— Малышка, ты должна быть послушной. Хорошо слушай на уроках, не нарушай дисциплину, не спорь нарочно с учителями и прилежно выполняй домашние задания. — Вспомнив того мальчишку в кабинете, Дуань Цзясюй добавил: — И ещё, никакой ранней любви. Поговорим об этом, когда повзрослеешь, а в твоём возрасте лучше заводи искреннюю дружбу.
Сан Чжи посмотрела на него и небрежно буркнула «о».
Видя, что она совсем не слушает, Дуань Цзясюй словно невзначай добавил:
— Если твоих родителей снова вызовут, то история с тем, как я сегодня притворился твоим гэгэ, скорее всего, всплывёт, и тогда мне точно крышка. Ты ведь не можешь так отплатить злом за добро?
Сан Чжи:
— А ты просто приходи и в следующий раз…
Дуань Цзясюй не ответил, а его улыбка слегка погасла.
Неизвестно почему, Сан Чжи немного испугалась, что он разозлится, и потому вмиг поступилась своим упрямством:
— Я поняла.
Только тогда он улыбнулся:
— Вот и умница.
Его тон звучал как поощрение.
Дуань Цзясюй наклонился и ласково погладил её по голове.
— Пойдём, гэгэ проводит тебя домой.
–
Он проводил её до подъезда.
Дуань Цзясюй не собирался заходить внутрь и, поставив рюкзак перед ней, сказал:
— Иди домой.
Сан Чжи кивнула и послушно произнесла:
— Спасибо, гэгэ.
Подойдя к входной двери, Сан Чжи вытащила из кармана ключи и медленно открыла замок. Она не знала, встретятся ли они когда-нибудь ещё, а за спиной не было слышно шагов уходящего человека. Она замерла и осторожно оглянулась.
Дуань Цзясюй всё ещё стоял на прежнем месте и как раз встретился с ней взглядом.
Словно пойманная с поличным, Сан Чжи покраснела и тут же выкрикнула:
— До свидания, гэгэ!
Затем она в суматохе вбежала в подъезд.
Дома ещё никого не было, в квартире стояла пустота.
Сан Чжи приложила ладони к горящему лицу, быстро сбросила обувь и побежала на балкон. Схватившись за прутья решётки, она посмотрела вниз. Дуань Цзясюй уже почти вышел из жилого комплекса; он держал телефон у уха, по-видимому, разговаривая с кем-то.
Через несколько секунд он, словно что-то почувствовав, внезапно поднял голову и посмотрел в сторону Сан Чжи.
Застигнутая врасплох, Сан Чжи ощутила себя воришкой, у которой совесть нечиста.
Она резко отвернулась и присела на корточки.
Сердце бешено колотилось, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Она сглотнула; необъяснимое чувство вины и растерянности не давали ей пошевелиться. Прошло немало времени, прежде чем она снова выглянула наружу.
Но Дуань Цзясюя уже и след простыл.
Сан Чжи выдохнула.
На душе почему-то стало пусто.
Дело уладилось на редкость удачно.
Учитель не заподозрил ничего неладного, родители оставались в неведении, и потому Сан Чжи не получила серьёзного нагоняя. Но это привело к бесконечным последствиям.
Она начала постоянно, снова и снова, вспоминать об одном и том же человеке.
Нечто, несущее в себе терпкую кислинку и в то же время едва уловимую сладость, начало пускать ростки внутри неё.
Сан Чжи это чувство казалось очень странным, она пребывала в растерянности. Она не осмеливалась никому об этом рассказать, ей было немного стыдно; словно она повзрослела за одну ночь и обзавелась собственным секретом, которым нельзя ни с кем делиться.
Сан Чжи начала постоянно витать в облаках.
Страницы черновиков и дневников постепенно заполнялись именем одного мужчины. Хотя она даже не знала, каким именно иероглифом из созвучных записывается его имя.
Это чувство длилось лишь какое-то время.
Возможно, из-за того, что они больше не виделись, оно постепенно стерлось временем. А может, она насильно задавила его в глубине души, желая притвориться, что его не существует.
В мгновение ока закончились промежуточные экзамены, и наступили праздники Дуаньу.
Сан Чжи вернулась домой пораньше, достала из холодильника чашку клубники и, развалившись на диване, медленно её уплетала. Родители ещё не вернулись, она была дома одна, а из телевизора доносилась весёлая фоновая музыка мультфильма.
Внезапно дверь в прихожей открылась.
Сан Чжи машинально посмотрела в ту сторону и в то же мгновение увидела лицо Сан Яня.
Не ожидая, что он приедет на эти каникулы, Сан Чжи опешила, но затем, как ни в чём не бывало, отвела взгляд и продолжила смотреть телевизор.
Сан Янь усмехнулся от возмущения:
— Уже и поздороваться не судьба?
— Почему ты не сказал заранее, что приедешь? — Сан Чжи держала в руке клубнику размером с ладонь и, откусывая, проговорила: — Мама только что звонила и велела тебе сварить рис, иди скорее вари.
Сан Янь холодно ответил:
— Я ей даже не говорил, что еду домой, как она могла велеть мне варить?
Сан Чжи не отрывала глаз от телевизора. Нащупав рядом телефон, она набрала Ли Пин и включила громкую связь:
— Если не веришь, я ей позвоню.
Сан Янь не стал с ней спорить и пошёл к холодильнику, чтобы выпить ледяной воды.
На том конце быстро ответили, послышался голос:
— Чжичжи, что случилось?
— Мама, — не моргнув глазом, сказала Сан Чжи, — гэгэ вернулся. Ты ведь только что просила, чтобы я велела ему сварить рис?
Сан Янь закрыл холодильник и посмотрел в сторону Сан Чжи.
Затем он услышал, как Ли Пин в трубке помолчала несколько секунд и произнесла:
— Да, он уже поставил его вариться?
Сан Янь: «…»
Проглотив клубнику, Сан Чжи повысила голос и обратилась к Сан Яню:
— Гэгэ, мама спрашивает, сварил ли ты!
Сан Янь пристально смотрел на Сан Чжи довольно долго, не проронив ни слова, и прямиком направился в кухню. Видя это, Сан Чжи вскочила, подошла к кухне и, прислонившись к косяку, заглянула внутрь:
— Он уже варит.
Сказав ещё пару слов Ли Пин, Сан Чжи повесила трубку. Она смотрела на спину Сан Яня, и вдруг ей вспомнилось, как она приняла Дуань Цзясюя за него. После недолгого молчания она ни с того ни с сего спросила:
— Гэгэ, ты в университете с кем-нибудь встречаешься?
Сан Янь проигнорировал её.
— Нет? Ни разу? — словно это было ей очень интересно, Сан Чжи даже перестала смотреть мультфильм. — Я серьёзно, гэгэ.
Сан Янь обернулся с недовольным видом:
— Что тебе надо?
Сан Чжи серьёзно произнесла:
— Не хочешь ли ты сделать пластическую операцию?
У Сан Яня от возмущения едва дыхание не спёрло. Он не хотел больше её видеть, отвернулся и холодно усмехнулся:
— Тот гэгэ, который приходил со мной в прошлый раз, ты его ещё помнишь?
Сан Чжи перестала жевать, опустила глаза и медленно ответила:
— Помню.
— Он сказал, что ты на меня похожа.
«…» Сан Чжи помолчала несколько секунд и вдруг выпалила:
— Я его чем-то обидела?
— Что?
Сан Чжи поджала губы и с недовольством проговорила:
— Если нет, то почему он обзывает меня уродиной?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
