— Так что ты теперь хочешь съесть? — Сан Чжи протянула руку и, стараясь максимально сохранить первоначальную форму, осторожно оторвала кусочек сахарной ваты, после чего с облегчением выдохнула. — Я совсем недавно поела, я не голодна.
Помолчав, Сан Чжи спокойно добавила:
— Но я могу сходить с тобой.
Пристально наблюдая за её действиями, Дуань Цзясюй ничего не ответил, в его глазах промелькнула искорка игривости.
Заметив, что Сан Чжи подняла руку, собираясь отправить кусочек ваты в рот, он внезапно наклонил голову и перехватил губами тот маленький кусочек, который она только что оторвала.
Его поступок был столь неожиданным, что Сан Чжи опешила. Она застыла, глядя на крошечные остатки на своих пальцах, а затем, застигнутая врасплох, посмотрела на него:
— Ты что делаешь?
Дуань Цзясюй облизнул губы и совершенно естественно произнёс:
— Захотелось сахарной ваты.
— Нельзя, — Сан Чжи ревностно оберегала свою еду, — это моё.
Дуань Цзясюй смотрел на неё пару секунд, а затем не сдержался и рассмеялся. Достав из кармана салфетку, он вытер ей пальцы и, вскинув на неё взгляд, поддразнил:
— Жадина.
Сан Чжи нахмурилась:
— Сам ты жадина.
— Ешь скорее, — Дуань Цзясюй перестал её подначивать, — а то скоро растает.
Сан Чжи оторвала ещё кусочек и медленно отправила его в рот:
— Так что ты хочешь съесть?
Дуань Цзясюй:
— Пойду съем тарелку лапши.
— Тогда пойдём в ту? — Сан Чжи указала в сторону. — Там довольно вкусно.
— Хорошо.
Они зашли в заведение и сели за столик.
Дуань Цзясюй просто заказал фирменную лапшу и больше ничего брать не стал. Он небрежно спросил:
— Чем занимаешься в последнее время?
— У нас в университете скоро будет конкурс цифрового медиаискусства, я планирую участвовать, — честно ответила Сан Чжи. — Я собрала команду, мы решили делать короткометражный мультфильм, но ещё не придумали сюжет.
Дуань Цзясюй хмыкнул.
Сан Чжи продолжила:
— Сначала думали снять короткометражку, но кажется, многие группы выберут именно это. А для разработки игр мы не умеем программировать.
Дуань Цзясюй неспешно произнёс:
— Я умею.
Почему это прозвучало так, будто он хвастается?
— … — Сан Чжи взглянула на него. — Ты всё равно не можешь помогать мне на конкурсе.
Дуань Цзясюй полушутя сказал:
— Выходи из той группы, давай объединимся.
Сан Чжи напомнила:
— Участники должны быть студентами.
Дуань Цзясюй беспечно отозвался:
— Хм? Разве я не похож?
Вскоре принесли лапшу, которую заказал Дуань Цзясюй.
Сан Чжи съела уже большую часть сахарной ваты, а то, что осталось, начало постепенно таять от комнатной температуры. Она выбросила палочку в мусорное ведро и вытерла руки салфеткой.
У Дуань Цзясюя, казалось, не было аппетита, он ел очень медленно.
Сан Чжи достала телефон, время от времени поглядывая на него. Заметив, что лапши в тарелке за долгое время почти не убавилось, она не удержалась и спросила:
— Ты что, не хочешь есть?
— Нет, — с неизменным выражением лица ответил Дуань Цзясюй, — я тяну время.
— Поем помедленнее, растяну это на два часа, а потом отвезу тебя обратно.
Услышав это, Сан Чжи на мгновение замерла, а затем снова опустила голову к телефону. Притворяясь равнодушной, она с напускным спокойствием произнесла:
— Скоро эта лапша совсем размокнет.
Дуань Цзясюй тихо рассмеялся, но ничего не сказал.
Она невзначай упомянула ещё несколько вещей, и Дуань Цзясюй отвечал как обычно. Сначала она ничего не замечала, но спустя время Сан Чжи почувствовала, что что-то не так.
Казалось, сегодня вечером он улыбался особенно часто, но при этом не выглядел радостным. Его эмоции были сдержанными, уголки губ натянуто приподнимались, выдавая усталость.
Сан Чжи отложила телефон и нерешительно спросила:
— Цзя Сюйгэ, у тебя плохое настроение?
Дуань Цзясюй поднял глаза, и это, похоже, его позабавило:
— Как ты это поняла?
— … — Сан Чжи ахнула. — И правда плохое?
Дуань Цзясюй мягко ответил:
— Немножко.
Сан Чжи припомнила недавнее и вдруг почувствовала сожаление. Она сухо спросила:
— Из-за того, что я не дала тебе сахарной ваты?
Она немного растерялась:
— Тогда, может, мне сейчас пойти и купить тебе порцию?
Дуань Цзясюй доел последний кусочек лапши и вытер рот салфеткой. Он вскинул брови, находя ситуацию забавную:
— О чём ты только думаешь?
Сан Чжи:
— Тогда почему у тебя плохое настроение?
Дуань Цзясюй ровным тоном произнёс:
— Возможно, переработал, немного устал.
Они встали и вышли из закусочной.
Сан Чжи не сомневалась:
— Тогда просто не задерживайся на работе.
Дуань Цзясюй:
— Угу.
Сан Чжи задумалась, затем внезапно выудила из кармана упаковку конфет, которую только что купила в магазине, вскрыла её и протянула ему одну штуку:
— Угощайся конфетой.
Дуань Цзясюй взял её, выражение его лица немного смягчилось:
— Утешаешь меня, как ребёнка?
Сан Чжи моргнула:
— Утешаю старого ребёнка.
Видя, что он не шевелится, Сан Чжи взяла ещё одну, развернула фантик и поднесла к его губам:
— Эти конфеты вкусные, моему гэгэ они тоже нравятся.
Дуань Цзясюй помедлил, а затем прямо из её рук взял конфету в рот.
Сан Чжи вложила всё остальное ему в руку:
— Забирай всё.
Дуань Цзясюй уставился на конфеты в руке, тень в его глазах рассеялась, и он, опустив голову, рассмеялся:
— Меня впервые так утешают.
Её недавний жест был довольно интимным, но Сан Чжи просто не хотела видеть его расстроенным. Она отвела взгляд и упрямо проговорила:
— Я просто только что съела слишком много сахарной ваты и больше не хочу конфет.
— Хм? — Дуань Цзясюй поднял глаза и встретился с ней взглядом, который необъяснимым образом скользнул вниз и остановился на её губах. Через несколько секунд его кадык дрогнул, и он хрипло спросил: — Могу ли я теперь зайти немного дальше?
Сан Чжи тоже посмотрела на него и честно ответила:
— Но у меня была только эта упаковка.
— Если хочешь ещё, можем пойти купить.
— Я не про конфеты, — Дуань Цзясюй смотрел на неё, его глаза сияли — глубокие и притягательные. Он поднял руку и подушечкой пальца коснулся её нижней губы, с лёгкой улыбкой спрашивая: — Можно мне тебя поцеловать?
— … — Сан Чжи не сразу сообразила, о чём он. — А?
Он убрал руку, не стал повторять и продолжал смотреть на неё.
Сан Чжи даже появилось ощущение, что у неё галлюцинации. Она не могла поверить собственным ушам, кровь прилила к лицу, уши в мгновение стали пунцовыми, и она не могла проронить ни слова.
Дуань Цзясюй подождал немного и по-джентльменски спросил снова:
— Можно или нет?
Сан Чжи пришла в себя и тут же отказала:
— Нет.
Дуань Цзясюй разочарованно вздохнул и пошёл на попятную:
— Тогда можно хотя бы подержаться за руки?
Сан Чжи было трудно устоять перед его напором. Она отступила на шаг и очень серьёзно сказала:
— Делать такое, когда мы не пара, — это просто хулиганство с твоей стороны.
Дуань Цзясюй подхватил её слова:
— Тогда давай будем вместе?
Сан Чжи почувствовала, как её решимость колеблется. Казалось, скажи он ещё хоть слово, и она не сможет устоять и тут же согласится. Она поджала губы, долго боролась с собой и в конце концов, собравшись с духом, выдавила:
— Ты ведь за мной ещё толком и не ухаживал.
На несколько секунд воцарилась тишина.
Дуань Цзясюй пробормотал:
— И то верно.
— Тогда, — уголки его глаз приподнялись, в голосе зазвучали слегка фривольные нотки, хотя сами слова прозвучали так, будто он с глубоким уважением спрашивает её мнение, — могу ли я побыть хулиганом?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
