— Таким образом, получается, мы заперты здесь уже почти двадцать дней? — Чжу Ци из школы Даньюэ поначалу молча считал дни в уме, но, продолжая считать, не удержался и произнёс это вслух. Тан Готянь из школы Фэнци, услышав слова Чжу Ци, сплюнул: — Каких ещё почти двадцать дней? Я пришёл на три дня раньше вас, прошло ровно двадцать один день! — Тан Готянь хлопнул ладонями по коленям и вскочил, в его груди полыхал гнев. — Нельзя больше ждать, братцы, хватайте оружие, пробьёмся отсюда с боем!
Тан Готянь прокричал это с огромным воодушевлением, однако люди в винном доме не шелохнулись. Даже его младшие братья по школе Чжоу Нинган, Лю Даньцюань и Лу Чжун не поддержали его. Оказалось, что за последние семь-восемь дней Тан Готянь устраивал подобные сцены почти ежедневно. Чжоу Нинган и остальные знали, что, прокричавшись, их старший брат-наставник вскоре снова бессильно сядет на место, поэтому просто притворились, будто ничего не слышали.
Взглянув вокруг, можно было увидеть лишь уныние. Воля героев была почти полностью сломлена. За те несколько дней, что они провели в заточении в Сяньпэнлай, приходили только дурные вести. Сначала раскрыли личность Чжао Наньяна, затем убили Сун Сешаня, а позже были схвачены супруги Шао Гуанцин и их спутники. Герои, не имея возможности связаться с внешним миром, не знали, придёт ли кто-нибудь им на помощь. Видя, как всё больше и больше важных людей цзянху попадают в плен, они понимали, что для мира боевых искусств это настоящая катастрофа. Хотя по просьбе Цзин Тяньмина их ежедневно обеспечивали всем необходимым, за стенами здания стояла многочисленная стража, и это напоминало домашний арест. Даже самые изысканные блюда казались героям на вкус словно мясо ягнят, ожидающих заклания.
В этой гнетущей атмосфере только двое — второй принц Цзин Тяньмин и хозяйка девяти дворцов Шэньду Кэ Юэ — не были ограничены в передвижениях. Последние дни Цзин Тяньмин и Кэ Юэ ежедневно, смеясь и переговариваясь, свободно входили в винный дом и выходили из него. К тому же, хотя в то время никто не знал, что Цзо Бисин втайне бросил Чжао Наньяна и признал Цзин Тяньмина своим учителем, его подобострастный и услужливый вид перед Цзин Тяньмином раздражал многих. Даже те, кто поначалу питал доверие к Цзин Тяньмину, начали колебаться, думая про себя: «Неужели он действительно предал нас и решил стать каким-то там вторым принцем?»
В то же время Цзин Тяньмин, находясь один в комнате на втором этаже, лежал на кровати, закинув ногу на ногу, и грыз жареный рис. Он купил его на улице вместе с Кэ Юэ пару дней назад. Сначала Цзин Тяньмину вкус показался обычным, но, видя, с каким удовольствием ест Кэ Юэ, он сам начал находить его всё более ароматным и в итоге притащил целый мешок, чтобы лакомиться им на досуге.
— Вот как! Пока другие из последних сил разузнают новости снаружи, вы, да-е, прекрасно устроились и лежите на кровати, поедая жареный рис.
Цзин Тяньмин, который как раз уплетал угощение, подскочил и спросил:
— Ну что? Виделась с кем-нибудь?
Кэ Юэ не ответила, а спросила в ответ:
— Ой? А где же этот приставучий как медовая нуга Цзо Бисин?
— Эх, — вздохнул Цзин Тяньмин. — Мне с трудом удалось спровадить этого прилипалу купить жареного риса. Думаю, он вот-вот вернётся. Юэ-эр, не томи, рассказывай скорее.
— Купить жареного риса? — с подозрением переспросила Кэ Юэ. — Разве мы не купили вчера целый мешок? Ты что, всё съел?
— Да как это возможно? — Цзин Тяньмин хихикнул и указал под кровать. — Я всё высыпал в конюшню позади винного дома. Какой бы большой ни была моя утроба, если этот Цзо Бисин будет таскать мешок за мешком, я всё равно не справлюсь.
Услышав это, Кэ Юэ тоже не смогла сдержать смех:
— Ну ты и даёшь. Твой ученик смышлён, но и ты, учитель, не промах.
Немного посмеявшись, Кэ Юэ понизила голос и сказала:
— Я несколько раз подходила к алхимической комнате, но не смогла войти — Сюй Жан не отлучается ни на миг. Однако сегодня удача улыбнулась мне, и я наконец перекинулась парой слов с Вэй-дашу.
— Что сказал младший дядя-наставник? — услышав, что от Вэй Чжуана есть вести, поспешно спросил Цзин Тяньмин.
— Сказал, что снадобье бессмертия будет готово через двадцать восемь дней, — озабоченно произнесла Кэ Юэ. — Вэй-дашу также добавил, что, по его мнению, как только снадобье будет закончено, Сюй Жан лично убьёт тётю Дуаньму и тётю Удуань. Нам нужно найти способ их спасти. Тяньмин-гэ, как ты думаешь, что нам делать? — при мысли о столкновении с Сюй Жаном в городе на священной горе Кэ Юэ невольно задрожала. — С этим старым чудовищем нам не совладать, даже если мы объединим силы.
— А что… что сказала бабушка Цзян? — спросил Цзин Тяньмин, склонив голову набок.
— Вот это и странно. Последние несколько дней бабушки нет, дети говорят, что даже ночью её не видели, — Кэ Юэ присела рядом с Цзин Тяньмином и раздражённо пожаловалась: — Бабушка тоже хороша, нашла же время куда-то запропаститься!
Цзин Тяньмин, понимая тревогу Кэ Юэ, мягко похлопал её по плечу и сказал:
— Не волнуйся. Если бы исчез кто-то другой, стоило бы беспокоиться, но что касается бабушки Цзян, тебе лучше переживать о том, как бы она саму беду не обидела.
— И то верно, — Кэ Юэ слабо улыбнулась и невольно склонила голову на плечо Цзин Тяньмина. За эти дни она наконец осознала, что в глубине души ни на миг не забывала о Цзин Тяньмине. Хотя он когда-то не верил ей и наговаривал на неё, и их многочисленные расставания были болезненными, встречи всегда оказывались столь сладкими. Раньше Кэ Юэ уже давно и прямо открыла бы свои чувства Цзин Тяньмину, но… но сейчас внизу была ещё и Синь-гунян.
«Я знаю, что Тяньмин-гэ ни за что меня не бросит», — подумала Кэ Юэ. — «Только вот захочет ли он расстаться с Синь-гунян?»
— Что с тобой? Лицо совсем красное, тебе нехорошо?
— Нет… всё в порядке. Тяньмин-гэ, я хотела кое-что спросить…
— Погоди, тише. Слушай… — Цзин Тяньмин махнул рукой. — Цзо Бисин возвращается с целым отрядом.
Кэ Юэ затихла и действительно услышала снаружи неподалёку топот людей и лошадей.
— Беда! Похоже, сюда направляется около сотни человек. Неужели мы попались на удочку этого негодяя Цзо Бисина?
— Идём! Скорее вниз, нужно всех предупредить! — Цзин Тяньмин схватил Кэ Юэ за руку, и они поспешили в зал на первом этаже. Как раз в тот момент, когда они добежали до низа, Цзо Бисин переступил порог винного дома Сяньпэнлай1.
- Сяньпэнлай (羡蓬莱, xiàn péнгlái) — название винного дома, означающее «Зависть к Пэнлаю» (мифической обители бессмертных). ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
