Она вдруг заметила, что по соседству обстановка была на удивление гармоничной — не то что у неё, где было слышно только бесконечные жалобы Чэнь Минсюя.
Сан Чжи прислушалась.
Учитель Чжан вдруг рассмеялась:
— Фу Чжэнчу — хороший ребёнок, разве что успеваемость хромает, а в остальном он молодец. В этот раз я вызвала вас не из-за какого-то его проступка. Просто он вчера внезапно ворвался в учительскую и во весь голос заявил, что хочет вызвать родителей, чем не на шутку меня напугал.
Как только прозвучали эти слова, Фу Чжэнчу тут же взглянул на Сан Чжи.
Их взгляды встретились.
— Молчание.
Фу Чжэнчу не ожидал, что она это услышит; он изменился в лице и выглядел крайне смущённым, словно готов был прямо сейчас провалиться сквозь землю.
Сан Чжи, явно считая всё это несусветной чушью, молча постучала пальцем по виску.
Беззвучно спрашивая: «У тебя что, с головой не всё в порядке?»
Ну кто по собственной воле просит вызвать родителей?
Фу Чжэнчу изо всех сил старался сохранять спокойствие. Одними губами он прошептал: «Потом объясню», — и отвёл взгляд.
Он отвернулся, и в этот момент Сан Чжи заметила, что сестра Фу Чжэнчу бросила взгляд в их сторону, но смотрела она вовсе не на девочку.
Сан Чжи проследила за её взором.
Так и есть — она смотрела на Дуань Цзясюя.
Сначала Сан Чжи подумала, что это случайность. Но потом она заметила, как та то и дело посматривает на него.
То ли невзначай, то ли по какой-то другой причине.
Сан Чжи опустила глаза, её кулачки медленно сжались, и она, не подавая виду, чуть сдвинулась, загораживая собой Дуань Цзясюя от взгляда этой женщины.
Беседа продолжалась около сорока минут.
Закончив жаловаться, Чэнь Минсюй отхлебнул воды:
— В общем, как-то так. На самом деле мне не хочется каждый раз беспокоить вас и просить прийти, но Сан Чжи — это сплошная головная боль. Когда я вызываю её отвечать, она спрашивает, не потому ли это, что я сам не знаю ответа. Говорит, не собираюсь ли я просить её поучить меня, и добавляет, что не хочет лишать меня куска хлеба. Из-за этого остальные дети совершенно не могут сосредоточиться на уроке.
Дуань Цзясюй на мгновение замер и, покосившись на Сан Чжи, спросил:
— И такое было?
Сан Чжи тут же понурила голову, делая вид, что раскаивается.
Чэнь Минсюй кивнул:
— Раньше я несколько раз связывался с твоей матерью, отнимал у вас много времени, но это всё ради блага ребёнка. Сан Чжи очень способная, если она будет прилежно учиться, то в будущем обязательно поступит в Первую среднюю школу. По возвращении домой уделяй ей больше внимания и присматривай за ней.
— Хорошо, — ответил Дуань Цзясюй. — Дома я займусь её воспитанием.
Они вышли из учительской.
Всё прошло куда успешнее, чем она ожидала. Чэнь Минсюй ни о чём не заподозрил, и камень, давивший Сан Чжи на сердце, наконец-то упал. Она посмотрела на Дуань Цзясюя и с заметно потеплевшим выражением лица произнесла:
— Спасибо, гэгэ.
Дуань Цзясюй хмыкнул:
— Домой?
— Ну да, — Сан Чжи хлопнула ресницами. Поскольку он помог ей уладить дело, в её голосе теперь слышались заискивающие нотки. — А что же ещё?
— Ну как же, — Дуань Цзясюй сделал паузу и неспешно напомнил: — Я ведь ещё не начинал тебя воспитывать.
Эти слова подействовали на Сан Чжи как ушат холодной воды. От её радости не осталось и следа. Она с неохотой буркнула:
— Ты тоже собираешься меня отчитывать?
— Пойдём, — невозмутимо отозвался он. — Гэгэ проводит тебя до дома.
Он не ответил прямо, и Сан Чжи решила, что те слова были лишь шуткой. Но не успела она с облегчением выдохнуть, как Дуань Цзясюй добавил:
— По дороге и начнём потихоньку.
Сан Чжи:
— …
Они бок о бок направились к выходу из школы.
Пока они шли по территории школы, он не возвращался к этой теме, давая ей небольшую передышку. Сан Чжи, с тревогой сжимая лямки рюкзака, не удержалась:
— Когда мой брат ходит к учителям вместо меня, он потом меня не ругает.
— Правда? — переспросил Дуань Цзясюй.
— Конечно, правда! — воскликнула Сан Чжи.
Дуань Цзясюй пристально посмотрел на неё, словно пытаясь понять, лжёт она или нет, а затем достал из кармана телефон:
— Сейчас спрошу.
— Погоди! — вскрикнула Сан Чжи и подпрыгнула, пытаясь выхватить у него телефон. — Если ты спросишь, брат обо всём узнает! А если он узнает, то об этом узнает весь мир! Получится, что ты сегодня зря приходил!
— Гэгэ просто должен уточнить, — Дуань Цзясюй, словно играя с котёнком, то поднимал руку выше, то опускал, не давая ей дотянуться до телефона. — Я проделал такой долгий путь, и если меня обманет маленькая девочка, гэгэ будет очень обидно.
В этот момент их прервал женский голос, раздавшийся сзади. Он был тонким и тихим, почти неразличимым, и в нём чувствовалось явное волнение:
— При… привет!
Оба невольно обернулись.
Это была сестра Фу Чжэнчу. Она стояла там одна — самого мальчика нигде не было видно.
Девушка была невысокого роста и очень стройная. У неё были изящные черты лица и раскрасневшиеся щёки. Глядя на Дуань Цзясюя, она в замешательстве вытащила телефон из кармана:
— Можно твой номер телефона?
Обстановка мгновенно стала неловкой.
Дуань Цзясюй смотрел на неё, не произнося ни слова.
Это было похоже на молчаливый отказ.
Девушка чувствовала себя всё более смущённо и неуютно.
Сан Чжи переводила взгляд с одного на другого, пытаясь понять, о чём думает Дуань Цзясюй. Не дожидаясь его ответа, она вдруг вскинула голову и огорошила всех своим заявлением:
— Цзецзе, у моего брата двадцать девять девушек.
Дуань Цзясюй вздрогнул и посмотрел на неё сверху вниз.
— Не переживай, он наверняка даст его тебе, — Сан Чжи не смела взглянуть на Дуань Цзясюя, хотя вид у неё был самый искренний и дружелюбный. — Он меняет их каждый день, и в этом месяце ему как раз не хватает ещё одной. Думаю, ею станешь ты.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
