок. Он кружил вокруг великана, избегая прямых столкновений, и наносил внезапные, крайне жестокие удары. Детине приходилось предельно концентрироваться, и он с трудом справлялся с натиском. Чжу Ба видел, что противник превосходит его силой, и потому хитро применил тактику изматывания, стремясь лишить великана сил, а затем улучить момент для смертельного удара.
Жестокая схватка затянулась, нервы у всех собравшихся были напряжены до предела, люди замерли, воцарилась атмосфера тревоги. Хотя Гао Цзяньли не был мастером боевых искусств, он разгадал коварный замысел Чжу Ба и невольно начал переживать за детину. А Цзин Кэ по-прежнему неподвижно наблюдал за происходящим, и на его лице промелькнула едва заметная тень подобия улыбки.
Как и ожидалось, спустя некоторое время детина начал замедляться, и деревянный шест в его руках уже не двигался с прежней яростной силой. Улучив момент, когда противник отвлекся, Чжу Ба стремительно подался вперед, и острие меча вонзилось детине под мышку.
— А! — не ожидавший удара детина вскрикнул от боли. Левая рука невольно разжалась, и шест с глухим стуком упал на землю.
Длинный меч в руке Чжу Ба снова замелькал в серии ударов, один из которых поразил точку Цюйчи5 на правой руке противника. Детина окончательно ослаб, и едва он попытался устоять на ногах, как бронзовый меч Чжу Ба, словно ядовитая змея, высовывающая язык, резко метнулся к его груди.
— Ах! — люди не сдержали крика ужаса и тут же смолкли.
Раздался звон «дин», и острие меча Чжу Ба внезапно отклонилось, вонзившись детине в левое плечо. Брызнула кровь. Охваченный ужасом, детина поспешно отпрянул. «Дэн! Дэн! Дэн!» — он, пошатываясь, отступил на три-четыре шага и тут же скрылся.
Обливающийся потом Чжу Ба внезапно вспомнил, что в момент нанесения смертельного удара его меч, наполненный внутренней силой, словно наткнулся на какой-то твердый предмет в воздухе и потерял точность. Размышляя об этом, он понял, рядом наверняка скрывается другой мастер. В тот миг ему было уже не до преследования раненого, он поспешно убрал меч и принялся оглядываться. Цзин Кэ, скрытый в толпе, уже давно убрал руку и холодно взирал на растерянного Чжу Ба. Его движение было мимолетным, как порыв ветра, даже стоявший рядом Гао Цзяньли ничего не заметил — настолько быстр был удар Цзин Кэ.
Осмотревшись по сторонам, Чжу Ба не заметил никого подозрительного. Видя, что детина сбежал раненым, он не стал об этом беспокоиться и тут же с торжествующим видом крикнул толпе:
— Хм! Все видели? Вот что бывает с теми, кто смеет идти против да-е! Кто еще не заплатил? А?!
Люди лишь переглядывались. Видя, что даже тот могучий детина был ранен и сбежал, больше никто не осмелился проронить ни слова. Им оставалось лишь один за другим выстроиться в очередь, чтобы заплатить за проход.
— Ха-ха-ха! — Чжу Ба смотрел, как в мешке прибавляется монет, и, чувствуя полное удовлетворение, заливался дерзким смехом.
_____________
- Дождь, бьющий по увядшему лотосу (雨打残荷, yǔ dǎ cán hé) — образное название приема, описывающее серию быстрых и резких ударов. ↩︎
- Повернуть вспять бушующие волны (力挽狂澜, lì wǎn kuáng lán) — приложить огромные усилия, чтобы спасти критическое положение. ↩︎
- Не был лампой, экономящей масло (不是省油的灯, bù shì shěng yóu de dēng) — иносказание о человеке, который не так прост, как кажется, и может доставить немало хлопот. ↩︎
- Наблюдать со стороны, сложив руки в рукава (袖手旁观, xiù shǒu páng guān) — безучастно смотреть на происходящее, не вмешиваясь. ↩︎
- Точка Цюйчи (曲池, qū chí) — акупунктурная точка на локтевом сгибе, воздействие на которую вызывает онемение руки. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
